История русского народа в XX веке (Том 1, 2) - Платонов Олег Анатольевич - Страница 224

Погрому были подвергнуты выдающиеся постройки и другого великого русского архитектора XVIII века – М. Казакова. В Кремле разобрали Малый Николаевский дворец и готическую палатку Архангельского собора, на Никольской улице – Успенский собор Никольского Греческого монастыря, в Зачатьевском монастыре на Остоженке взорвали великолепный по своей красоте и изысканности собор, на Покровке снесли красивую ротондальную церковь Иоанна Предтечи на Таганке – церковь Воскресения Христова Словущее. Сама могила зодчего, умершего в Рязани, оказалась в 30-е годы на территории предприятия и была потеряна.

В Брянске взрывается собор Свенского монастыря, построенный в конце XVIII века архитектором Мичуриным по проекту Растрелли.

В Иваново-Вознесенке сносится великолепный пятиглавый Спасский собор, украшенный снаружи мозаикой, возведенный по проекту Ф. Шехтеля. Все в этом соборе – от беломраморного иконостаса с золоченой бронзой до утвари, облачения и живописи – было создано по рисункам выдающегося русского архитектора-художника.

В Торжке Тверской области в 1932 году в городском соборе уничтожили 30 ценнейших картин-икон выдающегося русского художника В. Боровиковского. Такая же участь, только позднее, постигла иконостас работы В. Боровиковского в Покровской церкви села Романовка Брянской области.

В Хвалынске на Волге разрушили церковь, расписанную Петровым-Водкиным.

В селе Гриневе Погарского района Брянской области уничтожили иконостас церкви Троицы, принадлежащий кисти О.А. Кипренского.

Известны многочисленные случаи уничтожения произведений выдающихся русских художников В. Сурикова, И.Репина, Д. Левицкого, В. Серова, М. Врубеля, К. Маковского и других.

В 20-30-е годы погибли тысячи великолепных резных иконостасов и церковных росписей, а также миллионы икон от XV до XX века, выполненных лучшими мастерами. При закрытии церквей большая часть икон сжигалась на кострах или разрубалась на дрова. В некоторых местах была организована добыча золота из икон. В частности, свидетели, жившие рядом с Семигородной пустынью в Вологодской области и Аносином монастырем под Москвой, рассказывали, как иконы окунали в чаны с кислотой, на дно которых оседало золото, а затем бросали в костер, где уже горели ненужные в хозяйственных целях старопечатные книги.

В гальваническом цеху подмосковного завода имени Менжинского в 30-е годы наладили новый вид «золотодобычи». Золото смывали в основном с листов обшивки куполов церквей и церковной утвари. Купол Храма Христа Спасителя дал 422 кг золота, всего же с московских церквей «намыли» несколько тонн золота.

Нельзя сказать, что массовая гибель памятников русской культуры происходила при полном молчании и отсутствии протеста. Сопротивление было, но оно быстро подавлялось с помощью НКВД. Находились люди, которые не жалели своей жизни, отстаивая святыни и ценности русской культуры.

Мужественная позиция выдающегося русского архитектора-реставратора П.Д. Барановского позволила спасти от сноса собор Василия Блаженного на Красной площади в Москве. Вот что рассказывал об этом он сам: «Перед войной (в начале 30-х годов – О.П.) вызывают меня в одну высокую инстанцию.

– Будем сносить собор, просторнее надо сделать Красную площадь. Вам поручаем сделать обмеры… У меня тогда комок в горле застрял. Не мог говорить, не мог сразу поверить, а потом сказал: – Это преступление и глупость одновременно. Можете сделать со мной, что хотите. Будете ломать – покончу с собой. За дерзость… меня посадили. Жена с передачей приходит, а я, прежде чем принять узелок с харчами, спрашиваю: – Не сломали, стоит?… Не сломали. Меня выпустили…»

В Ярославле в это же время большевики готовились разрушить памятник мирового значения – церковь Ильи Пророка XVII века, в которой сохранились прекрасные фрески. Народная святыня стояла на главной площади рядом с административными учреждениями и «мешала» прохождению демонстраций. Назначен был день сноса, но против этого погрома выступил один из сотрудников ярославского музея, который объявил, что погибнет вместе с памятником, если снос не остановят. Протест вызвал широкий общественный резонанс, и местные власти снос отложили.

