Игры вампиров (Трилогия) (СИ) - Крапицкая Влада - Страница 150

От всех этих мыслей и противоречий меня начали раздирать сомнения, и к этому добавлялось то, что я уже начала ощущать себя частью семьи Геры и Майи, а соответственно уже не представляла, как можно сделать им гадость.

«Нет, нельзя думать о них положительно! Все они виноваты в смерти моих родителей, а значит должны понести наказание!» — настырно напомнила я себе. «Прочь жалость! Гера не пожалел моих родителей и убил их! Они враги!».

Всю оставшуюся дорогу домой, я старалась накручивать себя, по новой разжигая едва не угасшее чувство ненависти, но получалось это уже с трудом. А когда Майя обратилась к Рею, с просьбой подобрать для меня приличную машину, вообще впала в ступор, услышав марки машин, которые на его взгляд мне бы понравились, и отстранённо наблюдала, как Майя одобрительно кивает головой, хотя цены на эти машины были заоблачные. В конце концов, решили, что покупкой машины мы займёмся завтра, и мне опять предоставят право выбора. Сидя с очумевшим видом, я моргала глазами, не в силах вымолвить ни слова, и уже отказываясь верить во всё происходящее.

Но, оказалось, что и это не последний удар по моей ненависти к этой семье. Войдя в дом, мы столкнулись с Герой, и я тут же приготовилась к его недовольным взглядам, говорящих о том, что мы потратили слишком много денег, потому что количество пакетов просто кричало, что мы не стеснялись, опустошая его счёт, и в тайне желала именно такой его реакции, так как тогда мне будет легче его ненавидеть. Он же, вместо недовольства, улыбнулся и при всех вручил мне банковскую карту, оговорив сразу, что в месяц я, как и Рей с Лари, имею право тратить не больше ста тысяч долларов. А если же я захочу купить что-то более дорогое, то должна поставить его, или Майю в известность, чтобы они одобрили снятие большей суммы.

В тот момент мне хотелось упасть на пол и биться в истерике, потому что я готовила себя к чему угодно, но только не в такой доброте с их стороны. Сдерживая себя из последних сил, я быстро поднялась на второй этаж, в свою комнату и, дождавшись, пока занесут все пакеты и оставят меня одну, упала на кровать и разрыдалась.

«Что мне делать? Как я могу ненавидеть тех, кто относится ко мне с такой добротой? А с другой стороны — получается, я продалась за шмотки и кредитку? Мама с папой, наверное, переворачиваются в могиле, понимая, что их дочь, вместо планов мести уже готова с преданностью смотреть на тех, кто повинен в их смерти!».

— Камилла, ты чего? — раздался рядом голос Рея, и я почувствовала, как прогибается матрас, от того, что он сел на кровать, а потом он начал гладить меня по голове. — Тебе что-то не купили из того, что ты хотела? Или что-то не понравилось?

— Нет! Как раз наоборот! Мне всё нравится, а это неправильно! — зло выкрикнула я, и слёзы с новой силой брызнули из глаз, потому что так ласково со мной ещё никто не разговаривал, и это было невыносимо.

— И что же здесь неправильного? — недоумённо спросил он, и я испугалась, что из-за царившего в голове сумбура, сболтнула лишнего.

— Что ты делаешь в моей комнате? — вопросом на вопрос ответила я, чтобы не объяснять причину слёз, и постаралась взять себя в руки.

— Зашёл пригласить тебя на вечеринку, которую устраивает один из моих друзей. Подумал, что тебе будет приятно покрасоваться в одной из обновок, — добродушно ответил он, словно бы я и не плакала секунду назад. — А если ты проголодалась, то и перекусишь заодно.

— А разве не Майя занимается питанием? — нерешительно спросила я, посмотрев ему в глаза, и боясь, что это какая-то проверка на толерантное отношение к людям.

— Мама занимается основным питанием, но также знает, какие нравы царят на наших вечеринках, и понимает, что было бы странно, если бы мы с Лари вели себя как-то особенно, поэтому закрывает глаза на массовые развлечения. Она жалеет людей, но понимает, что не имеет права, и не в её силах менять устои клана, которые складывались веками. Или тебе она сказала что-то другое про питание? — с любопытством спросил Рей.

— Она просто попросила не приводить в дом своих жертв, если я захочу питаться отдельно, — спокойно ответила я, на самом деле испытывая недовольство. «И в плане питания вряд ли я найду хоть одну зацепку для ненависти к Майе, потому что она не запрещала мне питаться так, как того хочу я, и не навязывала своих правил».

