Игры вампиров (Трилогия) (СИ) - Крапицкая Влада - Страница 108

— Кстати, вы такое пропустили! — весело сказала Майя и хитро посмотрела на нас.

— Да? Что было?

— Рей и Лари уже перешли все границы, взяв вчера гидроцикл и самостоятельно поехав на нём кататься, поэтому терпение Геры истощилось, и он теперь злой папочка. Все развлечения для них закрыты, и весёлая жизнь для них закончилась. Во-первых, он заставил их пришить все отрезанные пуговицы и вы бы видели, как они вчера весь вечер пыхтели, занимаясь шитьём, а Гера чуть ли под лупой рассматривал их труд и заставлял переделывать работу, если считал, что она выполнена плохо. Так что, Дамис, твоя одежда в порядке.

— Спасибо, — я улыбнулся, представив Рея и Лари за шитьё и уже жалея их. "Предупреждал ведь их, что однажды они доиграются".

— Не за что! А сегодня у них по программе труд в библиотеке Аскольда. Но это не самое страшное! Гера сказал, что сам будет заниматься их обучением, а это значит, что теперь от книг они будут отходить только, когда он будет занят. В общем, бедные наши дети. Надеюсь, что Гера быстро сменит гнев на милость, а им это послужит хорошим уроком на будущее.

— Да, Гера умеет нагнать страху, когда хочет, — весело ответил я, вспомнив, как сам был маленький и как он воспитывал меня, если я начинал заниматься ерундой приезжая к Соломее и Аскольду.

Занеся Ванду в нашу комнату, я кивнул Майе на дверь, и она тут же вышла, а я повернулся к Ванде.

— Ты пока собирайся, а мне надо переброситься с Герой парой слов.

Она кивнула мне, и я тут же вышел из спальни.

— Гера сказал, что у тебя возникли проблемы, — Майя ждала меня у двери и сразу потащила в их спальню. — Что случилось?

— А где сам Гера?

— В спальне, по телефону разговаривает.

Зайдя туда и дождавшись пока он положит трубку, я сразу спросил:

— Кто был защитником в предыдущих Играх, четырнадцать лет назад?

— В предыдущих? Арсений. А зачем тебе это? — Гера удивлённо посмотрел на меня.

— Сейчас объясню. Вы знаете, что мать Ванды спилась после того, как её отец умер в психушке?

— Я видела, что мать пьёт, — ответила Майя. — А про её отца у меня не было никаких видений. А что случилось?

— А то, что её отец попал в психушку, говоря на каждом шагу, что вампиры существуют, а перед этим он почти два месяца отсутствовал дома, и было это четырнадцать лет назад.

Майя испуганно посмотрела на меня, потом на Геру и, прикрыв рот рукой, плюхнулась в кресло.

— Неужели он был дичью? — прошептала она.

— Похоже на то! И представьте, что будет, когда я скажу, что это мы так играем, и что её отец нормальный был и говорил правду! И что он зря умер в больнице, а её мать спилась! Ванда меня возненавидит раз и навсегда, как только узнает, что я вампир!

— Подожди, не пори горячку, Дамис, — с шумом выдохнув, произнёс Гера и провёл рукой по волосам. — Надо поднять наши архивы и посмотреть данные на дичь, может это ещё и не он был. Хотя надежды мало… В прошлых Играх дичь тоже выжила, только я не помню, почему её отпустили. Надо поговорить с Арсением.

— Что я наделала? — прошептала Майя и тоскливо посмотрела на меня. — Дамис, мне кажется, я неверно истолковала видение… Ты её сбил, полюбил, а она, узнав, что ты вампир, бросила тебя и поэтому я видела тебя таким печальным… Прости… Я такая дура! Надо было тебя задержать хоть на пять минут, а я наоборот толкнула тебя к этому, думая, что ты тоскуешь из-за того, что отпустил её сам…

От слов Майи я покачнулся, чувствуя, как на сердце опускается чёрная туча.

— Нет! Всё будет хорошо! Ванда поймёт меня, — уверенно произнёс я. — Я её не отпущу! И обязательно найду способ объяснить ей всё! Даже не смей думать, что твоё видение исполниться, ясно?

