Социальная сеть "Ковчег" (СИ) - Вецель Евгений Анатольевич - Страница 50

Самым красивым созданием в теле, как ни странно, были вирусы. Они то и дело встречались в крови. Большинство из них было покрытоы отростками, внешним видом они напоминали старые корабельные мины. Некоторые вирусы были похожи на причудливые космические спутники, а некоторые — на маленьких червячков.

Расщепленный волос на конце, был похож на халву или дерево. Очень интересно было побывать внутри уха, там были видны стереоцилии — плотно растущие отростки, похожие на ватные палочки.

Постоянно вспоминался учебник по биологии. Но в реальной жизни всё выглядело по-другому. Как можно было представлять лёгкие, которыми мы дышим, похожими на многочисленные пещеры, неровные внутри? При максимальном увеличении были видны даже молекулы кислорода.

Всё было цветное и выглядело весьма достоверным. Детализация была настолько замечательная, что хотелось рассматривать бесконечно. Внезапно Штерн ощутил, что засиделся настолько, что сейчас лопнет и ему срочно нужно в туалет.

Уже через двадцать секунд он стоял в туалете, трясущимися руками пытаясь попасть куда надо, и параллельно пытался уложить в голове все впечатления последних двенадцати часов. Сейчас ему казалось, что понадобится несколько лет, чтобы осознать всё, к чему приведут эти свершившееся открытия. Это невиданный скачок в науке. Человечество теперь точно заживёт по-другому.

Только сейчас он начал осознавать, что это не сон. Холодный рассудок стал возвращаться к нему уже тогда, когда он мыл руки. Мозг работал на полную мощность, укладывая полученные знания по нужным местам. Вопросов оставалось масса, но они не мешали придумывать многочисленные области применения данной технологии.

Пока он стоял в туалете, размышляя, на его руки вылилась, пожалуй, тонна холодной воды. Очнулся он внезапно, от резкой боли в костях переохлаждённых рук. Он вздрогнул и стал растирать руки полотенцем.

«Всё-таки нужно высыпаться, чтобы не вести себя как зомби. Всё это может оказаться сном», — подумал доктор Штерн, на всякий случай больно ущипнув себя, выходя из туалета. Он вернулся на своё рабочее место. На экране по-прежнему светились несколько молекул кислорода в его лёгких, что явно означало, что он не спит.

В правом верхнем углу монитора моргала иконка видеосвязи. Его вызывала Тринити.

— Штерн, ты посмотрел? — игриво спросила она.

— Тринити, я в шоке. Никто, кроме тебя и меня, ещё не путешествовал внутри человеческого тела. Это же настоящее потрясение. Как тебе это удалось?

— Это не я, это компьютер и заранее написанные программы. У меня для тебя плохая новость.

— Какая новость? О том, что всё это шутка?

— Да нет. Это всё реально. Реальнее некуда. Но вот «дамп», который ты сделал три часа назад в лаборатории, не поддаётся расшифровке. Там большие помехи. Ясно, что источник помех находится в твоей лаборатории, ведь дома у тебя всё получилось.

— Странно. Но я думаю уже хорошо, что, по крайней мере, один дамп мы с тобой сделали. А по поводу помех — я попробую разобраться.

— Я посмотрела по карте, у тебя непосредственно возле лаборатории находится базовая станция сотовой связи. Может быть, она вносит помехи?

— Ну, ты же знаешь, что сотовая связь использует другие частоты.

— Тогда чем отличаются условия твоего дома от условий работы?

— Надо изучать, — коротко сказал Штерн.

— Слушай, ты можешь мне дать доступ к серверу камер наблюдения из твоей лаборатории? Я попробую разобраться.

— С твоим хакерским уровнем, я думаю, пароль тебе не нужен. Но всё равно сейчас сброшу. Ты думаешь, это поможет? Может, лучше замерим радиофон в помещении? Может, правда помехи.

— Ну, ты замеряй, а я пока подумаю.

Штерн закончил разговор. Он отправил Тринити пароль от сервера и пошёл возиться с приборами. Фон от базовой станции был, но он был небольшим. Штерн надел пальто и вышел на улицу, взяв с собой анализатор спектра и ноутбук. На улице было пасмурно. Накрапывал небольшой дождик. Доктор сходил к базовой станции и замерил там радиофон. Частотный спектр не отличался от обычного.

