Семейные ценности темных (СИ) - Волк Анастасия Александровна "Amalis" - Страница 60

Далиана еле заметно вздрогнула.

— Я знаю тебя уже очень давно и да, я все поняла. Прости.

От ее глухого голоса я невольно поморщилась. Душу на мгновение захлестнула тоска, из-за которой захотелось выть или просто поплакать. Но я еще успею это сделать, а сейчас есть прямая и выполнимая задача.

Быстро открыв дверь, я вошла в магазин.

— Доброго вечера, мы скоро закрываемся, — продавщица, молодая пышногрудая женщина с белокурыми локонами и жирно накрашенными серыми глазами, приветливо улыбнулась, от чего на ее щеках появились две очаровательные ямочки.

— Мы быстро, — я улыбнулась в ответ, — нужно очень откровенное платье.

Продавщица тут же окинула мою фигуру взглядом и, быстро поднявшись, скрылась в соседней комнате, вход в которую закрывали шторы.

Вообще магазинчик был довольно милым — розовые стены с узорами в виде кружева, изящные резные диваны с черной обивкой, ничего лишнего, хотя вульгарности хватало.

— Идите ко мне, — раздалось из соседней комнаты.

Я быстро скинула куртку, что была на мне надета и отдала Далиане. Посмотрим, что тут можно на меня найти.

Надо признать, что выбор продавщицы был весьма неплох. Черное платье с шелковой юбкой выглядело дорогим, но обработка кружева на лифе выдавала настоящую цену с головой. Понять подходит ли оно мне, не надев, я не могла, так что пришлось раздеваться полностью. Вообще пришло время опять порадоваться подарку демонов: в шелке замерзнуть — раз плюнуть.

Платье село как перчатка. Девушка ловко затянула корсет на мне и повернула к зеркалу. Ну что же — очень и очень не плохо. Выгодный пошив лифа сделал мою грудь больше, приподняв ее вверх, а кружево по краям добавило еще большей эротичности. Длинная шелковая юбка имела крайне неприличный разрез до самой пятой точки, так что при ходьбе каждый раз открывалась далеко не самая плохая ножка в кружевном чулке (они шли в комплекте).

— А красное такое есть? — я покрутилась у зеркала, но, не смотря на общую картинку, не могла избавиться от чувства того, что я выгляжу одним черно-белым пятном.

— Да, если хотите — сейчас принесу.

Девушка на секунду скрылась и вернулась, неся чехол с новым платьем.

А вот оно было уже просто великолепно. Особенно, если учесть, что на красный шелк пришили кружево не в тон, как было на первом, а черное. Очень и очень неприличный наряд.

— Беру, — я улыбнулась.

Хорошо, что с деньгами проблем нет. А то пришлось бы соблазнять стражников в теплом платье и штанах, а это уж куда как сложнее. Когда мужчины видят наряд подобный тому, что я купила, они даже не акцентируют внимание на лице девушки или небольшом количестве лишних килограмм. Это как в ситуации, когда дети разворачивают коробку с подарком: они уже по размеру понимают, что внутри далеко не то, что хотелось, но красивая обертка обещает счастье в любом случае.

Всегда говорила, что мужчины остаются мальчиками до конца своих дней. Потому от женщин они требуют быть мамами. В первую очередь — для себя.

При виде меня Далиана задумчиво произнесла:

— Ты же замерзнешь.

— Что ты — огонь во мне способен согреть весь мир! — я театрально закатила глаза.

— Я не шучу.

— Я тоже. Спасибо вам, — я повернулась к продавщице.

— Приходите еще, — она чуть поклонилась в ответ.

Мы с Далианой вышли на улицу, и я тихо спросила:

— Спрячешь мои вещи?

— Да, только давай сделаем вот так, — Наркои сняла плащ и накинула на меня, — нам надо еще вокруг тюрьмы погулять, а в таком виде ты рискуешь переесть еще до начала самой операции, или превратиться в сосульку.

Я кивнула головой и закуталась посильнее.

До тюрьмы мы дошли минут за пятнадцать. Людей становились все меньше, но нужно было дождаться, когда ночь окончательно спустится на город и настанет время «ночных бабочек» и всевозможных нехороших личностей. Тогда ни я, ни Далиана не привлечем особого внимания.

Здание тюрьмы было скучным и вполне банальным. Прямоугольная коробка в пять этажей со множеством окон — два нижних и два верхних с маленькими и зарешеченными, а центральный красовался нелепыми витражными в человеческий рост.

