Путь Сашки. Гексалогия (СИ) - Максимов Альберт - Страница 150

Ильсан замешкался, а Сашка двинулся в его сторону. Туда же двинулись и ларские воины, окружая гендованцев. Теперь Ильсан уже заметно нервничал. А Сашка стоял в нескольких метрах от него и зловеще ухмылялся. Ильсан резко повернулся и пошел прочь с плаца. За ним следом ушли и гендованцы. Это моральная победа принесла Сашке дополнительные очки популярности среди ларских солдат. А от желающих попасть под начало Хелга не стало отбоя. Ну, или почти не стало.

В течение трех недель первый десяток личной полусотни виконта Ксандра Ларского был сформирован. Все солдаты были почти погодками — от семнадцати до девятнадцати лет. Младшие баронеты, оруженосцы, два наемника. К последним двум Дар отнесся негативно. Не принято в Атлантисе брать в личную охрану наемников. Только люди из местного дворянства или солдат, опять же местных уроженцев. Это только у самозванца Тарена в личную охрану принимали любого, кто готов был раскошелиться на хорошую сумму. Дабы еще этих наемников приняли по причине отсутствия желающих ларцев. Но ведь Сашка отказал не одному и не двум таким желающим.

— Не смогу я с ними ужиться. — Ответил он на упрек брата. — Понимаешь, Дар, гонора у них много. Кто — то жесток или нагл. Нет, не уживемся.

— А эти двое?

— Нормальные парни, без хитрости. Без гонора и комплексов. А то, что чужие, так быстро станут своими. Уже почти стали. Попасть в элитный отряд, без всякой протекции для них уже очень много. И стараться будут. Я ведь всех взял с испытательным сроком на год. К тому же, лучшие могут пробиться в десятники. Я сказал, что теперь все зависит от них самих. И на знатность смотреть не буду. Сколько, думаешь, они тренируются? Да почти весь день. В казарму еле приползают.

— Да и ты от них не отстаешь.

— Все ты знаешь. Но мне чуть легче. Половину тренировок составляет занятие с лошадьми. Я ведь совсем в седле держаться вначале не умел.

— А сейчас?

— Меньше чем за месяц нельзя наверстать то, что другие постигают с раннего детства. Хотя в седле уже держусь.

— Скромничаешь. Я ведь узнавал, говорят, что успехи налицо.

— Какие там успехи. С мечом пока плохо дело идет. Даже не с самим мечом, а с техникой. Там ведь нужно, чтобы всё тело двигалось в одном ритме. И гибким было. А я и раньше гибкостью не отличался, а теперь и вовсе. Кожа на спине, конечно, наросла, но вся в рубцах. И это уже ничем не излечишь. Так что не быть мне даже посредственным мечником.

— Зато секирщик из тебя получается знатный.

— Ну, с секирой проще. Ведь там главное сила и точность удара. А техника… Гибкость тела не главное. Совсем не главное. Но мне помимо лошадей еще управляться с щитом научиться надо. Когда я на коне, секиру более легкую беру. И щит требуется. А в пешем бою беру двуручную. Вот здесь все проще. И конь не мешает. И щита не надо.

— А ведь у других наоборот, им сложнее с двуручной обращаться.

— Двуручная для пешего боя. А я ведь виконт. Мне не подобает пешком ходить. И в бой на коне скакать надо. Вот теперь и мучаюсь, наверстываю за все эти прошедшие годы. Но помимо тренировок еще сколько других забот. С той же полусотней. Надо в каждом претенденте разобраться. А они, знаешь, не все идут на контакт. И часто молчуны оказываются как раз теми, кто мне нужен.

— Тебе уже пора побывать в своем замке.

— Ну, вот еще одна проблема.

— Разве это проблема?

— А разве нет? Вместо того чтобы тренироваться ехать в какую — то даль.

— Совсем не даль. Утром выедешь, обедать будешь уже там. Я тебе подобрал управляющего. Зовут Ксенон. Он уже в возрасте. Будет смотреться контрастом с твоими парнями.

— А почему такого старого?

— Зато хороший. Нет, в самом деле хороший. Специально подбирал. Не жестокий. Просто так не ударит. Я ведь понимаю твое отношение к рабам.

Сашка нахмурился.

— Мне бы самому их подобрать.

— А стоит ли? Ты только себя изведешь, а то и дров наломаешь. Вместо двух десятков сотню, а то и две купишь. Ведь жалеть будешь?

— Буду, Дар. Я не такой, как вы все здесь.