Когда он вернулся, Тринити уже вызывала его по видеосвязи. Штерн нажал кнопку Enter и сказал:

— Тринити, я сделал замеры излучения от базовой станции. Сейчас отправлю тебе, — сказал доктор, отряхивая только что снятый плащ от капель дождя.

— Не надо, — смеялась Тринити.

— В смысле? — удивился Штерн.

— Кажется, я догадалась, в чём дело. Ты, похоже, каждое утро, когда приходишь в лабораторию, пьёшь кофе.

— Ну, наверное. А причём тут кофе?

— А дома, наверное, не пьёшь?

— Пью. Но только по выходным. Если я выпью кофе вечером, я, во-первых, не усну, а во-вторых, кофе дома отвратительный.

— Вот, послушай выдержку из справочника: «Кофеин — алкалоид. Он оказывает на организм двоякое действие: в малых дозах тонизирует, а в больших угнетает. Центральная нервная система (особенно отделы головного мозга) очень чувствительна к кофеину. Последний стимулирует процессы возбуждения в коре головного мозга, вследствие чего усиливается реакция на внешние раздражители, обостряется восприятие действительности».

— Ну, это все знают, — удивлённо сказал Штерн, — как это могло помешать снятию дампа?

— Твой мозг был слишком активен и мешал принимать сигналы от нервной системы. Наш сканер действует по принципу радиолокатора и поэтому он чувствителен к помехам возбуждённого мозга.

— Ты имеешь в виду, что если я откажусь от кофе, то сканер сможет работать?

— Весьма вероятно!

— Я, конечно, подозревал, что кофе вреден для организма. Но то, что он вреден для науки, слышу впервые, — пошутил Штерн. — Можно проверить вечером, когда действие кофе пройдёт. Через четыре часа я отсканирую себя снова, не выходя из лаборатории.

— Конечно, давай попробуем. Только пей побольше воды, да и поспать бы не мешало. У тебя такие мешки под глазами, что ты похож на китайского императора. Давай свяжемся через четыре часа. Думаю, кофеин прекратит своё действие. Мы с тобой молодцы.

Путешествие

Лаборант Михаил с тех пор, как покинул доктора, стал заниматься собственным бизнесом. С небольшой компанией друзей он разрабатывал компьютеры и продавал их. Они продолжали дружить со Штерном, но Михаил не знал, чем сейчас занимается доктор. Миша и не расспрашивал. Он не любил вникать в ненужные мелочи. Миша был своеобразным человеком, поэтому с ним уживались далеко не все.

Тринити оказалась права: без кофеина, «дампы» получались полностью читаемыми. Прошло три месяца. Штерн за это время изучил своё тело во всех подробностях. Человеческий организм был огромным микромиром со своей логикой и правилами. Чего только не было в его теле: витамины, минералы, кислоты, кровяные тельца, лейкоциты, вирусы, бактерии, плесневые грибки, небольшие опухоли и т.д.

В желудке он обнаружил две «сухомяточные» язвы. По всей кровеносной системе встречались тромбозные образования. Аппендикс хранил в себе старую шелуху от семечек, пару жвачек и другую трудно распознаваемую ерунду. Мышцы сердца не вызывали доверия. Было ощущение, что этот организм сильно потрёпан жизнью.

Использовать для своей затеи федеральный синхротрон было опасно. Лучше иметь собственный ускоритель. Поэтому Тринити профинансировала строительство большого, но уже линейного ускорителя, который отличался простотой своей конструкции.

За это время, с активной помощью Тринити, они со Штерном настроили его на облучение человеческого тела. Программное обеспечение и конструкция были в несколько раз сложнее, чем сканер.

Из-за сложности конструкции Штерн перестал понимать принцип действия всех этих микросхем, реле и катушек. Он теперь с гораздо большей охотой полагался на Тринити, считая её просто волшебным учёным. Он стал простым исполнителем и, кажется, уже привык к этому. Главное, что их цель была близка.

Когда машина времени была готова, первым путешественником решили сделать местную уличную кошку. Её «дамп» получился не хуже человеческого. Штерн с интересом погулял по её виртуальному телу, а потом срочно съездил в зоомагазин и купил ей глистогонное.