История Икс - Моллой А. Дж. - Страница 49

— Это Казино-дельи-Спирита, — говорит Марк. — Его история вполне соответствует духу барокко: призраки и художники, поэты и оргии. — Любимый поднимает мою руку и выводит меня из гондолы. — Прошу, Икс, не переживай. Четвертая мистерия самая приятная.

Конечно же, я переживаю. Но в то же время приятно взволнована. Я вижу несколько знакомых девушек в белом — они выходят поприветствовать нас и подать бокалы вина, пока мы стоим снаружи.

Наша гондола удаляется, как и все остальные лодки. Одна прислужница делает шаг вперед и садится передо мной на корточки. Затем довольно бесцеремонно поднимает полупрозрачное муслиновое платье, открывая мою наготу всему свету — всем окружающим меня людям.

Меня предупредили не надевать трусики. Теперь всем видно, что я повиновалась этому жесткому правилу. Прищурившись, девушка смотрит на мою татуировку, прямо над подвязкой, а затем опускает платье и приседает в реверансе.

И все это происходит на тротуаре канала Венеции, на глазах десятков людей, десятков богатых и элегантных людей. Я узнаю ґнекоторых из них: знаменитости, политики. Я стараюсь подавить стыд и смущение. Пью вино и разговариваю с Марком, пока девушка делает свое дело. Люди вокруг меня тоже пьют, разговаривают, кивают. Затем одна из прислужниц ведет нас в Казино-дельи-Спирита.

Внутри дом кажется больше, чем снаружи. На нижнем этаже темно и величественно. Атмосфера слегка зловещая. Здесь будто в гробнице. В воздухе царит сырость лагуны. Теперь нас приглашают наверх. Следующий этаж — piano nobile, «главный этаж», — более яркий и впечатляющий. Белокаменные готические арки и белые мраморные колонны подпирают высокий потолок с изящной лепниной. Комната очень просторная, с выходом в бальный зал. Стены украшены фресками довольно эротичного содержания, в румяно-розовых и белых тонах, с изображением обнаженных девушек и херувимов. Возможно, это Тьеполо.

Прислужницы подают огромные металлические чаши.

— Это кикеон, — говорит Марк. — Выпей полную чашу.

Кикеон? Конечно же, я о нем слышала. Дурманящий напиток Элевсинских мистерий. Великолепный, но тайный наркотик.

Впервые за сегодняшний вечер я колеблюсь. Наркотики? Я их не принимаю. Лишь однажды пробовала марихуану. Совершенно нелепый опыт. Меня тошнило, а комната кружилась перед глазами. Марк ощущает мою нерешительность.

— Все это законно, сделано из трав и диких цветов.

— Каких трав?

— Понятия не имею, Икс. Это мистерия. — Он печально улыбается.

Прислужница пристально смотрит на меня. Я ругаю себя за робость. Я же так далеко зашла! А теперь хочу узнать, в чем заключается четвертая мистерия, и я не могу потерять Марка. Не могу.

Беру чашу в руки, делаю глоток. Еще и еще. Напиток густой, слегка горьковатый на вкус, немного пряный. Как холодный глинтвейн. Совсем не отвратительный. Запрокидываю чашу и выпиваю все до последней капли. Марк проделывает то же самое, не отрывая от меня глаз.

— Все здесь пьют кикеон.

Начинается музыка. Ритмичные, пульсирующие африканские напевы. Узнаю ґмелодию, но не могу вспомнить название.

— «Missa Luba», — отвечает на мои мысли Марк.

Конечно же. «Missa Luba» — месса, записанная в бельгийской Африке десятки лет назад.

Идеальная музыка для нынешнего момента, ведь кикеон действует с невероятной скоростью. Мне уже что-то мерещится. Хватаю Марка за руку. На этот раз я действительно качаюсь из стороны в сторону. На коже проступает пот. Я даже немного испугана.

— Не борись с кикеоном, — шепчет мне Марк и нежно целует в бледную шею. — Представь, что ты в гондоле, piccolina, которая везет тебя по каналу в темноту. Теплую, сладкую темноту.

На мгновение останавливаю взгляд на его красивом, сдержанном лице. Затем поворачиваюсь и смотрю на другие красивые лица, знакомые мне. Кто это? Актер? Я сплю? Не уверена, ведь я вижу лица знаменитостей. А вот известный политик. Рядом с ним какой-то миллиардер, прославившийся в Интернете. Знаменитая модель. Еще один политик, американец, с женой. Всемирные магнаты и супермодели.

