Финал (ЛП) - Фитцпатрик Бекка - Страница 64

Патч обхватил мою шею ладонью, сближая наши лица. Он смотрел на меня с такой уверенностью и таким доверием, что у меня буквально разрывалось сердце. «Ты справишься. Никто не пожелал бы себе такой участи, и поэтому я восхищаюсь тобой еще больше», — проговорил он мысленно.

— Других вариантов нет?

Однако, отчаянно рассматривая сложившиеся обстоятельства с различных сторон вот уже несколько минут, я и сама знала ответ. Учитывая сомнительные шансы Пеппера на успех, вкупе с моей клятвой Хэнку и шатким положением всей расы Нефилимов, других вариантов не было. Мне придется выйти на дуэль.

— Патч, мне страшно, — прошептала я.

Он обнял меня крепче, нежно поцеловал в макушку и пригладил волосы. Ему не нужно было ничего говорить, я и так понимала, что он тоже напуган.

— Ангел, я не допущу, чтобы ты проиграла эту дуэль. Я не допущу, чтобы ты вышла один на один с Данте, если я не буду уверен, что контролирую исход поединка. Дуэль только с виду будет казаться честной. Данте вынес себе приговор в тот самый момент, как пошел против тебя. Я не позволю ему избежать наказания. — Его голос ожесточился. — Он не переживет этой схватки.

— Ты можешь сфальсифицировать дуэль?

Месть, тлеющая в глубинах его глаз, сказала мне все, что я хотела знать.

— Если кто-нибудь узнает… — начала я.

Патч поцеловал меня, настойчиво, но со смешинками во взгляде.

— Если меня поймают, я больше не смогу тебя целовать. Неужели ты думаешь, я пойду на такой риск? — Но тут его лицо посерьезнело. — Я знаю, что не чувствую твоего прикосновения, но я отчетливо чувствую твою любовь, Нора. Внутри. Она все для меня. Хотелось бы мне ощущать тебя так же, как ты меня, но у меня уже есть твоя любовь. Ничто и никогда не сможет значить для меня больше этого. Тысячи людей проживают свою жизнь так и не испытав и сотую долю тех эмоций, что ты подарила мне. Я ни о чем не сожалею.

У меня затрясся подбородок.

— Я боюсь потерять тебя. Боюсь, что не справлюсь. Боюсь того, что случиться с нами. Я не хочу, — запротестовала я, хотя прекрасно понимала, что не существует волшебной двери, через которую я смогу сбежать от проблем. Некуда бежать, негде прятаться. Данная Хэнку клятва найдет меня, как бы я ни старалась исчезнуть. Я должна остаться у власти. Пока существует армия, я должна ее поддерживать. Я сжала руки Патча. — Пообещай, что всегда будешь со мной. Пообещай, что мне не придется проходить через все это одной.

Патч приподнял мое лицо за подбородок.

— Если бы я мог заставить проблему испариться, я бы сделать все от меня зависящее. Если бы я мог пойти вместо тебя, я бы ни секунду не сомневался. Но мне остается только одно: до самого конца стать надежным и крепким плечом для тебя. И поверь мне, Ангел, оно не дрогнет. — Он провел ладонями по моим рукам до плеч, не осознавая, что его слова грели меня куда сильнее его заботливого жеста. Я чуть не расплакалась. — Пора запустить новость о том, что созываешь срочное собрание на вечер. Я позвоню Скотту и попрошу его распространить слух. Это не займет много времени. Данте узнает о твоем заявлении уже по истечении часа.

Желудок снова скрутило от страха. Я нервно закусила внутреннюю сторону щеки, затем кивнула. Пора бы уже приять неизбежное. Чем скорее я смерюсь с тем, что меня ждет, тем быстрее придумаю, как побороть свой страх.

— Чем я могу помочь? — поинтересовалась я.

Слегка нахмурившись, Патч изучил мое лицо. Провел пальцем по губе, затем по щеке.

— Ты как ледышка. — Он кивнул головой в сторону коридора, ведущего вглубь дома. — Давай-ка уложим тебя в постель, и я разведу огонь в камине. Сейчас тебе нужно согреться и отдохнуть. И, пожалуй, наберу горячую ванну.

