Опасное окружение - Питерс Натали - Страница 37

– Боже, ты слышишь, что задумал этот сумасшедший!

– Смотрите, – сказал Жан, и я услышала стук сдвигаемых стульев; мужчины, видимо, сгрудились вокруг карты. – Когда «Мэри Роуз» и два сопровождающих ее фрегата достигнут вот этой точки, их встретит небольшой сюрприз – завал из бревен. Два небольших судна мы пустим на фрегаты, а «Мэри» возьмем с яликов.

– Ерунда! – выкрикнул Отрезанный Нос. – Взять корабль со шлюпок!

– Мы будем первыми, Отрезанный Нос. Мы застанем их врасплох, они бросятся к пушкам, а в это время мы обойдем корабль с боков. Ядра пролетят…

– Ядра пролетят над нашими головами! – догадался Доминик.

– Точно, они будут кормить ядрами аллигаторов. Итак, конвой пребывает в растерянности, мы берем судно на абордаж и уводим его вверх по протоке примерно с милю, туда, где Миссисипи образует излучину.

– Но она вся заросла, Жан.

– Там слишком мелко.

– И место слишком узкое, да еще все завалено плавником. И обводной канал засорен.

– Мы расчистим канал. На время. Он, конечно, узкий, но вполне пригоден для нашей цели. Мы подготовим проход, но для маскировки накидаем сверху бревна и немного тростника. Значит, проведем «Мэри Роуз» вверх по протоке, а затем, по обводному каналу назад, и – вуаля! – мы уже на Гранд-Терре.

– А если фрегаты пустятся следом? – возразил Гэмби. – «Мэри Роуз» – старое судно, да еще сильно груженное. Нам от них не уйти.

– Протока слишком узка, – терпеливо пояснил Жан, – и, как я уже говорил, мы расчистим ее только на время. По обоим берегам полно старых бревен, сухостоя и прочего барахла, и все это будет у нас под рукой. Хорошего порохового заряда будет достаточно, чтобы раскидать все это добро и запрудить реку. Пока они будут прочищать русло, мы преспокойно доберемся до нашей базы, а туда они не сунутся.

– Можно замаскировать порох хламом, – предложил Доминик, – и когда они подойдут близко….

– Это не сработает, – заявил Отрезанный Нос.

– Еще как сработает! – спокойно ответил Жан. – Если тебе это дело не по нраву, Чигизола, так и скажи. Нам, конечно, нужны люди, но можем обойтись и без тебя.

– Не пори горячку, Жан, некому будет пользоваться добычей, если твой план рухнет.

– Это дело для меня, – предложил Доминик. – Порох – это моя специализация.

– Отрезанный Нос и ты, Винсент, слушайте меня, – тихо сказал Жан. – Дело предстоит кровавое. «Мэри» придется брать на абордаж. Капитаном будет Доминик, и его приказы на время операции – закон для всех. Никакой самодеятельности, иначе… не заставляйте его брать грех на душу.

Когда мужчины разошлись, я перехватила Доминика.

– Послушай, – горячо прошептала я, – ты должен взять меня с собой.

– Ты что, свихнулась, девка? Жан спустит с меня шкуру. Он сдерет ее с меня и повесит сушить на вершине фок-мачты.

– Помолчи, Дом, и послушай. Судьба дарит мне шанс, которого я так ждала. Разве ты не понимаешь, я хочу быть одной из вас, по-настоящему одной из вас. Я хочу этого не только ради себя, но и ради Жана тоже. Я хочу сделать что-то такое, чего не делала еще ни одна женщина, я хочу, чтобы он гордился мною. Пожалуйста, Доминик.

– Он освежует тебя живьем, – прорычал Доминик. – Драка не место для женщины, сумасшедшая ты девка.

– Мне осточертело отсиживаться в безопасности. И Жан ни о чем не узнает, пока все не будет кончено. Если меня убьют, мне некого будет винить, кроме себя. Я готова ко всему, Доминик. Ты знаешь. Я хочу понюхать настоящего пороха. Одна мысль об опасности заставляет петь мою душу.

Дом покачал головой.

– Скверное дело. Негоже для девушки радоваться при мысли об убийстве.

– Я не ребенок, Дом. Я взрослая женщина и знаю, чего хочу. Ты сам увидишь.

Пожелав Дому спокойной ночи, я прошла в библиотеку. Жан сворачивал карту.

– Ну как встреча, Жан?

Лафит посмотрел на меня с подозрением.

– Неплохо, я доволен. Наши дела пока идут гладко. Даже более гладко, чем я предполагал. Обидно, что такие мозги, как у меня, направлены не на созидание, а на разрушение. Я мог бы стать… Да хоть президентом!

– Еще не поздно, – засмеялась я. – Если дела так пойдут и дальше, ты скоро сможешь купить себе президентство.

– У меня найдутся лучшие способы вложения капитала. Скажи мне, не хотела бы ты поехать со мной на бал к губернатору?

Отведя взгляд, я протянула:

– Как мило с твоей стороны пригласить меня! Но, мне кажется, я еще не готова к выходу в свет. Лучше мне остаться на Гранд-Терре, если не возражаешь.

Жан нахмурился.

– Нет, Элиза, я не возражаю. Я просто думаю, что настало время выбираться из раковины. Баратария не слишком подходящее место для таких девушек, как ты. Тебе нужно общество подруг, музыка, поклонники, люди, которые баловали бы тебя и восхищались тобой. Все, что составляет лучшие стороны жизни красивой женщины. Если ты будешь продолжать жить среди грубиянов-пиратов, ты и вовсе забудешь о том, что ты женщина.

– Прости, Жан, – кисло сказала я.

– Тебе не за что извиняться, Элиза. Хотя не удивлюсь, если ты так поступаешь просто мне назло.

– Как ты можешь так говорить? – взорвалась я. – Откуда тебе знать, что мне нужно для счастья? Не суди о других по себе. Если тебя волнует только то, насколько элегантно ты выглядишь…

Лафит побледнел, и мне стало стыдно за свою выходку.

– Извини меня, Жан. Я обещаю поехать с тобой в Новый Орлеан, когда скажешь, но только не в этот раз, хорошо?

К Жану уже вернулась его обычная невозмутимость.

– Я думаю, Элиза, что жаркое солнце Луизианы несколько разгорячило твою кровь. Но ты вольна поступать по своему усмотрению.

– Я наслажусь высшим обществом Нового Орлеана в другой раз. Спокойной ночи, Жан.

– Спокойной ночи, Элиза, – холодно попрощался Лафит.

Неделей позже, убедившись, что все идет по плану, Жан отправился в город. Я не унималась, с угрюмой настойчивостью упрашивая Доминика взять меня с собой, пока он наконец не сдался. Я мечтала быть с теми, кто пойдет на абордаж, но Дом и слушать об этом не желал, скрепя сердце разрешив мне находиться на борту одного из двух суденышек, «Тигра» или «Полидора», корабля, принадлежащего Пьеру, с которых должно было произойти нападение на конвой «Мэри Роуз». Я пообещала оставаться на борту судна, но в душе твердо решила добиться своего.

Разведка донесла, что британский корабль с эскортом всего в нескольких днях пути от устья Миссисипи. Подготовка шла с утроенной энергией, и мое возбуждение росло в тех же пропорциях.

И вот час настал. В дозор послали несколько человек, которые должны были докладывать о передвижении «Мэри Роуз». Гранд-Терра превратилась в настоящий улей. План Жана Лафита предусматривал участие в нападении чуть ли не всех взрослых жителей мужского пола. Доминик отвечал за проведение боевой операции, Пьер и Винсент Гэмби должны были руководить маневрами «Тигра» и «Полидора». Доминик с моей помощью убедил Пьера взять меня на борт «Тигра», но в последний момент я сказала Пьеру, что не очень хорошо себя чувствую и предпочитаю оставаться дома. Конечно, Пьер испытал огромное облегчение.

Между тем, переодевшись в мужское платье, я затесалась в группу Доминика. Короткие кудряшки были спрятаны под пиратским платком. Мужчины, оказавшиеся со мной в одной лодке, конечно, меня узнали, но нашли мою затею забавной и не выдали меня.

Два дня мы плыли по реке. Я восседала в лодке, словно царица, тогда как мои товарищи, с трудом пробираясь по заболоченным топям по пояс в воде, тянули лодку, а заодно и меня. Я вдыхала тяжелые болотные испарения и любовалась серо-коричневыми гирляндами испанского мха, свисавшего клочьями с древних кипарисов прямо над моей головой.

К вечеру первого дня мы стали лагерем на маленьком островке посредине старицы. Доминик проходил мимо как раз тогда, когда мы закусывали свежей рыбой и жареной птицей, обильно запивая еду вином. Увидев меня, он обмер и весь побагровел.

– Ты, ты… Чтобы тебе сгореть, чертова девка! Я с тебя шкуру спущу! Я и так подставил свою башку, уговорив Пьера взять тебя!