Решительным шагом выйдя из их спальни, я прошёл в нашу комнату и, схватив Ванду в объятия, прижал к себе. "Всё будет хорошо! Я знаю, чего следует опасаться и уже легче. Выход всегда есть и я обязательно его найду. Однажды она станет одной из нас!".

Глава 12

Ванда.

Дамис уехал по делам и я, удобно устроившись в кабинете, с книгой на коленях, сидела в кресле, но читать сегодня не хотелось и, перебирая в памяти последние недели, я с улыбкой смотрела на панораму города.

После возвращения с моря прошло почти пять недель, и каждый новый день был лучше предыдущего. Впервые после смерти отца я чувствовала душевное спокойствие и с уверенность смотрела в будущее, потому что ощущала поддержку Дамиса. "Я за ним, как за каменной стеной и так приятно осознавать, что о тебе кто-то заботиться после стольких лет, когда самой приходилось искать выход из сложившейся ситуации, и со страхом думать о том, что же будет завтра".

Сейчас всё изменилось, и я уже не представляла как жила без Дамиса все эти годы. "Боже, а если я бы тогда выскочила чуть раньше или чуть позже из дома, я никогда бы его не встретила" — в очередной раз со страхом подумала я и внутри всё сжалось. Я уже не просто любила Дамиса, а боготворила его — слепо, без оглядки и готова была на всё ради него. Иногда становилось тяжело дышать, потому что казалось, что в груди не хватает места для той любви, что я чувствую к нему, а перед глазами всё плыло, и я испытывала головокружение просто глядя в его карие глаза. "Однажды я точно хлопнулась в обморок, когда он с нежностью посмотрит на меня или поцелует. То, что я чувствую, когда он рядом передать словами нельзя, и с каждым днём меня всё больше затягивает эта любовь".

Правда, иногда Дамис пугал меня. Пару раз я ловила на себе его взгляды полные такой тоски, что у меня внутри тут же всё холодело. В голове возникали самые страшные мысли, что он уже разлюбил меня и сердце сжималось от страха, что я больше никогда не посмотрю в его глаза или не испытаю радости, когда он меня целует. В такие моменты я действительно от страха чуть ли не теряла сознание, а колени подгибались, но когда он прижимал меня к себе и страстно целовал, страхи испарялись, и голова уже кружилась совсем от других ощущений.

"Хм, а сегодня мне ещё и гипс снимут. Представляю, как мы с ним отпразднует это событие!" — с улыбкой подумала я, и щёки тут же залил румянец. "Дамис ненасытный маньяк. И откуда в нём столько сил на всё? Я засыпаю — он ещё не спит, я просыпаюсь — он уже не спит, и ест крохи, хотя парень с его телосложения по идее должен питаться больше?! Я уже не говорю про физическую силу!" — вспомнив, как мы поехали кататься, и машина застряла на просёлочной дороге, а он просто вышел и вытолкнул её, я в очередной раз удивилась. "Было такое впечатление, что он сделал это, не напрягаясь. Просто подошёл к багажнику, приподнял машину и протолкнул её вперёд. Интересно, а сколько весит машина? Надо посмотреть потом в интернете. Теперь, по крайней мере, понятно, почему он с такой лёгкостью носит меня на руках. Если уж приподнять машину для него не проблема, то мои костлявые сорок восемь килограмм для него вообще ничего не значат. Хотя уже и не сорок восемь, наверное", — я улыбнулась.

За эти пять недель я точно набрала пару килограмм. "А как их тут не наберёшь, если меня кормят такими деликатесами, о которых я и мечтать не могла раньше? Надо Дамиса сдерживать, а то он просто бросает деньги на ветер. Причём страшные деньги! Одна только белая икра стоила столько, что даже страшно вспомнить!". Мне до сих пор становилось не по себе от того, что я случайно выяснила, сколько денег впихнула в себя за два присеста.

Узнал, что икра пришлась мне по вкусу, Дамис с хитрой улыбкой как-то вечером принёс домой золотистую коробочку с белой икрой, а я, думая, что она не такая дорогая, как чёрная или красная, ела её без стеснения чуть ли не ложками. И только потом случайно узнала, что коробочка не просто золотистая, а сделана из чистого золота, и стоит килограмм этого деликатеса двадцать пять тысяч долларов. "Кошмар, я буквально да сутки съела такие деньги, что страшно подумать. Где уж тут поправляться не начнёшь?".