Все мое тело вдруг неистово затрясло. Будто в одно мгновение из меня высосали все тепло. Наверное, это был шок. Зубы стучали, а кончики пальцев охватил неконтролируемый тремор.

Патч подхватил меня на руки и понес в свою спальню. Толкнув дверь плечом, он стянул покрывало с кровати и аккуратно меня уложил.

— Хочешь пить? — спросил он. — Травяной чай? Бульон?

Глядя в его глаза, такие искренние и обеспокоенные, я почувствовала, как меня вновь начинает грызть чувство вины. В тот момент я поняла, что Патч на все готов ради меня. Его обещание оставаться мне опорой и поддержкой было нерушимей любой клятвы. Он стал частью меня, а я — частью его. Он сделает все — абсолютно все от него зависящее, — чтобы я осталась здесь, с ним.

Я решила высказаться, пока вновь не струсила.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — проговорила я тоненьким, надломленным голосом. Я не собиралась плакать, но в уголках глаз собрались слезы. Как же мне было стыдно.

— Ангел? — позвал он озадаченно.

Сделав первый шаг, я вдруг застыла. Оправдывающийся голосок вновь проник в мои мысли, твердя, что я не имею права вываливать все на Патча. Ему и так сейчас нелегко. Если он действительно мне не безразличен, мне лучше держать рот на замке. Его физическое восстановление было гораздо важнее моего раскаяния. Подумаешь, какая-то невинная ложь. К тому же я опять ощутила прикосновения ледяных пальцев в районе горла.

— Я… ничего, — отмахнулась я. — Просто надо выспаться. А тебе нужно позвонить Скотту. — Я уткнулась в подушку, чтобы он не видел моих слез. Эти ледяные клешни казались такими настоящими, готовыми сомкнуться на моей шее, если я сболтну лишнего, если раскрою секрет.

— Мне и правда надо ему позвонить, но помимо этого мне нужно, чтобы ты рассказала, что происходит. — Тревога, проскользнувшая в его голосе, дала ясно понять, что мне теперь не отвертеться.

Кольца леденящих объятий продолжали сдавливать горло. Я боялась пискнуть. Боялась этих тисков и того, что они могут со мной сделать.

Включив лампу на прикроватной тумбе, Патч нежно потянул за плечо, пытаясь перевернуть меня к себе лицом, но я лишь сильнее уткнулась в подушку.

— Я люблю тебя, — выдавила я, пристыжено. Как я могу говорить эти заветные слова и в то же время лгать ему?

— Я знаю. Как и знаю, что ты что-то мне не договариваешь. Не самое подходящее время для секретов. Мы слишком много пережили вместе, чтобы начинать скрывать что-то друг от друга, — напомнил он.

Я кивнула, чувствуя, как слезы капают на наволочку. Он прав. Я сама это понимала, но легче от этого не становилось. Я не знала, смогу ли открыться. Эти замораживающие руки перекрывали кислород, лишали голоса…

Патч скользнул в кровать, притягивая меня к себе. Я почувствовала его дыхание на затылке, тепло его кожи, касающейся меня. Его колено идеально вписалось в изгиб моей ноги. Он поцеловал меня в плечо, и его черные волосы защекотали ухо.

«Я… солгала… тебе», — призналась я мысленно. Слова давались с трудом, будто мне приходилось пропихивать их сквозь кирпичную стену. Напрягшись, я уже ожидала, когда ледяные пальцы меня задушат, как вдруг, к моему величайшему удивлению, их хватка ослабла. Зябкое прикосновение дрогнуло, словно в нерешительности, и исчезло.

Приободренная небольшой победой, я продолжила: «Я солгала единственному человеку, чье доверие для меня важнее всего на свете. Я солгала тебе, Патч, и я не знаю, смогу ли когда-нибудь простить себя за это».

Вместо того чтобы требовать объяснений, он размеренно продолжил прокладывать дорожку неторопливых поцелуев вниз по моей руке. И только дойдя до запястья и легонько коснувшись губами его внутренней стороны, он заговорил: