Выйти замуж любой ценой - Полякова Татьяна Викторовна - Страница 41

– Я когда все сопоставила… мы уже расстались. Хотела с ним поговорить, но он отнекивался, дела и все такое… Просто не хочет встречаться. Ну, я и решила, не хочет, значит, и мне ни к чему…

– У меня есть сведения, что были еще подобные похищения.

– Были. Подружку мою, Альбину, тоже похитили. Она встречалась с другом Святослава Владимировича. Он нас с ним и познакомил. Сначала похитили ее, а через месяц меня. Она вообще ничего рассказать не могла, перепугалась очень, решила, что убьют. Но потом припомнила, что вроде слышала голоса, мужчины и женщины. Ее отпустили быстро, так же за город вывезли. Любовник заплатил в тот же день… а теперь она за него замуж выходит.

– Повезло, – брякнула я.

– Еще бы. Думали, он с женой ни в жизнь не разведется, а он взял и развелся, – вздохнула она, должно быть, вспомнив, что и Зараев теперь завидный жених. – Альбина ничего толком рассказать не могла. И другие девушки тоже.

– Были и другие? – воодушевился Протасов.

– Ага. Я знаю двух. Мы не подруги, но часто встречались. Одна работала в «Звездной пыли». Отличный клуб. Вы, наверное, знаете. Так вот. Обе ничего не помнили, их наркотой накачали. Но мы потом с Надей поговорили, она менеджер в клубе. И решили: похитители кто-то из близких нам людей. Рядом крутятся. И баба… как это… наводчица, да. Выбирает жертву.

Тут я подумала о Димке. В «Звездной пыли» он был свой человек. Вот уж кто мог идеально выбрать жертву. Однако Зараев прав, трусоват Димыч для подобных подвигов. Или нет? Он намечал жертву, а все остальное делали другие. Четыре похищения – это впечатляет.

– В полицию ни в одном случае не заявляли? – задал вопрос Протасов.

– Конечно, нет.

– Боялись огласки? У всех мужчин, к которым обращались за деньгами, были семьи…

– Наверное. Проще было заплатить.

– А двух девушек похитили до или после вас?

– Сначала Надю. Потом еще одну, затем Альбину и меня. Надю в августе, меня перед Новым годом… Может, был еще кто-то… Я знаю только четырех.

«Недурно, – вновь подумала я, – примерно за полгода четыре похищения. Возможно, были еще. Но три месяца назад что-то пошло не так, и Ольгу убили. Хотя никаких доказательств, что ее похитили те же люди, конечно, нет. Однако Ольга тусовалась в тех же клубах, вовсю используя связи Танькиного мужа… А вдруг, в отличие от Светки, Ольга женский голос узнала? Учитывая, что стояло на карте, отпустить ее похитители не могли. Это истинная причина ее гибели, а вовсе не жадность Новикова, как решила Танька, или его нерасторопность».

– Простите, а вы были знакомы с Дмитрием Шевчуком? – заговорил Протасов, прерывая мои размышления.

– Нет, – покачала головой Светлана.

– Странно. Святослав Владимирович хорошо его знает.

– Вы думаете, он меня со всеми друзьями знакомил? К тому же не так долго мы встречались, – вздохнула девица. – Никакого Шевчука я не знаю, и Альбина тоже. Мне все ее друзья хорошо известны. Мы же всегда вместе… были. Теперь, если замуж выйдет… – Светлана заметно приуныла. Да, когда подруга удачно выходит замуж, дружба дает трещину. Если, конечно, не подвернется еще один удачный вариант и под венец не пойдут обе. В этом случае дружба обещает быть вечной.

– Уверен, что Надежда его знала, Шевчук в ночном клубе частый гость… был… – продолжил Протасов. – Вы не могли бы ей позвонить?

Светлана смогла, разговор мы слышали и убедились: Димыча менеджер клуба считала своим приятелем и очень сожалела о его недавней кончине. Я вспомнила, что завтра похороны, и тяжко вздохнула. Потратив еще минут двадцать на вопросы, которые показались мне довольно бестолковыми, Платон Сергеевич наконец-то простился с хозяйкой квартиры. Уже в прихожей она всучила ему свою визитку, на которой расцветала черная роза и золотилась надпись «Дизайнер европейского класса. Аделаида Кох».

– Это мой псевдоним, – мурлыкнула Светлана. – Там телефоны, и домашний, и мобильный.

