Грязная любовь - Харт Меган - Страница 59

– Сумма квадратов чего равняется какому квадрату? – затряс он головой. – Что это вообще такое?

– Теорема Пифагора. – Я пожала плечами. – Ты сам сказал «говори что хочешь».

– Как насчет каких-нибудь сведений о себе? – Он снова подлил нам обоим вина. Я только тогда поняла, что мой бокал пуст.

– Я ношу седьмой размер перчаток.

Дэн с преувеличенным интересом взглянул на мои руки.

– Я бы сказал, что восьмой.

– Это твое хобби? Отгадывать размеры женских перчаток?

Дэн усмехнулся:

– Вообще-то я лучше угадываю размер женских бюстгальтеров.

Вот опять… Скажи это какой-нибудь другой мужчина, и мое настроение могло бы испортиться. А Дэн… Мне захотелось засмеяться. Смех так и рвался из меня. Чтобы не допустить этого, я прикрыла рот ладонью, но он все равно прорвался сквозь этот заслон. На лице Дэна появилось удовлетворенное выражение.

– Я заставил тебя засмеяться. Правда, хорошо?

Я провела пальцами по губам, слегка куснув один, и убрала ладонь ото рта.

– Правда. Хорошо смеяться.

Еда тоже была хорошей. Вино еще лучше. Разговор тек сам собой, и мне как никогда было удивительно легко. Этому способствовал и узор на тарелках Дэна – цветные точки на темном фоне, – которые я считала, пока ела.

Дэн, этот противный гаденыш, продолжал подливать мне вино в бокал. Я не имела ничего против, вино было прекрасным – насыщенного рубинового цвета, с приятным запахом и вкусом. Я осознала, сколько я выпила, только когда встала, так как поначалу мне пришлось ухватиться за спинку стула.

– Ничего себе вино! – засмеялась я.

– Дай мне это. – Дэн взял у меня из рук тарелку и столовые приборы, поставил их в посудомоечную машину. Подняв мой бокал, он взял меня за руку. – Пойдем в гостиную.

– Ты всегда это делаешь, – сказала я, охотно за ним следуя.

– Что именно? – Он поставил мой бокал на кофейный столик, отодвинул подушки на диване, чтобы я могла сесть, и взглянул на меня.

– Говоришь мне, что делать.

Я села. Дэн хмыкнул и подался ко мне, почти касаясь меня губами.

– И тебе это нравится.

– И это тоже, – выдохнула я. – Комментируешь, что мне нравится.

– Я не прав?

Я, улыбаясь, слегка повернула голову.

– Вплоть до этого момента… Думаю, что прав.

Дэн коснулся мочки моего уха, легонько царапая ее зубами.

– Но ты бы не оставила это без внимания, если бы я был не прав. Верно?

Я еще отвернула голову, но сейчас чтобы не уклониться от его поцелуев, а поощрить его.

– Разумеется.

Дэн положил руки на спинку дивана, по обе стороны от меня. Его губы скользнули по моей шее, опустились вниз и замерли во впадинке у ключицы. Почувствовав его язык, я задрожала.

– Потому что ты на самом деле тебе не нужно говорить, что тебе нравится, так?

– Да.

– Потому что ты сама знаешь.

Я улыбнулась:

– Да.

Дэн отодвинулся, взял меня за подбородок и повернул к себе лицом.

– Или это потому, что ты знаешь, что тебе не нравится?

Я взглянула ему в глаза:

– И это тоже.

– Я считаю, это нормально, Элли.

Дэн снова поцеловал меня в щеку и сел рядом. Я облизнула губы. Взгляд Дэна тут переключился на движение моего языка, затем он опять поднял на меня глаза, вытянул руку вдоль спинки дивана. Я чувствовала его пальцы в паре сантиметров от своего плеча. Мне захотелось оказаться к нему еще ближе, но я этого не сделала.

– Спасибо за ужин, – первой прервала я молчание, пока мы сидели и просто смотрели друг на друга. – Все было очень вкусно.

Дэн провел ногтями по рубашке.

– Пустяки. Правда.

Я взяла бокал с вином и медленно отхлебнула. В голове стоял туман, но, в отличие от тех случаев, когда я пила, чтобы забыться, сейчас мне хотелось насладиться вином, а не напиться.

Снова настала тишина. Мы опять смотрели друг на друга, как показалось мне, целую вечность. Наши гляделки словно переросли в игру, кто моргнет первым. Рука Дэна со спинки дивана переместилась на мое плечо, и он стал поигрывать кончиками волос. От его прикосновения по моей шее побежали мурашки.

