Музыкальный приворот - Джейн Анна - Страница 129

Я кивнула, Антоша повторно нажал на «стоп», и двери лифта распахнулись на втором этаже.

Мы, так и не расцепляя рук, словно какой-то шутник намазал наши ладони суперпрочным клеем, небольшим вихрем пронеслись по лестнице к первому этажу. Я и Антон едва не уронили двух престарелых дедков, которые, по-видимому, были той самой охраной, успешно найденной за столь короткое время преследующей нас женщиной. Она, кстати, с индейскими улюлюканьями неслась где-то на третьем этаже и орала, чтобы «эту бесстыжую молодежь», то есть нас, не отпускали, потому что мы наверняка уже сломали лифт.

Вот посмотришь на поведение взрослых, уже сформировавшихся личностей и задаешься вопросом, а нормальные ли они? Им что, делать больше нечего?

Мы пулей вылетели из подъезда и побежали по дороге. Когда я и мой чудик (и когда он успел стать моим, собственно?) завернули за угол удачно кончившегося дома, тетка с носом-грушей, два дедка, какой-то мужик, худосочная тетка с метлой, похожая на ведьму, готовую взлететь, и пара бабулек вытащились из злосчастного подъезда и бросились в погоню. Кажется, они успели увидеть, как мы повернули, потому что стремительно отправились за нами едва ли не по следам, как гончие собаки.

Я очень надеялась, что все сейчас обойдется и уже через пять минут мы пойдем вновь по теплой улице в полном спокойствии, и теперь уже будем держаться за руки, как я и хотела.

Но мои планы решительно не желали исполняться. К моему огромному удивлению, перед нами как раз неторопливо шла Нинка с братом, только повернуты они были ко мне и Антону спиной. И что делать?! Впереди моя подруга, что-то втолковывала младшему брату. Сзади самая настоящая погоня, состоящая из каких-то придурков, которые намерены сдать нас в руки милиции всего лишь за то, что мы немного покатались в их лифте. И куда бежать? Дорога-то одна. Справа и слева чахлые кусты, не успевшие еще зацвести в полную меру, да какой-то магазинчик.

Антоша все-таки был очень сообразительным мальчиком и имел куда более быструю реакцию, чем некоторые тормоза по имени Катрина, или просто Катя. Он свернул с дороги, и через мгновение мы притаились за надежными стенами этого небольшого магазинчика. Леша их пренебрежительно называет «ларьками» и принципиально посещает только супермаркеты. Но в данном случае даже он не стал бы опровергать полезность «ларька». Он нас прятал от погони, которая только-только появилась из-за угла, и первыми, кого приметили обиженные жители подъезда со сломанным домофоном, оказались Нина и ее родственник. Я не знаю, насколько жители этого дома имели хорошее зрение и страдали ли они групповым дальтонизмом, но так или иначе они приняли Журавлей за нас с Антоном и с криками «Попались, ублюдки!» бросились к брату и сестре, которые, кажется, шли домой.

Ниночка, прости!

Я прикрыла голову руками и опустилась на корточки.

— Ты чего? — тихо-тихо спросил меня мой спутник.

— Они сейчас к Нинке привяжутся, — так же едва слышно проговорила я. — Они что, идиоты? Почему они приняли их за нас?

Слепые они! И тупые.

— По-моему, твоя подруга сможет постоять за себя. Как считаешь?

— Сможет, — нисколько не сомневалась я, — только у нее сейчас плохое настроение, а после этой встречи оно еще ухудшится.

— С чего ты взяла, что плохое? — удивился Антон, выглядывая из-за угла.

Оттуда слышались крики, в которых я отчетливо разбирала вопли негодования, принадлежащие Нинке.

— Когда появляется Валерочка этот, у нее настроение всегда плохое. Просто жуткое. Ты не представляешь, как она его терпеть не может, — шепотом поделилась я с Антоном. Сама я выглядывать не решалась. Вдруг меня заметят, тогда вообще цирк начнется.

— Почему так? Разве ей неприятно, когда рядом с ней такой импозантный поклонник?

— Это он-то импозантный? — удивленно зашептала я в ответ. Нет, он действительно странноватый. — Слышишь, как подъездные аборигены вопят?

Жители подъезда действительно очень громко просили остановиться Журавлей, крича им:

— Негодяи! Стоять!

