За Тридевять Земель - Скарбек Игорь Юрьевич - Страница 34

К. Т. Хлебников, сообщая о дружественных связях русских с калифорнийскими туземцами, писал: «В бытность потом в порте Румянцева шлюпа «Камчатка» индейцы подтвердили начальнику онаго, известному флота капитану Головнину, свою независимость от гишпанцев, свою ненависть к ним и желание, чтобы русские селились и жили в их соседстве. Один из старейшин их, Вале?лие?лье, упросил г?на Головнина дать ему российский флаг, дабы он мог его употреблять, как свидетельство дружбы и преданности к русским, как своей, так и управляемого им народа». Получив в сем удовлетворение, тойон оставил на шлюпе подарки, «состоящие из разных нарядов, стрел и домашних приборов...».

Долог и труден был путь русских землепроходцев, стремившихся поначалу завязать торговые отношения с испанцами, потом – основать в Калифорнии колонию для снабжения северных своих промысловых поселений. Новый Альбион полагался «естественным пределом Земли Росской» еще Г. И. Шелиховым, наставлявшим в 1786 году своих сподвижников: учреждать артельные поселения для «прославления Российского государства по изъясненной земле Америке и Калифорнии до 40?го градуса». С 1803 года А. А. Баранов начал обследование, или, как тогда говорили, обыскание, Новой Калифорнии, посылая туда под прикрытием зафрахтованных бостонских судов промысловые партии алеутов. На протяжении всего калифорнийского побережья и на прилегающих островах обнаружены были громадные скопления морского зверя. В 1806 году, как уже известно читателю, Калифорнию посетил Н. П. Резанов. Вернувшись на Ситху, он рекомендовал Баранову «приобресть во владение России одно из свободных мест для развития там хлебопашества и скотоводства».

Для «обозрения в подробности означенных берегов» и подыскания подходящего для заселения места осенью 1808 года главным правителем снаряжены были две шхуны: «Николай» под командой штурмана Булыгина и «Кадьяк» со штурманом Петровым. Начальником экспедиции был советник Иван Кусков. Приказчик Тимофей Тараканов возглавлял партию промысловиков?алеутов. Судам надлежало соединиться в порту Гавр?де?Грей и оттуда уже совместно продолжить свой путь к берегам Нового Альбиона. Однако «Николай» потерпел крушение. Шхуне «Кадьяк» по причине неистовых ветров также не довелось посетить означенный порт. В конце ноября «Кадьяк» был в Тринидаде, но пригодного к обмену морского зверя у местного населения не оказалось. Спустя месяц судно бросило якорь в заливе Малый Бодега, где русские и алеуты сами принялись за промысел. В августе 1809 года «Кадьяк», оставив в солнечной Калифорнии пятерых сбежавших зверобоев, поднял паруса и повернул назад. Судя по всему, ненадежность бывших в распоряжении начальника экспедиции людей заставила его отложить до лучших времен намерение основать здесь колонию.

По возвращении из экспедиции И. А. Кусков доносил Главному правлению РАК, что на никем из европейцев не занятых «берегах новоальбионских, в соседстве испанского порта Святого Франциска, при заливе Бодега, нашли изрядную гавань, прекрасное местоположение земли, способныя к возделыванию, изобилие в рыбе, птицах, а наипаче в скитающемся одичалом рогатом скоте: быках и коровах, овцах, козах и оленях, а притом и климате весьма теплом...».

Неудачей окончился повторный вояж Кускова, отправившегося в 1810 году к берегам Калифорнии на корабле «Юнона», под командованием опытного моряка капитана Бенземана. У островов Королевы Шарлотты на промысловую партию напали воинственные колоши под прикрытием пушек судна пирата Геля. Кусков, потеряв убитыми восьмерых алеутов, вынужден был вернуться от острова Дундас в Ново?Архангельск. Примечательно, что вышеназванные напасти не помешали ему заложить на Дундасе доску с российским орлом, а по пути упромыслить 1400 бобров.

В январе следующего года Кусков и Бенземан на шхуне «Чириков» снова вышли в океан и спустя месяц благополучно прибыли в залив Бодега. Не найдя здесь достаточно зверя, на байдарах отправились в залив Сан?Франциско, где застали две свои промысловые партии под начальством Тараканова и Лосева. За три месяца немало упромыслили они здесь бобров и кошлаков. Все это время испанцы внимательно следили за русскими, но потом решили избавиться от своих «гостей», для чего выставили у всех пресных источников воды на берегу караулы, вынудив тем самым промышленных покинуть бухту. Зайдя по пути на Ферлонские Камни и запасшись там сивучьим мясом, «Чириков» вернулся на Ситху. На сей раз начальник экспедиции доложил Баранову, что безлесные окрестности залива Бодега?Румянцева вряд ли смогут подойти для будущего поселения...

