Великолепная семерка - Питерс Джефф - Страница 53

За спиной щелкали и завывали пули, теперь они летели в него непрерывно. Брик дождался, когда шум стихнет, а вместо треска пуль послышится топот множества ног, и встал во весь рост. Прямо на него бежали четверо, и он плотно прижал рукоятку кольта к поясу, прежде чем открыть огонь. С каждым выстрелом Брик чуть доворачивался вправо, и с каждым выстрелом бегущих становилось все меньше, и последний упал уже в двух шагах от его стены.

– Давайте, давайте, все ко мне! – звал Брик, вытряхивая гильзы из барабана.

БЕРНАРДО О'РАЙЛИ

Крыша сарая была влажной от росы, и лежа на жестких пучках тростника, О'Райли уже через минуту почувствовал, что рубашка на животе стала холодной и липкой.

«Скорей бы началось, – подумал он, – так и простыть недолго, виски я забыл в сумке».

Солнце поднималось быстро, и крыша мгновенно просохла и посветлела. Услышав выстрелы, О'Райли встал на одно колено и навел винчестер на крыльцо дома Сотеро. Больше всего он боялся, что бандиты выгонят на улицы жителей деревни и будут прикрываться ими. Так делали солдаты, когда на индейский поселок, где они ночевали, на рассвете напали мужчины, прятавшиеся в лесу. Солдаты собрались внутри живого кольца из старух и детей и стреляли оттуда по индейцам, которые скакали вокруг.

«Но Кальвера до такого не додумался. Мы не дали ему времени решить как защитить себя, – думал О'Райли. – И теперь ему конец».

О'Райли отвлекла фигура, выбежавшая на площадь из боковой улицы. Он выстрелил по ней, отжал затвор и снова навел оружие на веранду, краем глаза следя за тем, в кого стрелял. Все в порядке. Один готов. Еще бы десяток, и можно помирать, Но никак не раньше.

Их было много, слишком много, и он стрелял по ним с колена, отбрасывая опустевшее ружье и подбирая лежащее рядом. Пули с жужжанием проносились над ним, напоминая, что на крыше ему негде укрыться. Но он укрывался огнем. Он стрелял так часто и так метко, что противнику пришлось прятаться, залегать, метаться между домов, а там их настигали выстрелы Брика.

У него остался еще один заряженный винчестер, когда страшная сила толкнула его в плечо и опрокинула на сухой тростник крыши.

"Рано, слишком рано! – возмутился О'Райли, пытаясь подняться. Вторая пуля впилась в руку, и он выронил винтовку.

«Нет, это еще не конец», – упрямо твердил он, уцелевшей левой рукой подтягивая непослушное тело к краю крыши. Ему удалось перегнуться через край и свалиться на землю. От удара он ненадолго потерял сознание, а когда очнулся, по площади уже метались кони, и бандиты на бегу взбирались на них. Несколько всадников уже скакали к дороге, ведущей в горы, но там их должен был встретить Брик.

«Где Брик?» – встревожился О'Райли.

На месте! Двоих вышибла из седла невидимая сила, а третий поднял коня на дыбы, развернул и помчал обратно на площадь.

О'Райли ощутил в левой руке шершавую рукоятку кольта, вскинул его – и третий всадник кувыркнулся с коня.

ЛИ БРОУДИ

Ли Броуди не спешил вступать в бой. Уже гремела перестрелка на другом конце деревни, а Ли продолжал подкрадываться к старому сараю. Чико убежал куда-то в сторону, и там тоже послышались частые выстрелы, но Ли не оглядывался и не спешил ему на помощь.

Старый сарай привлек его внимание тем, что на улице, ведущей к нему, валялись обрывки окровавленной ткани и измятое соломенное сомбреро. Виднелись также следы, оставленные в пыли множеством ног. Ему не нужно было других данных, чтобы вычислить, куда увели тех, кто стрелял по бандитам.

Ли подкрадывался, ступая по мягкой земле огородов, и темные блестящие листья намочили его колени росой. Длинный сарай, крытый тростником, стоял на краю деревни. Его задние ворота были заколочены крест-накрест двумя жердями. Если сарай охраняется – а он, конечно, охраняется, – то только со стороны передних ворот.

Броуди пришлось отступить и обойти еще два дома, чтобы выйти, наконец, на улицу перед сараем. Наблюдая из-за угла, заметил, что ворота сарая охраняют трое бандитов.

Один сидел на перевернутой корзине и загонял патроны в магазинное окошко винчестера. Двое других стояли рядом и громко спорили, размахивая руками. Насколько мог понять Ли, один из них собирался бежать туда, где слышалась стрельба. Второй убеждал его остаться и охранять cabrones[14].

Ли Броуди решил прекратить их спор. Он вышел из-за угла и не спеша направился к сараю.

Увлеченные спором, бандиты не сразу его заметили. Когда же их красные небритые физиономии повернулись к нему, до них было уже двадцать шагов. Ли шел по-прежнему неспешно, словно на прогулке, и выиграл еще три шага, прежде чем они потянулись за оружием. А с пятнадцати шагов он не промахивался.

Тот, что сидел на корзине, успел привстать, но выстрел в грудь пригвоздил его к стене сарая. Двое стоящих успели выстрелить из своих револьверов, их пули ударились в землю на полпути между ними и Ли. На второй выстрел времени у них не было, и они повалились друг на друга, так и не закончив свой спор.

Ли вложил «смит-вессон» в кобуру и распахнул ворота сарая. В этой деревне, наверно, не было ни одного замка, иначе пленных не пришлось бы сторожить втроем.

Пленные не сразу поняли, что их освободили. Первым из сарая появился молодой Мигель. Он молча подхватил с земли бандитский винчестер и побежал к площади, припадая на одну ногу.

Остальные фермеры кинулись за ним, громко крича и размахивая мотыгами, которые подобрали рядом с сараем. Их возмущенные голоса заглушали звуки выстрелов. На их крики из домов стали выскакивать другие люди в белом, тоже с мотыгами и с мачете. Они вливались в толпу, которая скоро перегородила улицу, удаляясь к площади и поднимая прозрачную пыль.

Ли посмотрел им вслед. Он не привык бегать, ползать, стрелять из укрытия, поэтому ему не хотелось сейчас догонять освобожденных крестьян и вместе с ними участвовать в бою, который разгорался на площади.

«Надо помочь и Крису», – вспомнил он и снова потянулся за револьвером. И вдруг Ли уловил какое-то движение за спиной. Он подумал, что это еще один, засидевшийся в плену, фермер выходит из сарая, и, не оглядываясь, пошел к площади.

В этот момент умирающий бандит, сидевший привалясь спиной к стенке сарая, поднял левую руку с зажатым в ней кольтом, закрыл глаза и нажал на спуск.

Ли услышал грохот выстрела сзади. Он ощутил всего лишь толчок в спину, под левую лопатку. Не было ни боли, ни страха. Ничего больше не было.

ЧИКО

Больше всего Малыш жалел, что не успел узнать, где живет Луисита. Как было бы здорово ворваться в ее дом и у нее на глазах перестрелять всех этих гнусных типов!

Он затаился за каменной баррикадой и прислушался. За соседним домом фыркала лошадь. Чико взвел курок кольта и, прижимаясь к стене дома, скользнул вдоль нее. За углом стояла лошадь, привязанная к раме распахнутого окна.

Чико понимал, что это бандитская лошадь, и значит, в доме спит хотя бы один негодяй. Но если начать стрелять через окно или выбить дверь и ворваться в комнату, как он сможет отличить спящего бандита от фермера? В кого стрелять?

Загадка разрешилась сама собой. В отдалении ударил выстрел, потом еще. В доме послышались громкие шаги, так могли топать только сапоги со шпорами.

Из окна высунулся старый бандит с седой курчавой бородой от самых глаз. Он был одет как обычно, и даже патронные ленты оставались на его плечах, и только сомбреро было не на голове, а висело за спиной.

Они спят не раздеваясь, догадался Чико, наводя кольт на грудь, перечеркнутую патронными лентами. После выстрела старый бандит повалился обратно в комнату. Чико выждал несколько секунд и подбежал к соседнему дому.

Он пинком распахнул дверь и увидел перед собой бандита, встающего с пола, где лежало расстеленное пончо. Чико выстрелил в него два раза. Из глубины комнаты сверкнула вспышка, Малыш отскочил назад и кинулся бежать. Вдогонку ему дважды хлестнули выстрелы винчестера. Чико перепрыгнул через забор, откатился в сторону и выглянул. В проеме двери стоял, оглядываясь, другой бандит. Чико принялся торопливо стрелять по нему, в горячке забывая прицелиться. После четвертого выстрела курок щелкнул по пустому барабану, но противник уже сполз по стене, оставляя на ней красный след.