Корабль призраков - Платова Виктория - Страница 100

– Ты… Ты могла подумать, что это я убивал? – На секунду мне показалось, что он ударит меня. – Как ты могла подумать это?

Действительно, как я могла подумать это. Сейчас сама мысль о том, что Антон хоть как-то причастен к убийствам, казалась мне абсурдной и подлой. Почему вдруг я решила? Он сказал мне слова, которые были написаны в послании убийцы. Но ведь ему я не сказала о записке. Поэтому сейчас все выглядит довольно нелепо.

– Не обижайся. Просто были маленькие детали, в которых я была не совсем уверена. Но сейчас все выяснилось. Прости меня.

– Ева! – Слова давались ему с трудом, я это видела. – А если бы я… Если бы на моем месте действительно оказался убийца, – тогда что?

– Не знаю, – честно сказала я. – Во всяком случае, мне было бы известно, кто совершил все это.

– И ты переспала бы с ним? – Ого, каким ревнивым и грубым ты можешь быть, милый нейрохирург! С тобой нужно держать ухо востро.

– Нет, – не совсем уверенно сказала я.

– А как бы ты вышла из положения?

– Нашла бы выход. Я всегда нахожу выход…

– И ты бы… Ты бы провоцировала каждого мужика на постель? Пока не нашла нужного?..

Что же в этом дурного, ведь не спать же я с ними собиралась, в самом деле. Но ничего этого я не сказала Антону. И, подумав немного, я решилась сказать ему правду.

– Нет, я бы не стала искать. Я бы нашла какой-нибудь другой способ. Но с тобой я просто не могла ждать…

– Почему?

– Потому что ты нравишься мне. Ты так мне нравишься, что я решила покончить с этим. Узнать всю правду разом, какой бы она ни была. Я не могла больше ждать, если бы подтвердилось самое ужасное – я не хотела бы в тебе увязнуть. Мне было бы слишком больно.

– А теперь? – тихо спросил он.

– Теперь я хочу в тебе увязнуть. Правда хочу.

Он снова наклонился ко мне и поцеловал. И перед тем, как утонуть в его поцелуе, я снова поразилась нежности его губ. И, собрав последние остатки воли, отстранилась. Он растерянно сидел передо мной, маленький медведь с грустными глазами.

– Нужно идти, – с сожалением сказала я.

– Да… Но ты обещаешь мне остаться со мной?

– Я могу пообещать тебе все, что угодно…

– Все не надо. Обещай никуда не влезать. Теперь я знаю все. И теперь будет легче.

– Да. Теперь ты знаешь все. Кроме того, кто убийца и что случилось с экипажем.

– Даже если мы отираемся на задворках тысяча девятьсот двадцать девятого года – это не меняет дела….

– Потому что убийца отирается рядом с нами, – закончила я мысль Антона.

– Да. Теперь нас двое. Нужно обо всем рассказать Максу.

– Почему Максу? – Я насторожилась.

– Потому что Макс – человек с холодной головой и железными нервами. Он же работает на холодильных установках, не забывай, – улыбнулся Антон, а я вдруг вспомнила, какие ледяные руки у механика. И то, что вчера вечером, оглушенная убийством Мухи, я сама собиралась ему рассказать. Но теперь…

– Знаешь, не стоит говорить об этом Максу.

– Если ты боишься нарваться в его лице на убийцу, то могу сказать тебе, что он совершенно ни при чем.

– С чего ты взял, что я боюсь? – Он видел меня насквозь.

– Я бы на твоем месте тоже боялся, но Макс чист, уверяю тебя. Вчера, когда мы сидели в машинном отделении… Там было жарко – жарко для него, – поправился Антон. – И Макс снял свою знаменитую черную майку.

– И что?

– Я видел его грудь… Самая обычная, в том смысле, что эту твою черепаху и надпись я бы обязательно заметил.

– Ну, не знаю.

– Нам нужен союзник. Тогда мы сможем раскинуть сеть максимально широко, ты как думаешь?

– Может быть.

– Он бесстрашен…

– В смысле – бездушен…

– Нет, ты не поняла… Он может нам пригодиться.

Он единственный, кто в состоянии справиться со всем голыми руками. Не забывай, что мы безоружны, а убийца вооружен. Он ведь убил Клио выстрелом в висок.

Напоминание о Клио снова внесло сумятицу в стройные ряды моих рассуждений: зачем маньяку понадобилось убивать женщину, к тому же таким нетрадиционным для себя способом? Я сказала об этом Антону, и он надолго задумался.

– Я не знаю. Может быть, она тоже случайно узнала о его существовании. И пыталась шантажировать его, так же как и старпом.

Я с сомнением покачала головой: гиперсексидевочка Клио, напропалую занимающаяся любовью, мало напоминала шантажистку. Но, подумав, решила, что это единственное приемлемое объяснение. Может быть, она даже не шантажировала его, а просто стала случайной свидетельницей чего-то. И ее вполне могли убрать. Только одно оставалось для меня загадкой: почему же убийца так проникся мной. Даже с Антоном нельзя обсудить это, чтобы не испугать его…

– В любом случае нам нужен Макс, – снова повторил Антон – Одна голова хорошо, а три лучше.

– И потом – он единственный, кто может справиться со всем голыми руками, – вспомнила я слова Антона и коснулась его волос. – А ты мог бы справиться со всем голыми руками?

– Чтобы защитить тебя – да…

– Хорошо, пусть будет Макс. Только давай немного подождем.

Я вдруг вспомнила, как привязана к Максу Карпик: эта девочка никогда не выберет в друзья недостойного человека. Выходит, ты очень достойный человек, Ева, поздравила я себя.

– Сколько? – спросил Антон. – Будем ждать, пока он еще кого-нибудь не убьет?

Он убивает гомосексуалистов, хотела сказать я, а главный гей убит.. Но остается еще его старший… м-м… друг… Вот кого надо предупредить, подумала я и тотчас же одернула себя – не стоит забывать последнюю запись в тетради Митько: старпом заподозрил его в латентной педерастии. Господи, от этого может лопнуть голова. Честное слово…

– Идем, Антон. Нужно проверить, все ли живы на сегодняшний день.

Но мы еще на пятнадцать минут задержались у двери. Господи, как же сладко, как нежно он целуется.

По пути в кают-компанию мы никого не встретили. И Антон воспользовался этим. Он не выпускал моей руки и даже несколько раз поцеловал меня. На палубах корабля, над которыми витала смерть. Еще никогда я не добиралась от своей каюты в кают-компанию так долго. Больше всего я боялась, что кровь Мухи так и осталась на полу. Но пол был чист, и я вздохнула с облегчением.