Брачное слияние (ЛП) - Пробст Дженнифер - Страница 51

- Я повторяю. Он был кретином. И придурком.

Униженная своей исповедью, она рассмеялась и выпрямилась в кресле.

- Я согласна. Я редко прихожу к иной мысли, так что это явно было к лучшему. – Её ложь стелилась между ними словно большой слон в своем реальном размере. – Как насчет тебя? Было ли когда-нибудь желание пойти к алтарю?

- Нет.

Его ровный тон довел курок в её голове до взведенного состояния.

- Я знаю, что ты был со многими женщинами. Тебе, кажется, это по душе. Чего же не хватало?

Тень плясала на его лице, затем упала на его щеку, отчерчивая шрам.

- Ничего. Всё. Я могу развлекаться и трахаться, но они всегда будут хотеть большего. То, чего я не смогу им дать. Поэтому, я просто шел дальше.

- А сейчас? Что ты будешь делать теперь?

Её вопрос, казалось бы, испугал его.

- Я не думаю, что я когда-либо встречался с женщиной, которая была бы такой же прямолинейной, как ты.

- Не уверена, что это комплимент.

Он усмехнулся.

- Ты можешь постоянно удивлять меня и бросать мне вызов. Это время для интимности?

Её темперамент снова возымел свой эффект и она зажмурила глаза.

- Мне не нравится быть осмеянной. Почему бы нам просто не делать то, что будет для нас лучшим выходом из ситуации? Работать вместе. Делить дом. Уважать друг друга. Мы будем держать свои эмоции в равновесии, и таким образом никто из нас не потеряет контроль. Договорились?

Он внимательно изучал её, но она отказывалась отступать.

Джульетта так и осталась держать его взгляд. Её разум кричал, умоляя его пойти на компромисс. А живот кричал, чтобы он проигнорировал её вежливую просьбу и затащил её в постель. Наконец, он кивнул.

- Как хочешь.

Воздух стал плоским и черствым. Её энергия испарилась, словно сломанная труба, и она быстро допила свой коньяк.

- Я рада, что мы пришли к согласию. Так будет лучше. Если ты не возражаешь, я пойду спать.

- Я буду в соседней комнате, на случай, если Вульф заподозрит что-то неладное.

- Конечно, - она поставила свой бокал на стол и заставила себя улыбнуться. – Спокойной ночи, Сойер.

- Спокойной ночи, Джульетта. Спи крепко.

Она покинула комнату и направилась в спальню, наполовину испытывая и облегчение и разочарование.

***

Сойер снова наполнил свой стакан, и закрыл за собой дверь. Он все ещё пах её уникальным ароматом мокко и кокоса, которые заставляли его рот получать наслаждение, словно он ел конфету. Но она была гораздо вкуснее, он вспомнил о её бедрах и её роскошных медовых губах.

Иисус, он пропал.

Его член напрягся в отчаянной попытке вырваться из штанов. Она пытается свести его с ума? Она хотела компаньона. Партнера в работе. Друга. Как он мог концентрироваться на всем этом в то время как все его естество сгорало от желания сорвать маски вежливости и раскрыть ту дикую, чувственную женщину, которую он помнил в своей постели? И как долго он продержится?

Он представлял, как во время ужина срывает с неё всю одежду, это было похоже на безумие.

Но может, ей это понравится?

Её слова не давали ему покоя. Никто и никогда не хотел её достаточно сильно. У его жесткой, способной женщины тоже были свои демоны. Он мог бы поспорить, что немало мужчин, с которыми она пыталась наладить отношения, просто разрушали её уверенность в себе. Как ещё сексуальная, умная и независимая женщина могла думать, что она недостаточно хороша для брака?

Может быть, он должен доказать ей обратное.

Возможности этого плясали на краю его сознания. Он мог принять её условия, и они просто бы двигались дальше, без осложнений. Наверное, в лучшем направлении. Но, взглянув на её лицо в тот момент, когда он согласился, он понял, что это очень разные истины.

Ни один мужчина никогда не был настолько сильным, чтобы бросить ей вызов.

