Кровавые воды Хьерунгавага (СИ) - Бершицкий Николай Олегович - Страница 3

– Я требую справедливости! – с ходу возопил Весети, громко топнув. – Отпрыски Харальда Колпака давеча разграбили богатейший хутор в Борнхольме и сбежали! С трудом я удержал сыновей от погони, так рассуди нас ты! Ярл обязан поплатиться за содеянное!

– Погоди, погоди, – успокоил обуянного жаждой мести гостя конунг. – Не спеши развязывать войну. Я отправлю Харальду Колпаку послание. Пусть он уплатит вергельд, который ты назначишь за бесчинства его сыновей. И вот мой тебе совет – возьми уплату и забудь о том, что было между вами.

– Пусть попробует не заплатить, – буркнул Весети, оскалившись.

Буи и Сигурд, по природе своей будучи немногословными, закивали, соглашаясь с отцом. Им пуще Весети хотелось отомстить.

За сим они расстались. Весети воротился в Борнхольм, недовольный решением короля, он ждал гораздо большей поддержки. Конунг Свейн же, как обещал, отправил людей за Харальдом.

Харальд явился к конунгу.

– Итак, Харальд, Весети из Борнхольма жалуется, будто твои сыновья грабили его земли. Я как конунг Дании требую, чтобы ты уплатил Весети вергельд для покрытия ущерба, иначе быть сече. А моя цель сохранять мир среди датчан.

Ярл засмеялся в усы.

– За что ж я буду платить, ежели не участвовал в набеге, ничего не получил, не взял? Пусть даже юноши забили пару коров и овец, чтобы прокормить себя и людей на кораблях, у Весети не убудет, а мои руки чисты.

Свейн задумался. Не к добру это было.

– Как знаешь, тебе виднее. Распоряжайся жизнью по собственному разумению. То решение, какое по твоему мнению лучше сбережет твою старость и богатство от Весети и сыновей его, такое и принимай. Мое желание ты знаешь, и, надеюсь, еще передумаешь.

– Не пугай меня, конунг. Не боюсь я ни Весети, ни Буи, ни Сигурда. Больше в них пылких слов, нежели решимости, – Харальд опять захохотал, сотрясаясь от смеха.

– Тогда возвращайся домой, ярл, – железным тоном отчеканил конунг, лицо его обратилось маской.

Восходя на борт судна, Весети так и не совладал с разбирающей его злобой. От кого другого он ждал бы подставы, но от конунга! Почему Свейн силой не принудил Харальда?! Ну ничего, сила и у него есть. Три корабля и две сотни отборных викингов – а какие аргументы нужны кроме этих? Ныряя в пену, три дракона скользили к Сьеланду. Весети приговорил троицу богатейших селений. Они жгли, убивали и грабили. Назад шли с добычей, но без радости, не получив удовлетворения.

Харальд не замедлил послать к Свейну гонцов с требованием вмешаться в распрю. Конунг жестоко улыбнулся:

– Я предупреждал Харальда, надо было выплатить виру да идти с миром. Раз он не считает должным прислушиваться к моим советам, то и я не вмешаюсь в спор.

Гонцы вернулись не солоно хлебавши.

– Значит, конунг за нас не вступится, – на миг ярл помрачнел. – Сами будем решать свои проблемы. Готовьте десять ладей, идем на Борнхольм!

Громом пролетел клич воинов ярла над хуторами Борнхольма. За каждого убитого человека, за каждую уведенную корову, за каждый спаленный дом и украденную вещь воздавали они сполна. Огонь взвился к серым небесам, земля обагрилась кровью. Месть ярла свершилась скоро и жестоко.

Весь Исфьорд гудел. Тинг собрал множество людей, один только Свейн приплыл на пятидесяти кораблях, дабы сдержать ссорящиеся стороны силою оружия, когда слова потеряют власть. Харальд был уже тут, сумрачен и молчалив. Ждали Весети, ставящего ладьи у морского берега, близ реки, текущей мимо поля тинга. Хоть именно Весети призвал конунга собрать тинг, сказав: «быть войне, коли не рассудишь» – но прибыл он всего с пятью кораблями, а сыновей его и вовсе не видели.

