Путь Сашки. Гексалогия (СИ) - Максимов Альберт - Страница 262

Через несколько дней после его обустройства на новом месте, Медянщик, греясь на теплом весеннем солнышке, наблюдал, как на территорию гостиничного двора заезжает небольшой купеческий караван. Пять подвод, хозяин, пятеро возниц и столько же солдат охраны. Ну, и еще несколько мальчишек, каких в такого рода караванах всегда можно увидеть.

Медянщик равнодушно мельком на них взглянул, а затем перенес свое внимание на хозяина, его охрану и перевозимый груз. Здесь сработал уже чисто профессиональный рефлекс вора и грабителя. В чужой храм, как известно, со своим порядком не лезь. А Амарис был чужим для него городом, здесь устанавливала правила другая воровская гильдия.

От рассматривания прибывшего каравана его отвлек чей — то взгляд. Медянщик повернул голову и узнал мальчишку, который был посыльным у поставщика листьев. Именно его он безрезультатно прождал несколько седьмиц в Гендоване. И вот какая встреча! Мальчишка, видать, тоже удивился, даже опешил, стоя с раскрытым ртом.

О, боги! Вот это встреча! Получается, что этот купец и есть тот человек, что скрывал свое лицо плащом! И голос, кстати, изменял. У приехавшего купца голос был совсем другим, немного визгливым. Но мальчишка тот самый. Солдаты? Он их не очень и заметил. Но тех был десяток, а этих в два раза меньше. Где же еще пятеро? Может быть, недостающие люди охраны сидят за возниц? Не похоже. Нельзя ошибиться, приняв обыкновенное мужичье за профессиональных солдат.

Интересно, здесь, среди подвод еще есть мешки с листьями или этот купец или кто он там, их давно продал? Но он, Медянщик, предлагал по две серебрянки за один листок! Кто — то предложил больше?

Между тем, лошадей распрягли, успев загнать подводы за специальную изгородь. Часть тюков выгрузили, остальные так и остались не вытащенными. Оставив одного солдата для охраны имущества, купец пошел в сторону входа в гостиницу. Следом за ним двинулись четверо солдат и двое мальчишек.

— Эрник! Что застыл? Иди внутрь, — визгливым голосом, стоя у порога, приказал купец. Знакомый мальчишка встрепенулся и бегом бросился догонять остальных.

Разместившись в гостинице, купец спустился в обеденный зал, заняв в одиночку лучший стол харчевни. За соседним столом разместились четверо солдат, еще дальше четверо из пяти возниц и в самом углу трое мальчишек. Подаваемые блюда наглядно показывали статус приезжих. Лучшие блюда и хорошее вино хозяину, почти тоже самое получили солдаты. Возницам досталась похлебка из жирной требухи и кувшин кислого вина, а мальчишки довольствовались черствым хлебом и какими — то овощами.

Медянщик, разместившись неподалеку, изучающе рассматривал прибывших. К своему удивлению заметил, что двое мальчишек были с отрезанными языками. Такой фокус ему был знаком: если нужно, чтобы человек не проболтался, отрежь ему язык. Купец, видимо, придерживался такого же принципа. Тот или не тот? Купец показался чуть ниже ростом поставщика листьев, хотя разница была не очень заметна. И странно: продавец листьев должен был хорошо запомнить Медянщика в лицо, а этот сидит спокойно и в свою бороду не дует. Не тот человек?

Спокойствие купца Медянщика озадачило. Неужели мальчишка ему ничего не сказал? Не мог? Язык вроде на месте. Что — то непонятное. И мальчишка, в отличие от двух других, был скован, сидел, напряженно уткнувшись в стол. Хотя несколько раз исподлобья бросал на Медянщика испуганный взгляд. Боится рассказать купцу о Медянщике? Где — то в чем — то провинился, возможно, именно он и виноват, что сделка не состоялась, сделал вывод бандит.

Если Амарис не конечная цель поездки, то утром купец может уехать из гостиницы. Надо что — то решать. Просто подойти и расспросить опасно, кто знает, что на уме у него? Прикажет солдатам его зарезать, те и зарежут, а стражникам скажет, что зарезали вора, попытавшегося ограбить уважаемого купца. Раз так, то надо поступить хитро.

