Дочь дракона - Дубровный Анатолий Викторович - Страница 130

– Артефакт сломался! – закричал принц. – Я единственный наследник! Больше никого нет!

– Вы узурпатор, вернее, даже не узурпатор, а бунтовщик! – нахмурив брови, сказал Ансельм Канвио.

Принц побагровел и закричал фальцетом:

– Стража! Взять их!

Но гвардейцы остались на своих местах, их в зале было не так уж и много, была еще одна причина, по которой стражники не спешили выполнять приказание принца, ее озвучил герцог Мерован:

– Ваше высочество, это же маги! А среди них есть и боевые!

– Так и что, что маги? Разве хризолан не блокирует их способность магичить? – прошипел принц.

Но герцог Мерован пояснил:

– Рядом с ректором академии стоят Клейнмор и Харалек, это лучшие бойцы королевства, им нет равных в мечном бое! Это виртуозы меча!

– Что, такие виртуозы, что с ними не справятся две дюжины гвардейцев? – спросил, нахмурив брови, принц.

– Боюсь, ваше высочество, что их поддержат, вон посмотрите, герцог Нарронэлл уже к ним присоединился, да и другие… – начал отвечать принцу герцог, но до конца высказаться не успел: резные двери раскрылись, и на порог важно вошел граф Лирамен, главный королевский распорядитель церемоний. Он прикрыл за собой двери и, стукнув церемониальным посохом по полу, зычно объявил:

– Ее королевское высочество, принцесса Листикалинариона!

Дверь снова раскрылась, и вошла рыжая девушка, даже не девушка, а девочка-подросток в зеленом сарафанчике, из-под которого выглядывали кружевные панталончики, а на ногах у нее были белые носочки и темно-бежевые сандалики. Из общей картины выбивались два больших охотничьих ножа в набедренных ножнах. Девочка широко улыбнулась и поздоровалась:

– Здрасте!

Граф Лирамен тоже усмехнулся, настолько заразительно улыбалась девочка, потом, вновь став серьезным, снова стукнул посохом и еще более торжественно объявил:

– Королева Зелии Милисента!

В распахнувшиеся двери вошла девушка в брючном замшевом костюме. Ее пшеничные волосы, в отличие от рыжей девочки, у которой волосы торчали в разные стороны, были уложены в простую, строгую прическу. За этой девушкой, в которой многие узнали телохранительницу принцессы, вернее, не принцессы, а той куклы, которая изображала принцессу на новогоднем королевском приеме, шла, отставая на шаг, еще одна девушка, которую узнали все, это была Саманта Грег. Но если появление этих трех девушек просто вызвало удивление, то существа, которые их сопровождали, вызвали настоящий ажиотаж. Это были легендарные шаиски, или змеелюды. Около дюжины таких созданий сопровождали Милисенту и ее спутниц.

Сторонники принца Варранта сомкнулись вокруг трона, на котором тот сидел. Они понимали, что в случае вооруженного столкновения им пощады не будет, поэтому они собирались если не победить, то хотя бы подороже продать свои жизни. И если люди принца выхватили свое оружие, то Милисента и ее сопровождающие этого не сделали, хотя у них у всех за спиной были ножны с парными клинками. Они просто шли к трону. Дворяне, пришедшие поглазеть на коронацию, в испуге прижались к стенам. Только некоторые из них присоединились к одной из сторон. В числе тех, кто поддержал Милисенту, был и герцог Нарронэлл. Группа королевы остановилась, не доходя до трона пяти метров.

– О, герцог, а где же ваша табуретка? – спросила у герцога Нарронэлла Листик, тот сначала не понял, о чем речь, а потом улыбнулся:

– Вы о моей привилегии – сидеть в присутствии короля? Я считаю дурным тоном пользоваться этим.

– А жаль, табуреткой было бы очень удобно этим господам, – Листик кивнула в сторону принца и его сторонников, – по голове настучать. Вон они как испугались, даже подоставали свои мечи. Вроде как обороняться собрались.

– Боюсь, что нам придется с ними драться, – ответил герцог, обнажая свой меч.

– Не-а, – заулыбалась девочка, и на ее руке возник огненный шар, – я их так сожгу.

– Принцесса, вы можете повредить трон и интерьер зала. Могут пострадать люди, непричастные к заговору принца, – обеспокоенно сказал герцог Нарронэлл.

– Да, герцог, вы, пожалуй, правы, – кивнула Листик, – но в драке эти непричастные могут пострадать еще сильнее. Вон сколько у тех причастных железа! Тогда я сделаю вот так!

Девочка трансформировала огненный шар в плеть и нанесла этой плетью удар. Плеть распалась на множество огненных хвостиков, каждый из которых оплел меч или кинжал в руках сторонников принца Варранта. Сделав обратный рывок, Листик вырвала оружие из рук своих противников. Тех, кто не выпустил свой меч, потащило вперед вместе с оружием, девочка покачала головой:

– У-у-у, жадные какие! Отдайте по-хорошему! Не хотите? Сами виноваты!

Оружие начало плавиться в руках упрямых заговорщиков, и они бросили его, дуя на обожженные ладони. Скользнувшие вперед змеелюды оттеснили сторонников принца Варранта от трона, тот остался сидеть в одиночестве.

Листик подошла к самому трону и сказала:

– А тебе что, особое приглашение надо? Слазь!

– Действительно, дядя, – поддержала сестру королева, – вас трон не принимает, вы недостойны его!

– Ты думаешь, что у тебя выйдет, – прошипел принц Варрант, – ты сама…

Что «сама», он не смог досказать, Листик сделала движение рукой, и принца приподняло и потащило в сторону его приспешников. Милисента подошла к трону и села на него. Зал озарился сполохами синего света, Милисента улыбнулась и поманила свою сестру к себе, указав ей на место рядом с собой. Листик пожала плечами и тоже уселась на трон, поджав при этом под себя ноги. Действия девочки сопроводила новая вспышка синего яркого света.

– Ваше величество, ваше высочество, – поклонилась девушкам, сидящим на троне, Саманта, ее примеру последовали все присутствующие в зале. А в зале кроме тех дворян, что пришли ранее, были и бароны с севера, также командиры двух армейских корпусов. Примеру Саманты последовали и некоторые из дворян, ранее поддерживавших принца Варранта. Ведь, как оказалось, магический артефакт вовсе и не сломался и теперь указал на истинного короля, вернее, королеву.

– Ваше величество, – поклонился Милисенте один из пэров, ранее сохранявший нейтралитет, – артефакт признал вас и вашу, гм, сестру. Но если вы были представлены королем Саешем как наследница, то о вашей сестре мы ничего ранее не слышали. Не будет ли это нарушением правил королевского эдикта от…

– Я, как королева, признаю Листика своей сестрой, этого довольно для соблюдения правил, записанных в любых эдиктах. А чтоб соблюсти все остальные формальности, прошу вас, – Милисента обратилась к первосвященнику Единого, – провести коронацию, вроде для нее все готово?

– Ага, – кивнула своей рыжей растрепанной головой принцесса, сидящая на троне с поджатыми ногами, – если все готово, то зачем же приготовленному пропадать? Давайте быстренько проведем, что там надо… И пойдем кушать приготовленное. А мороженое приготовили? А то какая же это коронация без мороженого?

Слова принцессы разрядили обстановку в зале, все заулыбались, даже хмурые священники, не улыбались только принц Варрант и его приспешники. Быстро проведенная коронация не стала от этого менее торжественной. Хоть все и понимали, что это пустая формальность, ведь кроме того, что Милисенту признал магический артефакт, ее сторонники уже захватили столицу и, как оказалось, почти всю страну, но традиции надо соблюдать, на то они и традиции. Об этом напомнил первосвященник Единого, заканчивая церемонию коронации, он сказал:

– Ваше величество, по случаю своей коронации вы должны объявить амнистию.

– Давай, Мил, объявляй амнистию, и пошли уже мороженое кушать, – поддержала первосвященника принцесса, она, в отличие от своей сестры, сохранявшей серьезный и даже величественный вид, всю церемонию нетерпеливо вертелась.

– Помиловать бунтовщиков? – подняла брови королева. И очень жестко добавила: – Помиловать тех, кто убил моего отца? Чтоб они снова плели заговоры?

Первосвященник склонил голову, признавая правоту королевы. Но Милисента неожиданно сказала: