Ключ от всех дверей - Ролдугина Софья Валерьевна - Страница 38

— А что здесь обдумывать, ваше величество? — хитро сощурилась я. — Превратим этот бал в маскарад. Пусть придворные бездельники и высокие гости наденут личины и забавные костюмы, да не простые: каждый должен будет поведать о маске, которую выбрал, хотя бы маленькую историю, спеть о ней песню или прочитать стихи. Самым изумительным рассказчикам мы вручим прекрасные венки из летних цветов и памятные свитки. Мой ученик, Мило, позаботится о фейерверке вместо волшебников из Башни — вот и финальный штрих.

— Браво! — захлопал в ладоши Ларра. — Лале, вы прелесть.

— Стараюсь, ваше величество, — скромно опустила глаза я и шаркнула ножкой.

Даже королева позволила себе одобрительную улыбку.

— Чудесная задумка, леди Опал. Получается, что придворные будут развлекать себя сами! Да и затрат особых не понесем…

— Почему же? — откликнулась я. — Надеюсь, Мило получит достойную награду. Ему еще жениться когда-нибудь придется, а семья, знаете ли, дело дорогое…

Ларра и Тирле обменялись таинственными взглядами.

— Полагаю, невеста у лорда Авантюрина будет особой устроенной и весьма обеспеченной, — уверила меня ее величество со странным весельем.

— О да! Бедной крестьянке я его не отдам. Но все же, о щедрая королева… — состроила я жалобное выражение, хлопая пушистыми рыжими ресницами.

— Мы оплатим его труд, не терзай себя, Лале, — благосклонно кивнула Тирле. — Итак, дело решено! Осталось лишь оповестить придворных и гостей, а также раздать указания поварам и декораторам.

— Я позабочусь об этом, ваше величество, — смиренно поклонилась я. — Позволите удалиться? Дел у меня теперь невпроворот…

— Иди, иди, Лале, — согласилась королева. — Мне еще надо принять надлежащий величественный вид, прежде чем в зал войдут представители торговой гильдии. Как тяжелы дни проведения приема!

— Вы все вынесете, о терпеливейшая королева! — весело выкрикнула я, скрываясь за троном и доставая ключ. А вот и секретная дверка… — Ждите доклада к вечеру.

Щелкнул замок. Пора браться за работу! И конечно, обрадовать уже Мило вестью о неожиданно подвернувшейся возможности упрочить свое благосостояние… Да, пожалуй, именно к ученику я загляну в первую очередь!

К моему удивлению, Авантюрина не было ни в его личных покоях, ни в моих. Проверив наугад еще пару мест, где он мог находиться, и не обнаружив там ни следа пребывания ученика, я разозлилась не на шутку. Он что, прячется от наставницы? Не хочет по-хорошему — буду играть нечестно!

Следующий проход отворился в каморку садовника рядом с садом — светлым, благоухающим и радующим глаз яркими летними красками. Любопытно, что здесь понадобилось Мило? Да вот еще проблема — сад велик, дверей в нем нет, прямо к мальчишке попасть не получилось, а отыскать среди деревьев и ветвистых кустарников даже такого дылду, как мой ученик, ой как непросто. Что ж, не найду — так прогуляюсь в свое удовольствие.

Я покачнулась на пятках, оглядываясь по сторонам. Какую же тропинку мне выбрать? Ведущую налево, к источающим пряные ароматы клумбам с белыми лилиями? Или свернуть направо, к манящим прохладой и свежестью дворцовым прудам? Или… Я сощурилась. Мерещится или нет? Кажется, на безупречной изумрудной зелени травы затерялся багряный, словно осколок заката, осиновый лист. Ну-ка, интересно… А дальше — еще один! И еще…

Нагибаясь и собирая в ладошку сухие, хрупкие дары осени, я не заметила, как пересекла парк почти насквозь и вышла к тенистому, укромному уголку. Здесь, под сенью величественных каштанов с цветами-свечками, за раскидистыми кустами сирени с темной, восково-гладкой листвой и белыми и фиолетовыми гроздьями благоухающих лепестков, спряталась лавочка с узорчатой спинкой. Будто бы деревянное кружево, право слово!

Место не пустовало. Смущаясь и краснея, нервно перебирая пальцами, на самом краю лавочки сидела премилая девушка — кажется, то ли юная аристократка из благородного рода Предутренних Мечтаний, то ли прелестная веточка семейного древа Аквамарин. Волосы — пшенично-русые, рассыпающиеся мелкими кудряшками, чуть тронутая загаром кожа, нежный розовый румянец и пухлые губки бантиком… Сама невинность, право! Поклясться готова, не пройдет и полугода после представления ко двору, как эта чистая душа выскочит замуж за какого-нибудь романтически настроенного молодого лорда. Постойте, а кто это рядом с ней мнет перевитое синей лентой письмо?..

Мило?! Да что он делает здесь с этой… с этой… легкомысленной вертихвосткой?!

— …Прошу простить мою дерзость, благородный лорд, но с того мгновения, как наши взгляды соприкоснулись на вечере у леди Нанеле, сердце мое неспокойно, — смущенно щебетала девица, взмахивая ресницами. Плохо стараешься, дорогая! У Мило-то они подлинней будут, да и погуще. Его такими фокусами на раз не проймешь. — Беру ли я иглу для вышивания — и на полотне проступают ваши черты. Голос ваш слышится мне в каждом шорохе, и чудится всюду ваш взгляд…

Ох-ох, малютка, это не я, это ты безумна!

— Каждый день и каждую ночь терзает меня жажда, которую не утолят и все воды мира! — воскликнула леди, роняя слезы, и от страсти в ее словах меня словно жаром обдало. — Прошу, не отвергайте моих чувств, и… и…

— Прекрасная леди. — Мило отложил письмо и взял мятущиеся ладони девушки в желанный плен своих пальцев. — Ваши слова тронули меня до глубины души. Давно не встречал я столь чистого и невинного человека.

Мило, Мило, да где твои глаза! Посмотри, на этой девице нет ни грамма краски — вот тебе и вся «чистота»! Жажда ее терзает ночью, видите ли… Невинные и чистые девы спят от заката до рассвета, а не терзаются!

— Ваши черты совершенны, волосы подобны солнечному свету, а губы — лепесткам роз… — продолжал меж тем Авантюрин, и взгляд его странно потемнел. Девица залилась румянцем и прерывисто вздохнула. — Но, увы, для меня светит другое солнце и цветут иные цветы… Я не могу принять ваших чувств, о прекрасная леди, ибо лгать и пользоваться подобной чистотой — преступление, для которого и «воронья клетка» — слишком мягкое наказание. Прошу вас, о дева, — он грациозно склонился к запястью леди, касаясь нежной кожи невесомым поцелуем, — забыть обо мне и не мучить себя понапрасну. Я верю, что столь прелестное существо, как вы, достойно только истинной любви.

Она застыла. Краска отхлынула со щек.

— О, дивный лорд… У вас есть… другая?

Мило поднялся с лавочки, не выпуская руки девицы. Кисть пенно-розовой сирени скрыла его лицо.

— И да и нет, леди.

Дорого бы отдала я, чтобы увидеть сейчас выражение каре-фиолетовых глаз.

— Прошу простить меня…

Авантюрин глубоко поклонился и быстрым шагом удалился по тропинке. Я, таясь за кустами, бесшумно побежала за ним, позабыв о застывшей с протянутой рукой и слезами на лице девице. В душе у меня не пойми с чего вдруг распелись птицы. Ах, красота! Видать, погода так влияет.

Мило я нагнала лишь далеко за поворотом, у самых прудов.

— Эй, дорогой ученик! — завопила я, подпрыгивая и повисая у него за спиной, будто мешок с краденым добром у жадного вора.

Мальчишка вздрогнул.

— Так вы наблюдали за мной, госпожа? — потерянно спросил он, без причин краснея, как давешняя девица.

— И да и нет, Мило, — передразнила его я, сдувая гладкую прядку с уха. Сколько ни смотрю — все восхищаюсь: один волос рыжий, другой — словно седой, третий — как желтое золото, а вместе все — тягучий мед с потайных горных лугов. — Искала я тебя для одного дела, а наткнулась вдруг на потеху. Что за девица такая, Мило?

— Леди Стелле Аквамарин, госпожа, — поморщился ученик, бережно ссаживая меня с собственной спины на твердую землю. — Слывет невестой лорда Эло Дрёмы. Не хотелось бы его обижать, неплохой ведь человек. Пришлось сразу отказать леди, без флирта и намеков. А жаль. Стелле — красавица, а как танцует… — с сожалением покачал он головой.

— Тьфу на тебя, Мило, — рассмеялась я, разваливаясь на травке. — Только из-за такой малости и ответил отказом? А как же весь этот бред романтического свойства, что ты вылил на бедную девушку?