Медянщик вышел, но довольно быстро вернулся в сопровождении своих трех спутников. Заказал для них похлебку с требухой и стал ждать. Ждать пришлось недолго. В залу вбежал озабоченный пятый возница, который вместе с последним солдатом охранял выгруженный товар.

— Господин, там какие — то оборванцы к товару вашему примериваются!

Солдаты купца сразу же вскочили и бросились к выходу. За ними следом пошли и возницы. Встревоженный купец остался сидеть за своим столом. Удачно двое его людей выманили охрану! Медянщик быстро встал и подошел к столу купца.

— Узнаешь?

— Ты кто? — взвизгнул тот. Двое людей Медянщика встали по бокам, а третий направился к мальчишкам.

— Что, крыса, не узнал?

— Нет! — испуганно затряс бородой купец. Значит, это не тот незнакомец в плаще.

— Вот и я тебя не узнал. Зато мальчишку узнал. И он меня узнал. Сапожника твой дружок зарезал?

— Какой дружок?

— Да вот он знает… Ну — ка щенок подойти сюда. Быстро!

Когда Эрник приблизился к столу, Медянщик ловко ухватил его за ухо и достал свой острый нож.

— Если хочешь остаться с целыми ушами, говори правду.

— Господин, пожалуйста. Хозяин приказывал, я слушался.

— Этот хозяин?

— Нет, не этот. Этот только меня с пацанами везет в Гендован. Он вообще посторонний.

— Посторонний, говоришь? Зачем везет?

— Ребят везет к родителям. А я с ними, они немые, я наловчился их понимать.

— А хозяин твой где?

Мальчишка засопел носом.

— Его повесили.

— Кто?

— Виконт. Ларский виконт.

— Когда? За что?

— Полторы седьмицы назад. Не знаю за что. Золото забрали. И листья тоже. А этому господину велели ребят отвезти домой, а потом и меня обратно к нему в замок.

Вот это новость! Всё, накрылись листочки. А он еще собирался из Амариса в Ларск ехать, там скрываться. Нет, теперь его туда не заманишь.

Тем временем со стороны гостиничного двора раздались крики. Медянщик понял, что солдаты режут незадачливых грабителей — двух его людей, посланных для того, чтобы выманить из харчевни охрану. Пора уходить, солдаты сейчас вернутся, и тогда ему придется худо.

Уже повернувшись, Медянщик обернулся и спросился мальца:

— А кто был твоим хозяином, как его звали?

— Хитрец, господин.

Ба! Вот, оказывается, почему ему показался знакомым голос незнакомца, когда тот перестал хрипеть! Вот куда подевался гендованский главарь четыре года назад. И вот почему он возил листья именно в Гендован. Но где он их брал? Надо бы поспрашивать мальца, тот может знать. Но в этот момент на пороге харчевни показались возвращающиеся солдаты, и Медянщик бросился ко второму выходу.

Глава 15

Действительно, с Хелгом что — то творилось. Таким бледным и взволнованным Сашка ни разу его не видел. И странная просьба о пощаде этим жрецам — убийцам.

— Остановите казнь. И выйдите все. Оставьте нас вдвоем… Хелг, что случилось?

— Милорд! Ваша светлость!

Хелг уже давно к нему официально не обращался, когда они оставались наедине. Звал Сашкой, как и четыре года назад, когда они познакомились, и был на ты.

— Милорд! Простите меня и мою слабость. Я понимаю, что я виноват и наглею, но…

— Да говори же, не тяни!

— Этот жрец сказал, что может рассказать о судьбе людей. А у меня… моя мама и братья. Я о них до сих пор ничего не знаю, а уже прошло десять лет. Альсу и Орсу скоро должно исполниться шестнадцать.

В глазах всегда неунывающего Хелга подрагивали предательские слезинки.

— Хелг! — Сашка обнял друга. — Какой же ты… нет, какой же я тупица. Я же должен был об этот подумать давным — давно. Это ты меня простить должен, эх, Хелг, Хелг…

Когда они оба немного успокоились, Сашка позвал своих солдат и приказал вернуть в зал старшего жреца. Тот был еще более жалок и снова повалился на колени, взывая о милости.

— Ты сказал, что можешь узнать о судьбе людей? Всех людей или…? Отвечай!

— Да, ваше сиятельство, могу, могу!