– Элли.

– Дэн. – Я подумала, что мне нравится, как звучит его имя. Оно отдавалось на языке, словно вино с чесноком.

– Я хочу тебя поцеловать.

Жевать губу – привычка так себе, но я не могу заставить себя отучиться. Глаза Дэна опустились на мой рот. Я провела языком в том месте, где укусила себя, и заставила сжать губы.

Дэн придвинулся ближе, его рука тоже очутилась ближе к моей шее. Он прижался большим пальцем к бьющейся на ней жилке и стал медленно наклоняться.

В последний момент я отвернула голову, и его мягкие губы коснулись уголка моих губ. Его дыхание обожгло мне кожу. Дэн не сделал попытки изменить положение.

– Нет?

Я хотела ответить что-нибудь бойкое, но больше чем этого мне хотелось повернуться и почувствовать на своих губах его губы, его язык, открыться ему. Мне безумно хотелось ему открыться, но я просто не могла заставить себя это сделать. Вместо ответа, затрясла головой.

Дэн поцеловал меня в подбородок. Его губы проследовали к моей шее и замерли в том месте, где недавно он ласкал меня пальцем. Когда он поцеловал туда, мое сердце подпрыгнуло и забилось сильнее. Это должно было отразиться на пульсе, чего не заметить Дэн не мог.

Его рука передвинулась с моей шеи еще ниже, обхватила грудь. Я тут же выдохнула, а затем у меня резко перехватило дыхание, когда он провел большим пальцем по соску, который уже напрягся и выпирал из кружева. Дэн ущипнул его сквозь одежду и снова накрыл пальцем. Держа одну руку над моим сердцем, прижавшись губами к бьющейся жилке на моей шее, он мог чувствовать, как кровь бежит по моим венам.

Он положил другую руку мне на голову, пропустил сквозь пальцы волосы у основания шеи, взял прядь в кулак, чуть потянул. Проводя пальцем по другому соску, он целовал мою кожу, и в тех местах, где меня касались его губы, мышцы напрягались и начинали дрожать. Дэн притянул меня ближе к себе, затем его ладонь легла на мое колено. Почувствовав его легкие, как перышко, прикосновения, я подпрыгнула на месте.

– Щекотно? – выдохнул он мне прямо в ухо.

– Немножко.

Он поднял ладонь чуть выше, его пальцы очерчивали круги на моей коже.

– А сейчас?

У меня вырвался прерывистый смешок.

– И сейчас.

– Хочешь, чтобы я прекратил? – Он переместил ладонь еще чуть выше, не прекращая поглаживаний.

– Нет, – шепотом сказала я.

Его пальцы затеребили кружево моих трусиков.

– Сейчас?

– Нет.

Когда наконец он коснулся меня между ног, я застонала. Ощущение пальца внутри совпало с ощущением зубов на моей шее. Другая его рука легла на мою выгнувшуюся спину.

– Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал, Элли. Я хочу, чтобы ты это произнесла.

Кожу на шее опалило жаром. Дэн должен был это почувствовать, но я сказала, как он просил:

– Хочу, чтобы ты меня коснулся.

– Где?

– Там, где сейчас твоя рука.

Он провел ладонью.

– Так?

Я кивнула, но, чтобы ответить, мне сначала пришлось сделать натужный глоток.

– Да.

– Хорошо?

Он чуть откинулся, чтобы взглянуть в мое лицо. Я моргнула, фокусируя взгляд, отчетливо понимая, что, хотя его палец внутри меня, мы по-прежнему одеты. Он убрал руку – медленно, чтобы не создать впечатления, что передумал, скорее показывая таким образом, что его заботят мои чувства.

– Ты всегда носишь юбки? – Он погладил ткань на бедре.

Я откинулась на подушки, не убирая руки с его плеча, зажимая между пальцами воротник его рубашки и касаясь шеи.

– Обычно. Но не всегда.

– Мне это нравится. – Он задрал юбку выше, обнажая бедро и поглаживая кожу. – Тебе не нужно здесь бриться.

Я моргнула.

– Э-э… Нет.

Дэн так быстро нагнулся, что я сообразила, что произошло, только когда он поцеловал обнаженную кожу бедра, чуть выше колена.

– Почему?

– Волосы светлые и тонкие, а бриться бывает больно. Подобная красота жертв не заслуживает. – Я произнесла все это с трудом, поскольку его рот меня отвлекал.