Куколка для монстра - Платова Виктория - Страница 26

– Да, – медленно произнесла я, – о чем-то таком меня спрашивал капитан, он даже вывозил меня на место преступления. Оба убиты из «браунинга», и в том доме тоже были собаки… Ротвейлеры, как и Микушка.

– Какие собаки, любовь моя? Жена Дамскера терпеть не могла собак. У нее была аллергия на собачью шерсть.

– Кудрявцев и Сикора, тебе ни о чем не говорят эти фамилии?

– Нет. Ты никогда о них не упоминала.

– Это люди, к убийству которых я причастна. Во всяком случае, так утверждает капитан, который допрашивал меня.

– Господи, когда ты только успеваешь? – Эрик зарылся лицом в мои волосы. – Ты просто многостаночница. Я имел в виду совсем другое.

– Другое?

– Ну да. Прошлой весной твои крутые друзья вывели тебя на этого ушлого еврея – Дамскера. Унылая морда провинциального закройщика, но при этом – светлейшая голова и офигительные связи. У него был банк, через который прокачивались бешеные бабки из нашего тухлого госбюджета, они же уходили за рубеж и оседали там на счетах. Лакомый кусок, одним словом. Я не очень-то силен в подробностях, ты старалась меня в них не посвящать… Это была целая структура, а концы были спрятаны наверху. На самом верху. А все нити держал в руках Дамскер, светлейшая голова. И кому-то из твоих цивильных бандитов это очень не нравилось, кому-то очень хотелось наложить лапу и на эти счета, и на этот банк, и на эту структуру. Война мафиозно-интеллектуальных кланов, со всеми вытекающими… И поскольку ты за эти годы заимела репутацию Маты Хари…

– Маты Хари?

– Именно, любовь моя. Они решили запустить тебя в курятник к Дамскеру, чтобы ты занялась ощипыванием перьев с бюджетных курей. Компромат не проходил, шантаж тоже. Этот Дамскер был очень пуглив, как старый раввин после погрома, и не наследил ни в одном злачном месте. И даже не оставил своей спермы ни на одном сомнительном платье. Ангел с крыльями, а не, человек.

– И что, мне это удалось? – Я со жгучим любопытством посмотрела на Эрика.

– Не сразу, не сразу, любовь моя… Пришлось попотеть. Пришлось пойти через жену, потому что неожиданного появления рядом с собой красивой бабы Дамскер никогда бы не допустил. У него даже любовницы не было, все боялся, что любовница может подсыпать ему цианиду в кофей… Или вытащить дискету с данными из персонального компьютера.

– Через жену? Почему через жену?

– Ага. Тривиальное знакомство у косметички. Ну, ты же знаешь этих не в меру темпераментных евреек. Она так хотела обмануть климакс, она больше всего боялась постареть, Ася Дамскер. А тут появляешься ты в образе наивной простушки и говоришь ей все то, что она хочет услышать. Это было в твоем стиле – исподтишка собрать о человеке информацию, а потом вывалить ее ему на голову… Пара-тройка действенных рецептов омоложения, пара-тройка походов к твоему дружку-подонку Илье Авраменко в это продвинутое казино. «Монте-Кассино», кажется, так оно называется… Там выдали ей выиграть пару-тройку тысяч баксов. Ну и так далее… Приобщили пугливую одомашненную дрофу к радостям светской жизни. Уйма людей работала на тебя и на эту вашу операцию. Ты меня с ней тоже знакомила, любимого младшего братца, но она не клюнула. Словом, ты аккуратненько втираешься в дом на правах гуру и лучшей подруги, ничего подозрительного. И происходит то, что обычно и происходит: стареющий еврей влюбляется в тебя со всем пылом стареющего еврея. Ну а дальше дело техники. Через две недели ты у него в постели, через месяц ты у него в компьютере. Только там что-то не задалось. Дамскер не доверял компьютерам так же, как вокзальным потаскухам… Но кое-что ты все-таки узнала. Похоже, в койке он распустил перья и нашептал тебе лишнего о своих делишках.

– Начало мне нравится.

– Финал был не таким жизнеутверждающим. Тебя приглашают на день рождения хозяина дома. На правах гуру, близкой подруги и сногсшибательной любовницы. Отличный повод, чтобы покопаться в домашнем сейфе. Что ты и делаешь. И даже выуживаешь все необходимые тебе документы.

– Интересно, как я подобрала код сейфа?

– Об этом ты ничего не говорила. Что-то сопоставила и вычислила. Дамскер, судя по твоим рассказам, был чудовищно сентиментален и привязан к датам… – Ты был так осведомлен обо всем? – насмешливо спросила я Эрика, прислушиваясь к его губам, которые целовали мои волосы.

– Я тоже был там. На правах младшего братца. Мне поручено было развлекать его жену… Не очень-то удался этот план, скажу я тебе, она оказалась примерной хранительницей очага и чуть с ума не сошла, когда я зажал ее в ванной, где она подкрашивала свои бледные губы.

Словом, я не уследил за ней… Прости. Я просто оказался не в ее вкусе. Прости.

– Ничего.

– Да, я знаю… Ты и тогда простила. И даже в лицах продемонстрировала мне, что произошло потом. Ты же всегда была отличной актрисой, Анька. Высококлассные шлюхи всегда хорошие актрисы… А актрисам необходим зритель. Хотя бы один. Я и был этим благодарным зрителем и даже дарил тебе розы каждую пятницу…

Розы. Смутно, как сквозь толщу воды, всплыло ощущение упругих змеиных головок цветов под пальцами…

Прикосновение к нежным лепесткам… Несомненно, в моей жизни уже были розы. Много роз.

– Судя по началу и двум трупам, этот культпоход в сейф не сошел мне с рук? – спокойно спросила я.

– Не сошел, – вздохнул Эрик. – Он застукал тебя в самый ответственный момент. Поднялся в кабинет, когда никто его там не ожидал. Разборки в присутствии высокопоставленных гостей и охраны никак не входили в твои планы, это был бы полный крах. И твоей удачной карьеры в частности. А в сейфе, ко всем несчастьям, лежал пистолет… ;

– Ну и?.. – Я поощрила Эрика, удивляясь своему внутреннему спокойствию. Циничная сучка, что и говорить. Как раз в моем стиле. В стиле Анны Александровой…

– В общем, ты убила его, – просто сказал Эрик, – пристрелила как собаку. А заодно и свою несчастную подругу Асю, которую я упустил, как дурак. Но я ничего не мог поделать, я оказался не в ее вкусе. Да она и сама начала подозревать что-то неладное, что касалось вас обоих. Трудно было не заподозрить. Ты даже говорила, что Юлик Дамскер… Пардон, пардон, Юлий Моисеевич…

Что он готов бросить свою клячу и жениться на тебе! Она следила за вами, она думала, что вы поднялись в кабинет потрахаться, пока гости увлечены шведским столом и струнным оркестром… Дамскер был большим любителем классической музыки.

– И никто не слышал выстрелов? – вполне резонно спросила я.

– Струнный оркестр, «Венская кровь» Штрауса и звон бокалов. Никто…

– И что потом?

– Потом начинается самое интересное… Давай-ка выпьем по этому поводу.

– Давай, – от всего рассказанного у меня начала кружиться голова, самое время выставить уставшему мозгу двухсотграммовый стакан…

Эрик принес мне водки, и мы выпили не чокаясь.

– Словом, мы быстренько свалили со всеми бумажками и пистолетом, от греха подальше. А потом сидели с тобой до самого утра и разбирали их. Там было много чего интересного. Помимо материалов по корсчетам в швейцарских, английских и бельгийских банках, гора компромата на очень влиятельных людей, колоссальный материал, который, без всяких счетов, стоил не один миллион долларов, – Дамскер имел тенденцию подстраховываться… И ты решила воспользоваться всем этим. Сразу прыгнуть в дамки. Ни с кем не делиться. Только ты сама. Ну и я, твоя правая рука, твой мелкий альфонсик…

– Жиголо, – устало поправила я.

– Именно… Твой подонок-братец, который никогда тебя не продаст.

– Интересно, сколько же денег мне предложили за удачно проведенную операцию?

– Ты никогда не говорила об этом. Во всяком случае, это не идет ни в какое сравнение с суммами, которыми ты могла обладать.

– Значит, меня обуяла жадность?

– Не жадность, а стремление получить все и сразу. Поэтому-то ты и решила свалить из страны. А перед этим сделать пластическую операцию… Помимо всего прочего, засвеченную Анну Александрову легко могли обвинить в убийстве двух человек, наши доблестные органы не дремлют… Ты и меня в это втянула. Для начала мы легли на дно: что-что, а запутывать следы ты умеешь, я в этом убедился. Тусовались у каких-то престарелых идейных хиппи, которые в молодости пилили из-за тебя вены, а в старости готовы были за тебя умереть…