— Знаю, Сашка, знаю. Но ведь всех жалеть…

— Эх… Разбередил ты мне всё. Всех, не всех, но… Я ведь понимаю, что и не все достойны. Пантюха жалеть? А Серри? За что ему такое? И сколько таких, как Серри, бредет в рабских ошейниках?

— Знаешь что, Сашка. Я скажу Ксенону отобрать рабов для твоего замка прямо из моих. Что они за люди давно уже ясно. А новых, что он купит, поставим на их место. Если кто — то окажется достойным, то тоже отправлю тебе. Ну, как?

— А что? Мне нравится. Спасибо. Только тогда у тебя окажутся худшие.

— Не так уж их и много. Замок — то большой. Да и мой управляющий мужчина серьезный. Чуть что на конюшню. Опять хмуришься? Не можешь забыть? Кстати, мне герцог из Гендована тут написал. Еще весной мельника вместе со всеми в рабство продали.

— Как продали?

— А ты что думал? Обратить виконта в рабство, подделать купчую, да и бить его. Да за такое я бы на кол мерзавцев посадил. И мельника и братца его младшего, что документы ему подделывал.

— И где они теперь?

— Продали. Куда? А тебе зачем? Ведь не мстить же?

— Нет, конечно. Просто как — то внезапно все произошло.

— Внезапно?

— Нет, не так. Твое известие для меня внезапным оказалось. Я ведь про мельника и не думал.

— А я думал. Герцог мне сообщил после того, как я ему отписал. И не спорь со мной. С твоими врагами разбираться буду я. Ты слишком мягкий. Мальчишку этого простил.

— Дар!

— Да, ворчу я, ворчу. На твоего Эйгеля злопамятствовать не буду. Убедил ты меня тогда. Уж как я был зол на него, а как ты сказал, что он тогда кормил тебя с рук, я вспомнил нашу удачу. И как ты кормил меня с рук. Из нескольких десятков мальчишек только ты один такой оказался. А все остальные дерьмом были.

— Тебя травили. Многие или от глупости или за компанию. А некоторые, окажись в другой компании, и повели бы себя по — другому.

— Так уж и по — другому?

— Не Бельмо, конечно. А вот, например, Ловкач. Я до сих пор не знаю, как к нему относиться. Не знаю, хотя он уже давно убит жрецами в храме.

— Тебя он как избил! И бил в полную силу. Не жалел.

— А когда меня Бельмо ударил, он с ним сцепился. Меня стал защищать, хотя только что пинал. Забыл?

— Помню.

— И когда мы впервые встретились, он со своими пацанами меня ограбил. Потом ножом пригрозил. А когда я пошел на их ножи, мне тогда безразлично все стало, он не зарезал, а вернул половину денег. А другой зарезал бы. Или хотя бы избил и ушел, ничего не возвращая.

— А ты на его месте бить бы не стал. Ты другой.

— Не знаю, стал бы или нет. Серьезно, не знаю. А то, что Ловкач меня избил, так то Ржавый приказал. Да и кто я был Ловкачу? Один день знакомства.

— Когда ты появился в удаче, ты мне сразу понравился. И мне стало завидно. Очень. Ты словно пришел из другого мира, который я давно потерял. Независимый, с деньгами, одет хорошо. А я — Обрубок. Я все время смотрел на тебя украдкой.

— Я видел. Несколько раз замечал твой взгляд, но ты его быстро отводил.

— А когда тебя били, мне казалось, что били меня. Но я постарался все это забыть. Даже и в мыслях у меня не было, что ты снова пойдешь против Ржавого. Тем более на следующий день ты отличился. Ведь любой другой возгордился и забыл бы про калеку. А ты снова полез подбирать кусок мяса с пола и кормить меня. Когда ты меня кормил я был просто раздавлен. Такого не могло быть. А было.

— Слушай, сейчас я упаду спиной на пол.

— Почему?

— Возгоржусь, нос задеру высоко — высоко, вот и опрокинусь.

Мальчишки засмеялись.

— Значит, как решили? Я пошлю десяток своих солдат вместе с управляющим и набранными слугами. Отправлю где — то через седьмицу. Еще за седьмицу они смогут подготовить замок для тебя. Значит, где — то через полмесяца ты можешь выехать в Броуди и вступить во владение…

Дорога до замка, действительно, заняла меньше полудня, да и ехал Сашка в окружении своего первого десятка личной охраны не спеша. Первая половина дороги была ему знакома, по ней он приехал в Ларск. Но затем пришлось свернуть на юго — запад, дорога стала заметно хуже, да и встречных путников заметно поубавилось. Местность вокруг все больше становилась холмистой, заросшей высокими соснами.