Сначала Серега и Нинка, по-моему, даже и не поняли, что эти люди обращаются к ним. Родственники обсуждали какие-то совершенно другие, ведомые только им проблемы. А когда бегущие обступили их полукругом, Журавли-младшие весьма и весьма прибалдели.

— Вы чего? — ошалело обвел взглядом Сергей каких-то странных и воинственно настроенных личностей, которые окружили его и Нинку, словно военнопленных.

— Ты нам лифт сломал! — ткнула его сухоньким пальцем одна из бабушек. Хоть она сейчас и тяжело отдувалась, бежала она быстро и проворно. Все ради того, чтобы поймать наглецов, которые повадились ходить в их родимый подъезд.

— Когда? — еще с большим недоумением спросил парень. Вообще-то он за свою недолгую, но крайне насыщенную жизнь действительно пару раз ломал чьи-то лифты, сжигал в них кнопки и оставлял всяческие непотребные надписи, но в последнее время Сереже стало вовсе не до чужих домов — тусовочная жизнь отнимала очень много времени и сил.

— Сейчас, — тут же весьма точно определила временной промежуток тетка с грушевидным носом. От своих пакетов она уже успела избавиться. Но казалось, она до сих пор продолжает шуршать сама по себе.

— Сейчас? Что вы несете? — поморщился Нинкин брат.

— Это не мы несем, это вы несетесь, — надтреснутым голоском проговорил один из дедушек, мимо которых мы с Антоном проносились на первом этаже.

— Мы идем спокойно, — тут же заспорил Сергей и подумал про себя: «Это что, какой-то новый вид кидалова? Бабла у нас отработать хотят, что ли?»

— Бесстыжие! — заорал мужик, грозя кулаком. — Моя теща из-за вас на восьмой этаж вынуждена будет опять подниматься пешком! А я, между прочим, должен буду все время таскать ее и помогать! Как будто у меня других дел нету!

— Так вы скажите своей теще, что лифт существует, — пожал плечами Сергей, который до сих пор не мог взять в толк, что тут такое происходит.

— Он еще и издевается! — с силой стукнула по плечу, обтянутому модной фирменной футболкой, глава всей этой шайки-лейки.

— Я не издеваюсь! — обиженно проговорил Сережа, который искренне считал этих людей немного отстающими.

«Чего еще за гопники в возрасте? Куда мир катится?»

— Домофон! Ты сломал домофон! — обвинительно заявил дед.

— И кажется, лифт! — не был так скоропостижен в выводах второй дедушка.

«Домофон? Лифт?» — начал лихорадочно перебирать в голове события минувших лет Нинкин брат. И тут ему вспомнилось, что пару лет назад, во времена почти что счастливого скейтерского детства, он и его приятели, кажется, что-то кому-то ломали именно в этом доме и баловались по домофону. Даже нужду малую где-то справляли. Сейчас, конечно же, Журавль ничего подобного делать не стал бы, но тогда чего он с пацанами только не вытворял!

«Они что, меня пару лет выслеживали? — забурлили мысли в голове Сергея с новой силой, — все ждали, когда меня поймать смогут, что ли? Вот это да, — обвел он очумелым взглядом ругающихся, — вот это злопамятность. Не люди — а натуральные зомби!»

— Почему наш подъезд, молодые люди? Зачем портите-то все? А с виду такие приличные, — обратилась к Нинке тем временем тетка с метлой.

— И не шпыняй меня своим глазками, не шпыняй! — тут же переключила свой гнев на Нинку женщина с грушей вместо носа, потому что Журавль действительно несколько косо смотрела на обидчиков.

Терпение ее было на исходе. Девушка отмалчивалась недолго. Ее и так плохое настроение, полученное буквально только что, после встречи с мерзким Бабой-ягой, у которого, можно подумать, и дел других не было, кроме как донимать ее, Ниночку, опустилось еще на пару градусов.

— Эй, вы! — громким, хорошо поставленным голосом, чем-то напоминающим известный голосок главной злодейки из мультфильма «Сто один далматинец», заорала Журавль так, что окружившие их с братом люди вздрогнули. — Я что-то не поняла прикола, граждане, мать вашу всеобщую.

— Ты как выражаешься? — опешила предводительница балагана.