История русского народа в XX веке (Том 1, 2) - Платонов Олег Анатольевич - Страница 214

Численность заключенных в период правления еврейского интернационала увеличилась почти в 7 раз.

Общее количество заключенных в период правления еврейского интернационала (на 1 января каждого года)1074

Подавляющее число заключенных составляли русские. Доля их в «населении Гулага» была выше, чем удельный вес в населении СССР. Русские как «контрреволюционная нация» (определение К. Маркса) отправлялись в тюрьму только за то, что осмеливались выражать свои национальные чувства.

«Ведь все, поголовно все знают, – писал Е.Н. Николаев, „руководитель фашистско-монархической группы церковников“ (формулировка НКВД), – что творится в России что-то кошмарное, жуткое, и все это исключительно оттого, что Россией управляют люди – враги России и Русского народа, не имеющие никакого понятия о государственном устройстве, придумавшие утопическую, бессмысленную систему… которая проводится исключительно одним только принуждением и террором».1075 За эти слова Николаев был расстрелян, пополнив собой трагическую статистику геноцида Русского народа.

Число осужденных за «контрреволюционные и другие особо опасные преступления» в 1921-1934 годах.1076

Всего осуждено за «контрреволюционные и другие особо опасные преступления» за 1921-1938 годы было 2 944 879 человек, из них 30% (1062 тыс.) проходили как уголовники.1077

Созданная большевистским режимом система принуждения включала в свой арсенал, кроме тюремно-лагерной системы, набор правовых мер, парализовавших всякую волю к сопротивлению и обставлявших жизнь русского человека десятками унижительных ограничений.

Популярной мерой устрашения в 20-х годах были так называемые «чистки» советских учреждений и организаций от враждебных элементов, к которым относили прежде всего национально мыслящих русских людей. Этих «чисток» очень боялись, так как в результате их многие лишались работы, а значит, и источника существования. Для проведения «чисток» собирался «широкий актив трудящихся», давался широкий ход доносам и анонимкам. «Чистка» проводилась по «трем категориям».

По «третьей категории» – самой милостивой, – человека только понижали в должности, занеся соответствующую запись в послужной список. После чего «виновный», сжав плечи от страха, ждал следующей «чистки».

По «второй категории» работника увольняли, но давали возможность получить работу в другом, худшем месте.

По самой суровой, «первой категории», работника увольняли без права получить работу в других советских учреждениях, выселяли из государственной квартиры, лишали пенсии.

Большевистский режим по-прежнему практикует различные формы принудительного труда, сходные с методами военного коммунизма.

«Мы пробовали этот путь, – писал Сталин в 1927 году, – в период военного коммунизма в виде организации трудовых армий. Но на этом пути больших результатов не добились. Мы пошли потом к этой цели обходными путями, и нет основания сомневаться в том, что добьемся в этой области решающих успехов».1078

В 1927 году решением ВЦИК и СНК РСФСР вводится новое «Положение о привлечении населения к трудовой и транспортной повинности», согласно которому по решению административных организаций население может принудительно направляться на любые работы, уклонение от которых преследовалось в судебном порядке.

Основной формой привлечения кадров в промышленность стал так называемый организованный набор путем заключения договоров хозяйственных организаций с колхозами, закрепление рабочих за предприятиями на определенные сроки на основе контрактации (Постановление ЦИК и Совнаркома СССР «Об отходничестве», 30 июля 1931 года). На практике это было так. Соответствующие органы давали разнарядку на район. Райком спускал эту разнарядку на отдельные колхозы. Колхозы автоматически заключали договора, причем практически не учитывались склонности и интересы самих направляемых колхозников. Бывшие колхозники прикреплялись к тем предприятиям, где, по мнению большевистских руководителей, наблюдалась необходимость в них. Бывший колхозник не мог покинуть предприятие, пока не закончится срок контрактации.

Постановлением ЦИК и СНК 27 декабря 1932 года в стране вводится паспортная система, ставшая в тех условиях одной из главных форм принудительного регулирования жизни русских людей. Постановление о паспортах гласило так:

Люди, не имевшие паспортов, а жителям села их не выдавали, не могли устроиться на работу и поэтому пожизненно прикреплялись к тому или иному колхозу. Жители городов не могли устроиться на работу без прописки, а часто и, наоборот, не могли получить прописки, не устроившись на работу. Таким образом, устанавливалась принудительная связь между местом работы и жительством. Кроме паспортного режима, вводится еще статья закона «7-35», по которой до 7 лет получали люди «без определенного места жительства» и «без определенных занятий».

В том же году издается постановление, предусматривающее немедленное увольнение хотя бы за один прогул. Оно гласило: «Установить, что в случае хотя бы одного дня неявки на работу без уважительных причин работник подлежит увольнению с предприятия или из учреждения с лишением его права пользования выделенными ему, как работнику данного предприятия или учреждения, продовольственными и промтоварными карточками, а также с лишением его права пользования квартирой, предоставленной ему в домах данного предприятия или учреждения».1080

В 1933 году выходит постановление «О порядке отходничества от колхозов», в котором предусматриваются меры административного наказания за самостоятельный уход колхозника на постоянную или временную работу в город. Разрешение на уход дается только на основе специально зарегистрированного в правлении колхоза договора с хозорганами.

В 30-е годы промышленность ежегодно набирала в «организованном» порядке в колхозах около 1,5-2 млн. человек. Только за годы пятилетки было «организовано» и направлено в промышленность и на транспорт около 13 млн. человек – преимущественно колхозников.

Рабочих «добровольно-принудительно» объединяют в ударные бригады, заставляя закрывать глава на ужасные условия работы и быта. Более того, ударные бригады «добровольно» пересматривают нормы выработки в сторону их повышения, а сдельные расценки в сторону понижения. Одновременно берутся повышенные против плана задания по производству и по снижению себестоимости. В конце 20-х – 30-х годах нормы выработки в промышленности повысились на 15-50%, а расценки на многие работы снизились.

Рабочие, пока была возможность, пытались переходить на другое место работы, однако чаще всего и там было то же самое. Тем не менее текучесть рабочей силы, например, в Донбассе в 1930 году доходила до 60-65%. На хлопчатобумажных предприятиях за год сменилось 68% всех рабочих, льняных – 104%, кожеобувных – 120%.1081