В этот момент в комнату постучались и, не дожидаясь ответа, дверь распахнулась, и ворвалась Лари. Бросив взгляд на моё заплаканное лицо, а потом на брата, она нахмурилась и с недовольством спросила:

— Камилла, чем этот типчик уже успел тебя расстроить?

— Ничем, скорее наоборот, он старался меня успокоить, — тяжело вздохнув, пробормотала я. — И хотел пригласить меня на вечеринку.

— Ооо! Это здорово! Поедем к Ярику втроём! Ты же уже согласилась? — затараторила она, тут же забыв о гневе на Рея, и с широкой улыбкой посмотрела на меня, присаживаясь рядом с братом на кровать.

«Ну как на них злиться?» — тоскливо подумала я, глядя на их лица. «Мне уже даже жалко сорить их между собой!».

— Ещё нет, но если ты тоже поедешь, то я с большим удовольствием присоединюсь к вам, — вслух ответила я. «Может на вечеринке, в большой толпе, подальше от матери проступит её истинная натура внучки Лорда, и тогда я найду в себе силы относиться к ней с ненавистью?».

— Вот и прекрасно, — пропела Лари, а потом, схватив брата за руку, подняла его с кровати и начала выпихивать из комнаты, приговаривая: — Пойди, займись чем-нибудь! У нас с Камиллой много дел. Надо разложить все покупки, а потом уже будем собираться на вечеринку, а как понадобится водитель, мы тебе свиснем. Хотя, знаешь… мы, пожалуй, поедем на вечеринку сами, на моей машине.

— Ага! Счас, держи карман шире! Сами они поедут! — возмущённо фыркнул Рей. — Я теперь за вами двумя приглядываю, и без меня никаких вечеринок у вас не будет!

— Тиран и деспот! — проворчала она, закрывая за братом дверь, и задорно улыбнулась мне. — И как мы с ним уживались в одном животе, до сих пор не понимаю!

Глядя на улыбающуюся Лари, я сама против воли улыбнулась, завидуя их отношениям. «Любая их словесная перепалка скорее выглядит как милая шутка, а не как конфликт, и за ними так интересно наблюдать».

— А вы когда-нибудь всерьёз ругались? — вслух спросила я.

— Нет, — подумав, весело ответила Лари. — Разногласия были, но мы быстро или находили общий язык, или старались понять друг друга. На самом деле Рей хороший брат. Правда, иногда перегибает палку в своей заботе обо мне, я называю это синдромом гиперопеки, но я понимаю, что он это не со зла, а скорее наоборот. Думаю, ты ещё почувствуешь на себе всю силу его заботы, когда он соколиным взором будет наблюдать за тобой на вечеринке! — подмигнув, она взяла пару пакетов с покупками и направилась в гардеробную.

Поднявшись с кровати, я тоже подхватила несколько пакетов и, пошла следом за ней, чтобы помочь развесить обновки.

— Хотя, боюсь, ты можешь почувствовать и нечто другое! Ты явно понравилась Рею, и он будет пытаться обольстить тебя, не смотря на слова мамы. А уж в этом ему нет равных. Но я очень надеюсь, что ты не поддашься! — Лари с такой мольбой посмотрела на меня, что я не выдержала и рассмеялась, а она, молитвенно сложив ладошки, продолжила: — Пожалуйста-пожалуйста, не отвечай ему взаимностью и помучай его, а? Чтобы мой любимый братец не так задирал нос. Если честно, мне противно смотреть, как девчонки нашего клана томно вздыхают, глядя на него. Фу! И ни в коем случае не соглашайся посмотреть его берлогу! — загробным голосом добавила она, и я прыснула от смеха, глядя как она, сопровождая свои слова, скорчила скорбное выражение на личике.

— А что за берлога? — насмеявшись, с интересом спросила я.

— Ооо! Это знаменитое место! В этой квартире когда-то жил мой отец с мамой, потом мой дядя со своей будущей женой, а теперь она по наследству перешла братику. Я слышала, как девчонки сплетничали, что там буквально всё пропитано сексуальной атмосферой, а за встречу рассвета в спальне, они готовы чуть ли не на всё. Честно говоря, мне их не понять — квартира как квартира. Вернее даже не квартира, а квартирка, потому что там всего одна спальня, зал и небольшой кабинет. У нас есть квартиры и побольше, но почему-то только об этой берлоге ходят чуть ли не легенды. В общем, обещай, что ты туда не ногой!