Споры шли жаркие, никто не желал признавать вины. Весети стоял на своем твердо, да и Харальд за словами в карман не лез. Стемнело, когда на горизонте показались десять судов, идущих к берегу. Воины сошли на сушу, устремились к тингу. Во главе шли Буи, нарядившийся в роскошные одежды, украденные из хутора ярла, и брат его Сигурд. Собравшиеся так и ахнули – оба пришли при оружии и в доспехах! Толпа зашумела, обсуждая дерзость бросивших вызов вышним, древним законам мужей. Те, напротив, не выказывали смущения. Сигурд криво улыбался, а Буи был суров и решителен, в руках у него было два меча. Также люди Буи несли два сундука, по тысяче марок золота в каждом, взятые у Харальда.

Приблизившись к ярлу, Буи бросил один меч и пробасил:

– Если ты можешь держать оружие и сражаться, если у тебя осталась хоть капля мужества, советую тебе взять этот меч и биться со мной. Я готов встретить ярла прямо сейчас, – под конец он с вызовом ухмыльнулся, отчего лицо его сделалось еще страшнее.

Свейн встрепенулся, поняв, что бой посередь тинга чести ему не добавит. Мало что ли появления вооруженных людей. Замахав дружинникам, он велел тем стеной стать между соперниками. Бойцы выстроились в два ряда спинами друг к другу и оттеснили Буи и Харальда с их дружинами щитами. Конунг выждал, пока пыл спадет с обоих, затем решил озвучить условия примирения.

– Буи, ты вернешь ярлу его золото…

– Нет, – отрезал здоровяк. – Это золото будет вергельдом.

Спорить побоялись, Буи не любил даром пустословить, и видно это было сразу.

Свейн напрягся, чувствуя, как ускользает из рук нить, за которую он удерживал ситуацию под контролем. Подумав, добавил:

– Ладно, пусть так. Золото оставь, однако верни богатые одежды Харальду. Вы с дружинниками уплатите за разорение хуторов, кои вы грабили последний раз, сколько положено. Ярл в свою очередь отдаст дочь Тову в жены Сигурду Рьяному, да приданное – три хутора.

– Я не против, – кивнул Сигурд, посмотрев после на отца.

Весети покусал губу и согласился, махнув на разногласия.

– Ради сына не жаль, – смирился он. – Дарю тебе, Сигурд треть владений в Борнхольме и пусть жизнь у вас двоих сложится наилучшим образом.

– Так значит, мир? – переспросил для верности Харальд.

– Мир, – Весети похлопал недавнего врага по плечу. – Раз такое дело, заходи на свадьбу. И ты, конунг, желанным гостем будешь.

На сим и сошлись. С тинга дружно отправились на свадебный пир, пышностью превзошедший многие другие. С тех пор жили они в мире.

Глава 5

Буи с досадой уронил кулак на стол. Кружки с пивом подпрыгнули, брызнув пеной. Сигурд глянул на брата одним глазом, попутно пододвигая свою отъехавшую кружку.

– Надоело, – вздохнул Буи. – Тебе, возможно, и дома нравится, женой обзавелся, земли получил. Есть за что держаться. А мне наскучило. Хочу в Йомсборг плыть, – брови громадного воина мечтательно поднялись. – Вот где слава, вот где богатства, вот где битвы, достойные настоящих мужчин.

Сигурд Рьяный отпил пива, утер пену с усов и закивал, погруженный в мысли.

– Верно, – протянул он после паузы. – А давай действительно навестим Пальнатоки. Быть может и нам найдется место среди йомсвикингов.

– И ты бросишь все имущество так просто?

– Что для воина важнее жена и очаг или сражение и слава?! – уязвленно воскликнул Сигурд.

Разговор закончился. Братья спешно собрали корабли и людей. Как закончили, сразу отправились к Йомсборгу, по дороге обсуждая, какие славные дела их будут ждать в дружине Пальнатоки. Остановившись в бухте, они вышли на разговор с хевдингами. Сам Пальнатоки возглавлял делегацию, рядом с ним Сигвальди.

– Да я ж знаю их! – Сигвальди пригляделся для уточнения. – Точно, это же сыновья Весети, родича твоего. Одного звать Буи, другого Сигурд.

Пальнатоки выслушал сначала Сигвальди, далее обратился к новоприбывшим:

– Надо думать, вы приплыли к нам с единственной целью.

– Ясно, что так, – подтвердил Буи, гордо выпятив грудь, как бы демонстрируя могучее тело, которым награжден природой. – Примешь нас?

Сигвальди шепнул что?то на ухо вождю, прежде чем тот приступил к вынесению вердикта. Пальнатоки дал добро. Сигвальди спросил:

– Слышал я, будто была у вас вражда с Харальдом Колпаком, чем же кончилась она?

Буи не рассчитывал услышать этот вопрос, но не растерялся.