Недалеко от города Казани местные власти решили разрушить сооружения Седмиозерной пустыни. Один из членов коммунистической ячейки выступил против. Его вызвали в Казань, откуда он уже не вернулся. Однако монастырь был спасен.

Эти слова Маяковского стали своего рода лозунгом большевистского отношения к русским музеям.

Ограбив монастыри, храмы и соборы Русской Церкви, большевистские погромщики принялись за музеи. Решение об изъятии музейных ценностей для продажи за границу принималось на самом высшем уровне, была создана комиссия, главную роль в которой играли все тот же Л. Троцкий и его заместитель Базилевич, от Наркомфина и Гохрана – Ф.А. Вейс, от Наркомпроса и Главмузея – И.Э. Грабарь и С.Н. Тройницкий. Первой жертвой стали произведения Оружейной палаты. Здесь, например, из Евангелия XVI-XVII веков в дорогом окладе редкой художественной работы сняли панагию, украшенную бриллиантами, алмазными розами и цветными драгоценными камнями. Из патриаршей панагии члены комиссии приказали вынуть 20 бриллиантов и на места их вставить специально обработанные стекла. То же самое проделали с митрой Императрицы Елизаветы. Была вскрыта особая витрина Оружейной палаты с золотым оружием, поднесенным в 1814 году городом Парижем русскому главнокомандующему. Из этой воинской реликвии вынули крупный бриллиант, заменив его грубым стеклом.1127

В музее Троице-Сергиевой Лавры большевистская комиссия изъяла для продажи за границу 109 шедевров русского искусства, в том числе 48 серебряных с золочением окладов икон, из них 4 оклада, украшенные жемчугом, бриллиантовыми звездами и цветными драгоценными камнями, 5 серебряных рамок и 2 ризы с икон, отделанные чернью, сканью, чешуйчатой эмалью и жемчугом, 3 серебряных с золочением оклада с Евангелия, 14 чарок, 6 лжиц, 6 напрестольных крестов и 4 лампады из старинного серебра, серебряный золоченый потир с изумрудами и сапфирами.1128

Организованному разграблению подверглись Русский музей, Эрмитаж и некоторые другие музеи Петрограда, откуда было вывезено 20 фунтов золотых и до 30 пудов серебряных художественных изделий мирового значения. Из Исторического музея увезли украшенный бриллиантами фельдмаршальский жезл, драгоценное обрамление великокняжеского головного убора и множество других шедевров русского ювелирного искусства.

Из ризницы Новодевичьего монастыря изъяли 28 произведений церковного искусства XVII– XVIII веков, а из Румянцевского музея 120 исторических высокохудожественных экспонатов.

В целом за сентябрь-октябрь 1922 года большевистская комиссия изъяла в пользу преступного режима только из музеев Москвы, Петрограда и окрестностей более 10 кг золота в виде изделий, 35 пудов серебра в изделиях и 150 каратов бриллиантов.1129

Во второй половине 20-х годов постепенно свертывается музейное дело в стране. Из примерно тысячи музеев начала 20-х годов остаются (включая филиалы) 592. Прекращают свою деятельность сотни обществ, занятых изучением и распространением культурного наследия, объединявших многие тысячи энтузиастов, специалистов и краеведов. Закрываются Общество истории и древностей российских (основано в 1804 году), Общество любителей российской словесности (основано в 1811 году), Общество поощрения художеств (основано в 1821 году), Русское общество друзей книги, Общество любителей старины, Общество по изучению русской усадьбы, многочисленные краеведческие объединения в Москве и других городах России. Во второй половине 30-х годов уничтожаются архивные материалы, посвященные снесенным памятникам. Так, была ликвидирована большая часть архивов Оружейной палаты и Патриарший архив. Изымались материалы из Центрального государственного архива древних актов и других центральных архивов. Из памяти народа пытались стереть его историческое прошлое.