Надавить на её. Соблазнить её. Её тело таяло под его руками; её разум давал трещины, что позволяло ему проникать в её самые потаенные места, которые усмиряли и вдохновляли его. Он жаждал её, как наркотик, разливающийся в его жилах, и, хотя, это было непредсказуемо, сумбурно, незапланированно, он нуждался в ней.

Позволив ей спать в своей холодной постели сегодня, он мог бы дать ей возможность построить свою защиту. Правильно было бы оставить её в покое. Он не умеет любить. А она была женщиной, которая это заслуживала. Но что было бы хуже? Держать её в безопасности, полагая, что этого не достаточно, чтобы бороться?

Или перетащить её в свою постель, рискуя разорвать свое сердце?

Его мозг совершенно ясно твердил ему только одно единственное решение. Путь, по которому он следовал с того самого момента, когда осознал, что именно он убил своего приемного брата, и это было так же ясно, как если бы он лично нажал на спусковой крючок.

Но сегодня все его разумные силы ушли в его член, а там находился только один единственный выход.

Сойер допил коньяк и пошел забирать свою жену.

***

Джульетта металась в бледно-голубых простынях, брыкаясь одной ногой и пытаясь остыть. Для такого старинного дома, радиаторы слишком перекачивали тепло, так, что пот тек по её шее и верхней части спины. Со стоном она откинула одеяло и уставилась в потолок. Её тело пульсировало от невыносимого желания, которое до сих пор не угасло. Ужасно, что у неё не было собственного вибратора. Конечно, она всегда была слишком стеснительной для того, чтобы опробовать его, боясь, что даже бездушный гаджет не сможет пробиться мимо её ледяного ядра к самому пику наслаждения.

Удивительно, как Сойер чувствовал, когда она всякий раз напрягала свое тело. Он рывком выдергивал её из её мира как раз в тот момент, когда, казалось бы, разум вот-вот возьмет верх.

Перестать думать о Сойере.

Спать. Сосредоточиться на сне. Джульетта закрыла глаза и начала считать. Один. Два. Три. Она утвердила финансовый отчет за квартал? Да, она отправила его. Четыре. Пять. Шесть. У её секретаря день рождения на этой неделе? Нужно купить ей подарок завтра. Семь. Восемь. Девять – распахнулась дверь.

Она села. Уставившись на фигуру перед собой. Он стянул рубашку и лунный свет обрисовал обнаженную кожу на его груди. Разрез мышц его пресса и бицепсов мерцали посреди нечестивых шрамов, борясь за превосходство. Он стоял с разведенными врозь босыми ногами, руками на бедрах и взглядом, суженном в молчаливой власти. В тот момент кровь в её жилах взревела, преобразовываясь в чистый адреналин. Она едва заметно покачивалась, стараясь дышать сквозь сумасшедшие удары своего сердца.

- Что ты здесь делаешь?

- Я думаю, ты знаешь.

Его голос звучал как сладкая карамель. Гладко, жестко и сексуально, как у самого дьявола. Она попыталась ответить ему, но издала только какой-то жалобный писк. Он двигался медленно, каждое его движение было превосходным, как бы наполняя эту комнату чувственной напряженностью. Она сидела посреди простыней, не в силах даже пошевелиться, страшась самца, смотрящего на добычу, который будет проглатывать её целиком.

Джульетта прошептала лишь одно единственное слово, пытаясь сказать его как можно властнее, чтобы остановить эти американские горки эмоций, потому что она была слишком напугана, чтобы ехать дальше.

- Нет.

Он остановился возле её постели. Его биополе излучало пьянящий мужской запах, который вызвал низкий стон из её горла.

Сойер протянул свою руку и схватил её за запястье. Высвободил её из постели, ставя на ноги. Её бледно-розовая ночная рубашка явно не скрывала её выпирающих обнаженных сосков и силуэта её тела, проглядывающего через тонкую ткань. Он властно навис над ней, как бы крича, что он возбужден.

- Ты – моя жена. И это наша брачная ночь. Я услышал тебя и соглашусь с тем, что держать секс под контролем будет для нас обоих самым правильным решением. – Он остановился и поднял свою ладонь вверх, чтобы погладить её по щеке и отвести спутанные волосы с её плеч назад. – Но я не могу. И не буду. Ты принадлежишь мне.