Вокруг все было обнесено кованым забором, а сразу за воротами стоял маленький домик охраны.

— Уверена в своем выборе? — тихо спросила Далиана.

— Да, не думаю, что будет сложно.

— Ладно, тогда расходимся. Я найду тебя сама — войдешь внутрь и просто подождешь. Ты же не знаешь что и где, а просто идти по ниточке можно долго.

— Договорились, — я кивнула головой, — у меня есть просьба. Очень странная.

— Что нужно? — Далиана повернула голову.

— Ударь меня. Кулаком в скулу…

Договорить я нормально не успела, так как от удара чуть не упала на землю.

— Ох, спасибо! Давно мечтала, — Далиана явно улыбалась, потирая костяшки.

— Эй, можно было и легче!

— С твоей регенирацией нужно было постараться, — хмыкнула девушка. — Все, разошлись.

— Удачи.

— И тебе.

Я скинула плащ и отдала его подруге. Быстро поправила грудь, распустила и взлохматила волосы, потерла губы, чтобы они стали ярче.

Итак… в бой.

Я неторопливо двинулась к воротам, покачивая бедрами. Людей вокруг почти не было, а это не могло не радовать.

Открыв дверь (интересно, её вообще не запирают?) я ускорилась и почти побежала к небольшому деревянному домику. Замерла на секунду, но все же постучала.

— Кто? — дверь открылась, и я почти упала на стражника, одетого в кольчугу поверх льняной рубашки. Мужчина был довольно молодым, с темно-русыми волосами и карими глазами. Его левую бровь рассекал тонкий шрам, да и на щеках было еще несколько, словно ему стекла на лицо сыпались.

— Ой, мальчики, пустите немного погреться, — я томно прикрыла глаза, положив ладони на грудь незнакомца, — один кабель меня из дома выгнал, еще и кулаком ударил.

— Ээээ… — парень явно был в шоке, но судя по расширившимся зрачкам, процесс пошел.

— Кого там нелегкая принесла? — раздалось из дома.

Стражник неловко приобнял меня и шагнул в комнату. В небольшом помещении, освещенном тусклыми свечами, на деревянных лавках сидели еще двое мужчин. Все молоденькие, темноволосые.

— О, ш…ха!

— Мальчики, — я захлопала глазками, — можно у вас чуть погреться? А то мне до мамы идти через весь город, а меня клиент выгнал — даже вещи забрать не дал! — я тяжело вздохнула.

— А за что выгнал-то? — мужики с интересом оглядели меня с ног до головы и увиденное им понравилось.

— Да леший его знает! Не встал, кажется, вот он и испугался.

Стражникам шутка понравилась, и они дружно заулыбались.

— Ну, ничего, ничего — садись к нам.

— Не, мужики, — внезапно тот, что обнимал меня, напрягся, — нам запрещено сюда девок водить. Нельзя.

Я повернулась к нему, подняв голову, чтобы увидеть глаза.

— Так может, есть другое место, куда мы просто уйдем? — я скользнула пальчиками по стальным колечкам брони, — а то я настроилась сегодня… а тут такой кошмар.

— Килор, ты ее в камеру отведи, — один из стражников потянулся, — потом мы сходим. Она там и погреется и внимания никто не обратит.

— Но…

— Слушай, такая баба, а ты сопротивляешься. Ну, раз не хочешь, то я пойду.

Стражник встал и направился ко мне.

Килор прижал меня чуть сильнее. Ну вот, еще не понял, что сам себе смертный приговор подписал.

— Ладно.

Он снова посмотрел на меня, и в его глазах я прочитала такой водоворот эмоций, что даже удивилась. Там был и страх, и желание, и мальчишеская радость. Духи! Да я у него должна была быть первой!

— Пойдем, тигр, — я томно улыбнулась.

Килор кивнул и, взяв меня за руку, потянул к выходу.

Я с многообещающей улыбкой повернулась к остальным двум, после чего подмигнула. Этакий намек: никто не будет обделен вниманием.

Странно, но мужчины не знают, что многие «ночные бабочки» не испытывают любви к сексу, более того — не получают оргазм. Для них это работа и только. Хотя встречаются и те, кто, искренни, преданы своему делу. Даже если бы им не платили, они бы все равно спали со всем, что шевелится. В таких ситуациях меня умиляли представители сильного пола. Те, которые брали этих девушек в жены, свято веря, что это их жизнь заставила такими стать, а не собственная инициатива.