Миры Роберта Хайнлайна. Книга 2 - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 60

Шлем вместе с частью заплечья откидывался назад, и передняя часть скафандра открывалась двумя молниями на прокладках, образуя дверку, в которую приходилось втискиваться. С застегнутыми шлемом и молниями скафандр вскрыть невозможно из-за давления внутри.

На горловом обхвате и на шлеме смонтированы переключатели, а огромный шлем содержит резервуар с питьевой водой, по шесть контейнеров для таблеток с каждой стороны, справа от подбородка переключатель рации, а слева — переключатель, регулирующий поток воздуха; еще там были автоматический поляризатор для окуляров, расположенных перед лицом, микрофоны и наушники, в утолщении за затылком располагались радиосхемы, а над головой аркой выгибалась приборная панель. Знаки на циферблатах приборов располагались в обратном порядке, потому что космонавт видел их в отражении внутреннего зеркала, смонтированного спереди, на расстоянии четырнадцати дюймов от глаз. Над окошком шлема устанавливались две двойные фары. На макушке — две антенны: штырь передающей антенны и рожок, выстреливающий короткие волны, как из ружья. Ориентировать его следовало, становясь лицом к принимающей станции. Всю поверхность рожка, за исключением верхней части, покрывала броня.

Вам кажется, что скафандр переполнен, как дамская сумочка, но на самом деле все сделано так компактно, что просто красота, и голова, когда смотришь в окуляры, ни с чем не соприкасается. Если откинешь голову назад, то видишь отражения циферблатов, наклонишь вперед — и можешь подбородком оперировать клапанами-регуляторами, чтобы глотнуть воды или съесть таблетку, достаточно поворота шеи.

Все оставшееся пространство заполнено губчатой резиной, чтобы ни в коем случае не разбить голову.

В общем, скафандр мой был похож на первоклассный автомобиль, а шлем — на швейцарские часы.

Но баллонов с воздухом не имелось, так же как и всей радиооснастки, за исключением антенны, не существовало маяка и аварийного радарного целеискателя, внутренние и наружные карманы оказались пусты, а с пояса не свисали инструменты.

Когда я прочитал инструкцию и выяснил, что должно было содержаться в полном комплекте, я понял, что от автомобиля мне достался лишь один остов.

И я решил, что просто обязан привести его в порядок.

Прежде всего я тщательно протер скафандр «клороксом», чтобы уничтожить запах раздевалки. Потом взялся за систему воздухоснабжения. Хорошо, что вместе со скафандром прислали инструкцию, потому что почти все мои прежние представления о скафандрах оказались неверны.

Человек потребляет всего около трех фунтов кислорода в день, казалось бы, он может нести на себе месячный запас кислорода, особенно в космосе, в невесомости, или на Луне, где три фунта весят только полфунта. Что ж, для экипажей космических кораблей и станций или для аквалангистов это допустимо: они прогоняют воздух через негашеную известь, чтобы очистить его от углекислого газа, и дышат им снова. Но в скафандре так не сделать.

Даже сегодня многие говорят о «жутком морозе космоса», но ведь космос — это вакуум, а если бы вакуум был холодным, то как бы термос сохранял кофе горячим? Вакуум — это ничто, он не обладает температурой, он только изолирует.

Три четверти того, что вы съедаете, преобразуется в тепло — в огромное количество тепла, его ежедневно выделяется столько, что хватит растопить фунтов пятьдесят, а то и больше, льда. Звучит невероятно, правда? Увеличивая температуру реостатом, вы выбираете более подходящее соотношение для обогрева. Тело производит столько тепла, что от него приходится избавляться, — точно так же, как приходится охлаждать автомобильный двигатель.

Разумеется, если делать это слишком быстро или, скажем, на холодном ветру, то можно замерзнуть, но перед человеком в скафандре стоит другая проблема — как бы не свариться заживо, подобно раку. Вокруг — вакуум, и избавиться от избыточного тепла очень трудно. Частично оно уходит само, но не так уж много, а находясь на солнце, предмет все равно впитает его больше, чем отдаст, потому-то поверхности космических ракет и отполированы до зеркального блеска.

Так как же быть?