В ноябре 1811 года на той же шхуне с погруженными на нее 40 байдарками Кусков в четвертый раз отправился к берегам Нового Альбиона... Пока новопоселенцы валили лес для будущих построек, Кусков успел отвезти упромышленные шкуры на Ситху. В марте следующего года он возвратился в Калифорнию с 40 россиянами и 80 алеутами, доставив все необходимое, включая оружие, материалы и инструменты, для первоначального жития. 15 марта 1812 года заложено было самое южное в Америке российское поселение. 22 марта начались строительные работы... И вот скоро уже у самого края берегового обрыва на плоском пригорке, поднимавшемся над уровнем океана на ПО футов и простиравшемся в округе на добрую квадратную милю, выросли крепостные бастионы.

Снизу, с берега, имевшего в этом месте едва приметный изгиб, вели к ним 166 ступеней. Постройки, сложенные из бревен чаги, обнесли прочным тыном в две сажени вышиной, поверх которого накинули еще и рогатки – первый правитель Русской Калифорнии прежде всего думал о безопасности своего поселения. В двух углах крепости сооружены были рубленые башни с амбразурами. Для защиты поселения Кусков тогда же привез тринадцать пушек. «Наличие сих пушек, в совокупности с естественною укрепленностью местности, аккуратною сменою часовых и никогда не прекращавшимся их обучением, придавали сему форту облик более военной крепости, нежели походили на поселение для пушной охоты и торговли; крепость была бы недоступна как для индейцев, так и для калифорнийских испанцев, ежели б таковые были против нее посланы»,– писал американский исследователь Г. Бэнкрофт. У подножия крепости в бухточке, поименованной Малым Бодега, заложили корабельную верфь. Ко дню тезоименитства Александра I, приходившегося на 30 августа, необходимые для первопроживания постройки были окончены. В тот же день «последовало, при пушечной и ружейной пальбе, открытие крепости, которая, по вынутому жребию, положенному перед иконой Спасителя, названа была Россом».

Несколько ранее крепости был основан порт в заливе Бодега?Румянцева, а при нем: сарай для байдар и кузня. Позже, в 1833 году, между сим портом и крепостью Росс устроены были ранни: Хлебникова, Костромитинова и Черных. В пятнадцати милях к западу от мыса Дрейка, на знаменитых своими сивучьими лежбищами Ферлонских Камнях, зверобои?алеуты промышляли морского зверя...

...Меж тем строительство крепости продолжалось. Все основные заведения были окончены к зиме 1814 года: дом правителя в семь комнат, казармы для промышленных, в восточном углу – будка с колоколом, магазины «для складки товаров», поварни, литейная и мастерская медника. Там же находился колодец, что особо отметил в своих «Записках» В. М. Головнин: «К чести основателя сего заведения коммерции советника Кускова надобно упомянуть, что в крепости есть колодезь, хотя она стоит подле реки. Это весьма нужная мера воинской предосторожности...» К 1825 году была отстроена часовня. Вне крепостных стен разместились прочие многочисленные постройки: мастерские, кладовые, скотный двор, две ветряные мельницы, кузня, кожевенный и молочный заводы, кухня для печения хлебов, свинарник, конюшня, птичники, загон для баранов, сараи для байдар, непременная русская баня и кладбище к северо?востоку от будки с колоколом. Несмотря на близость открытого берега, хорошего рейда отыскать не удалось: грунт хотя и был подходящий, но глубина зело велика. По свидетельству самого Кускова, в ста саженях от берега «нет менее глубины, как 25 сажен; место сие совершенно открыто, и в случае крепкого ветра с моря или большой зыби удалиться от берега?не было бы средств». Поэтому, дабы не подвергать суда опасности, от идеи построить гавань пришлось отказаться. На склонах расположились дощатые жилища алеутов, сооруженные из той же чаги. Окрест заведено было до пятидесяти огородов и отдельно – пажити для посевов пшеницы. В центре крепости и на берегу залива Румянцева правитель Росса велел установить стоячие шесты для флагов Российско?Американской компании.