Скандальная история - Питерсен Дженна - Страница 29

В следующее мгновение Кэтрин обнаружила, что забыла прикрыться простыней. Доминик же не сводил с нее глаз. Он сделал еще несколько шагов, и она невольно содрогнулась от предвкушения, но все же натянула на себя простыню, которая должна была послужить ей защитой.

– Зря ты меня не разбудил, – пролепетала Кэтрин, потупившись. Немного помедлив, она поднялась с постели, по-прежнему прикрываясь простыней.

Муж остановился, нахмурился.

– Ты, должно быть, сама не своя от усталости, – проговорил он с лукавой улыбкой. – Ты заслужила продолжительный отдых после вчерашнего.

Хотя это и стоило ей огромного усилия воли, а все же она сумела заставить свой голос прозвучать холодно.

– Да, чем скорее мы прибудем в Лэнсинг-Сквер, тем лучше. Так что сейчас ты, надеюсь, простишь меня, если я позвоню своей горничной и начну собираться.

– Мы могли бы остаться здесь еще на одну ночь, – проговорил он негромко. И провел кончиками пальцев по ее обнаженной руке.

Возбуждение разбегалось вслед за его прикосновением, как сноп искр, и желание закрыть глаза и кинуться к нему в объятия стало почти непреодолимым. Почти.

– Нет, – сказала она несколько громче, чем намеревалась. – Нет. Думаю, нам следует немедленно отправиться в путь. Пожалуйста, дай мне возможность одеться.

Он наморщил лоб:

– Хочешь, я помогу тебе?

В памяти ее мгновенно всплыла сцена – как он вчера расчесывал ей волосы. Его прикосновения были так чувственны, так нежны… Нет, нельзя допустить, чтобы такое произошло снова. Тем более что она догадывалась: как только муж сумеет стащить с нее простыню, он сразу же увлечет ее обратно в постель и все начнется сначала. О, какое искушение! И ей придется этому искушению противостоять. Другого выбора у нее нет.

– Нет, спасибо, не надо. – Кэтрин высвободила свою руку и подошла к камину, в котором едва тлел огонь. Глядя на язычки пламени, она постаралась думать только о том, что должна делать, а не отвлекаться на мысли о прикосновениях мужа. – Лучше я все сделаю сама.

Он ничего не ответил. И она рискнула бросить на него украдкой взгляд через плечо. Его глаза уже не были светло-серыми, они стали цвета штормового моря. И не было ни малейшего сомнения: муж раздосадован и обижен ее неуступчивостью.

Сознание вины кольнуло ее в сердце. Вины, которую она попыталась не признавать.

– Я пришлю к тебе горничную, как только спущусь вниз. Если мы выедем через час, то доберемся до Лэнсинг-Сквера до наступления темноты.

Доминик резко развернулся и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь без особой деликатности. Когда он ушел, она сделала два шага по направлению к двери. Ей хотелось только одного – броситься следом за ним и позвать его обратно, чтобы он затушил сжигавшее ее пламя.

Разумеется, поступи она так, это сделало бы ее еще более уязвимой. Нет-нет, конечно же, и речи не могло быть о том, чтобы окликнуть его.