Мои руки ослабевают. Крепкой ладонью в шелковой перчатке Марк поддерживает меня. Все это напоминает роскошную эротическую вечеринку для богатых и знаменитых, но и самых влиятельных людей мира. Если я, конечно, не сплю, если это не галлюцинации, вызванные мощным наркотиком. Не знаю. У меня кружится голова.

— Мы можем выйти на свежий воздух?

— Конечно, — кивает Марк.

Подходим к окну, и я вдыхаю свежий теплый воздух лагуны. А когда поворачиваюсь, то понимаю, что Марк стоит возле молоденькой красавицы лет восемнадцати в ярко-красном бальном платье в стиле английского ампира. Улыбаясь, девушка обходит меня. Что она такое делает? Пытаюсь разглядеть. Она садится на колени позади меня, ее пальцы скользят мне под юбку. Девушка находит клитор и принимается ласкать его.

— Ты влажная, — говорит она.

Я смотрю на нее сверху вниз, затем перевожу взгляд на Марка.

— Да.

Красавица не перестает массировать мой клитор. Мы стоим рядом с группой танцующих людей. Застыли в неподвижности. Девушка поглаживает меня, пощелкивает, массирует большим пальцем. Смотрю на Марка.

Я просто таю, поддаюсь удовольствию и видениям. Ах! О да! Девушка очень симпатичная, но я понятия не имею, кто она такая. Слегка постанываю, не могу сдержаться. Она продолжаем меня гладить. Не хочу, чтобы она останавливалась. Как хорошо, как же хорошо! Но девушка улыбается и внезапно убирает руку. Слышу, как она удаляется, растворяясь в толпе. Я же вся вспотела. Близко, так близко… Где я?

— Марк, кто она?

Он качает головой.

— Да, мистерия, — шепчу я. — Знаю, это тайна. Марк, у меня такие странные чувства.

Лорд Роскаррик вновь берет меня за руку. Опираюсь на его плечо и ощущаю прилив желания. Мощное самозабвение. Хочу заняться с Марком сексом прямо здесь, перед всеми этими людьми. Сорвать с него шейный платок, эту накрахмаленную белую рубашку. Расстегнуть его бриджи Байрона. Мне слишком сложно сдерживать себя. Эти длинные кожаные сапоги так и манят меня.

Музыка очень громкая, почти болезненная для слуха. Понятия не имею, который сейчас час или сколько времени уже прошло.

Марк что-то шепчет мне на ухо, от него пахнет пряным вином.

— Не хочешь прилечь? Кикеон подействует еще сильнее, если ты приляжешь.

Не уверена, что смогу вынести более сильное воздействие кикеона. Но Марк прав: мне нужно прилечь. Перед глазами пляшут разноцветные огни, фрески будто оживают. Херувимы спускаются с облаков.

Пошатываясь, прохожу сквозь толпу людей. Марк ведет меня за руку. Вижу мужчин в военной форме и женщин в белых газовых платьях и коротеньких жакетах в стиле эпохи Регентства — жакеты Спенсера? — на фоне широко распахнутых окон. Кладбищенский остров вырисовывается на темном венецианском горизонте. Слева перед глазами покачивается большая деревянная лестница. Марк указывает в ее сторону, но я и так уже иду туда, держа его за руку.

Мне нужно подняться по этой лестнице.

Наверху Марк тормозит: перед нами открывается позолоченный розовый коридор. Нахожу широкую кровать в лиловой с золотом комнате. Я отпускаю руку Марка, захожу внутрь и ложусь на постель, сбрасывая атласные туфельки. Мы на третьем этаже? Теперь я вижу в комнате других людей. Встаю, чтобы уйти, но рядом тут же появляется Марк.

— Лежи… — бормочет он.

Делаю, как мне говорят. Ведь я действительно хочу полежать. Хочу, чтобы сверху лег Марк. Но вместо этого к кровати подходит молодая девушка и легким движением задирает муслиновое платье до талии, обнажая меня. Затем снимает наряд целиком вместе с браслетами. Девушке лет девятнадцать-двадцать, она одета в шелка и муслин, волосы убраны в красивую высокую прическу.

Лежу на кровати нагая и беззащитная. На мне лишь белые шелковые чулки и перчатки, а рядом лежит еще одна девушка. Она словно одета для экранизации «Гордости и предубеждения», а в руках держит длинный стеклянный фаллос.

Марк по-прежнему здесь. Стоит рядом.