Не носить же на себе пятидесятифунтовые глыбы льда. Избавляться от избыточного тепла следует так же, как и в земных условиях, конвекцией и испарением: надо заставлять воздух постоянно циркулировать вокруг тела, чтобы он, испаряя пот, охлаждал вас. Верно, когда-нибудь изобретут скафандр, оснащенный такой же восстановительно-очищающей системой, как космические корабли, но пока что практический выход заключается в следующем: надо выпускать использованный воздух из скафандра, выводя с ним пот, двуокись углерода и избыточное тепло, тратя на все это большую часть кислорода.

Есть и другие проблемы. Давление в пятнадцать фунтов на квадратный дюйм, которому вы подвергаетесь, включает три фунта кислородного давления. Легким хватит и меньшего количества, но только индеец из высокогорных Анд будет себя уютно чувствовать при давлении кислорода меньше двух фунтов. Девять десятых фунта — предел. Любое давление ниже этого предела просто не будет способно вгонять кислород в кровь — таков примерно уровень давления на вершине Эвереста. Но большинство людей начинают испытывать кислородное голодание задолго до этого предела, поэтому лучше остановиться на двух фунтах кислорода на квадратный дюйм. Кислород следует смешать с инертным газом, потому что от чистого кислорода может заболеть горло, или, что еще хуже, человек от него пьянеет, или начинаются страшные судороги.

Азот, которым вы дышите всю жизнь, использовать нельзя — при падении давления он образует в крови пузырьки и калечит кровеносные сосуды. Пользоваться нужно гелием, который не пузырится. Только вот говорить из-за него вы будете скрипучим голосом, ну да черт с ним.

Итак, недостаток кислорода вас убьет, избыток отравит, азот покалечит, в двуокиси углерода можно утонуть, если прежде от нее не задохнуться, а обезвоживание организма может привести к смертельной лихорадке. Дочитав инструкцию до конца, я прямо диву дался, как человек ухитряется выжить, да еще в скафандре.

Но вот передо мной лежит скафандр, который сотни часов служил человеку защитой в космосе, способный избавить его от всех этих опасностей. На спине он несет стальные баллоны с «воздухом» (смесь кислорода и гелия) под давлением сто пятьдесят атмосфер, то есть больше двух фунтов на квадратный дюйм, и через один редукционный клапан давление «по требованию» доводится до трех-пяти фунтов на квадратный дюйм, два фунта из которых приходится на кислород. Вокруг шеи проложен силиконово-резиновый воротник, и в нем проделаны крошечные отверстия, чтобы снизить давление в корпусе скафандра и ускорить поток воздуха, тем самым повышая скорость испарения и охлаждения, и нагибаться станет значительно легче, добавьте выхлопные клапаны — по одному на запястьях и лодыжках: они должны пропускать не только газ, но и воду, в противном случае утонете в собственном поту.

Баллоны большие и неуклюжие, весят фунтов по шестьдесят, но масса воздуха, содержащаяся в баллоне, не превышает пяти фунтов даже при таком колоссальном давлении. Вместо месячного запаса приходится довольствоваться запасом на несколько часов; те баллоны, которыми когда-то оснащался мой скафандр, были рассчитаны на восемь часов. Но зато эти восемь часов гарантируются полностью, если, конечно, ничто в оснастке не откажет. Срок можно растянуть: перегрев, так же как и двуокись углерода, мгновенной смерти не вызывает, но если уйдет кислород, то смерть наступит минут через семь. Так что возвращаемся к тому, с чего начали: без кислорода жизни нет.

Носом не почуешь, достаточно его поступает или нет, а знать, черт побери, надо точно. Поэтому к уху крепится зажимом элемент, который следит за цветом крови. Красный цвет крови придает обогащающий ее кислород. Он подсоединяется к гальванометру; если его стрелка указывает «опасность», молитесь.

В выходной день я отправился в Спрингфилд за покупками. В сварочной мастерской я нашел два подержанных тридцатидюймовых металлических баллона. Я заставил хозяина проверить баллоны на давление и заслужил этим всеобщую неприязнь. Дома я заскочил в гараж Принга и договорился о покупке воздуха под давлением пятьдесят атмосфер. Подкачать давление повыше и купить кислород и гелий я мог а Спрингфилдском аэропорту, но пока не видел в том нужды.