– Спасибо, – в ответ промурлыкал Протасов, но своей визитки не дал.

– Теперь понятно, откуда эти разговоры о том, что Шевчук имел отношение к похищениям, – как только девица закрыла за нами дверь, заметил он и начал спускаться по лестнице.

– Лифт, – напомнила я.

– Надо больше двигаться, – отмахнулся Платон Сергеевич. Двигаться мне в тот момент не особо хотелось, а обсудить новости очень даже. И я побрела за ним.

– То есть ты не допускаешь мысли, что Димка к ним действительно причастен?

– Почему же. Допускаю. А Зараев, как ты слышала, нет. Ты Шевчука знала куда лучше. Что скажешь?

– Шантаж – да, похищение – скорее нет, чем да. Хотя если все-таки «да», то становится ясно, почему убили Димку. Правда, непонятно, с какой стати в моей квартире.

– Неужели он не сообщил тебе ничего интересного? Ведь он звонил всего за несколько минут?

– Он надеялся, что мы встретимся… – пожала я плечами. – Знала бы, что все так скверно обернется, непременно бы спросила.

– А ребята наглецы, – вдруг засмеялся Протасов. – Слупить денег с Зараева…

– Он что, так крут?

– Я бы выразился иначе: временами он становится невменяем.

– Есть разница? Светка права, похититель кто-то из своих. Знают, кто у девушек в друзьях, легко могут выяснить привычки, график передвижений и прочее…

Тут мы, наконец, оказались на улице, я вздохнула полной грудью и подумала: сейчас бы на дачу…

– Почему бы нам не прогуляться по набережной? – внезапно предложил Протасов, и, хотя мои мысли двигались в том же направлении, я насторожилась.

– Прогуляться?

– Конечно. Отличная погода. Иногда полезно отвлечься от трупов…

– Завтра похороны, – вздохнула я.

– Тем более.

В общем, мы отправились на набережную, смогли найти место для парковки и с час гуляли. Протасов держал меня за руку и как-то нерешительно поглядывал. Я его взгляды игнорировала, но томилась. Не хватает только влюбиться в такого типа… Я даже не помню, когда влюблялась. В третьем классе, в пятом? Это не считается.

– Отличный ресторан, – Протасов кивнул в сторону здания с огромной верандой. – Предлагаю поужинать.

Я согласилась, в основном потому, что лень было тратить время на готовку, а есть хотелось. Мы устроились на веранде, все столы были зарезервированы, как сообщил метрдотель, но для нас место нашлось. Пока ждали заказ, Протасов болтал без умолку, но вовсе не о нашем расследовании. Рассказывал о себе, любимом. Истории из жизни. Вроде бы смешные, но во всех он все равно был героем. Я в долгу не осталась и тоже поведала о днях своей юности. Он слушал внимательно, улыбался, а в глазах плясали черти.

«Меня нагло охмуряют», – сообразила я и злорадно подумала, что старается Платон Сергеевич напрасно. Ничегошеньки ему не обломится. А старался он изо всех сил. Сама любезность и остроумие. По дороге к дому Протасов дважды сграбастал мою руку, трепетно ее пожимая, а стоило нам войти в его квартиру, заключил меня в объятия и полез целоваться. Я уж совсем решила двинуть ему коленом в известное место, но потом передумала, ни к чему зверствовать. Отстранилась и ледяным тоном поинтересовалась:

– Что это на вас нашло, Платон Сергеевич?

К такому он точно не был готов. Избаловали бабы парня, но ничего, пусть привыкает. Не все женщины готовы по первой команде прыгать к нему в койку.

– Я… просто я подумал… – начал он мямлить.

– И совершенно напрасно. С какой радости мне заниматься любовью с первым встречным?

Он слегка икнул, но от меня отлепился.

– А почему на «вы»? – спросил испуганно.

– Потому что, – отрезала я.

– Но… мы в некотором роде уже… в субботу мы проснулись в одной постели.

– Не отрицаю. Но так как я ничего не помню, будем считать, что ничего между нами не было.

– Предлагаю другой вариант: отправляемся в спальню и начинаем восстанавливать события.

– Не пойдет, – погрозила я пальцем. – Я только замуж. Ты забыл: я девушка с серьезными намерениями.

– А я совсем не против женитьбы, – осчастливил он. Я разгладила на его груди рубашку, улыбаясь по-матерински ласково.