Дельфиния - Нормет Дагмар - Страница 2

Лирри-Ли и Торро-То жили в океане — это мир дельфинов.

Человеческие дети и дети дельфинов не знали друг о друге ничего. Пока ещё не знали! Но настанет день… Впрочем, надо рассказать обо всём по порядку.

Лик и Лок прибыли на океанский берег в то прекрасное утро, когда Лирри-Ли и Торро-То со своей бабушкой играли в розовое перо, а потом обманули осьминога. Как раз в это время к дельфинятам подплыл большой чёрно-коричневый дельфин.

— Папа! Папа! — закричали дельфинята и кинулись навстречу отцу.

Но тот лишь мельком взглянул на них и обратился к бабушке:

— Вы тут ещё ничего не знаете?

— Нет, — насторожилась бабушка. — А что случилось?

— Важная новость. Очень важная. — И он замолчал торжественно.

Бабушка и малыши застыли с раскрытыми ртами: «Ну, скорее же! Не мучай нас!»

— Слушайте внимательно, — проговорил наконец папа-дельфин. — В наших водах появился человек.

Лирри-Ли тихонько дёрнула брата за плавник:

— Кто это такой «человек»?

— Наверное, опять какая-нибудь улитка или водоросль, с которыми даже поиграть как следует нельзя, — ответил Торро-То.

И дельфинята отплыли в сторону.

А бабушка разволновалась:

— Скажи, человек приплыл на корабле?

— Нет, — ответил отец таинственно.

— В лодке?

— Нет, не в лодке.

— А как же?

— Он двигался под водой.

— Как мы?

— Да.

Бабушка не верила своим ушам.

— Никогда не слыхала про такое. Как же он выглядел?

— Я не сумею объяснить тебе. Придётся думборумбовать, — сказал отец.

— Что такое «думборумбовать»? — сразу оживилась Лирри-Ли.

Но взрослым было не до неё.

— Торро-То, ты знаешь? — не унималась девочка-дельфин.

— Не знаю! — резко ответил он.

— Чего ж ты сердишься?

А как не сердиться, если сестрёнка задаёт вопросы, на которые он, старший брат, не знает ответа.

— Папа, папа, что это такое «думборумбовать»?

— Это наш второй дельфиний язык, дочка. Мы умеем видеть мысли друг друга.

— Я тоже хочу видеть мысли… Какие мысли?

— Не мешайте, дети, мы с бабушкой говорим о серьёзном. — И дельфин-отец снова повернулся к бабушке: — Ну, так я начинаю.

Отец сосредоточился, и в его воображении появился человек такой, каким он, дельфин, его увидел: на каждой ноге по рыбьему хвосту; лицо тоже рыбье, с большущим глазом посередине; а от рыбьего лица протянулся гибкий стебель… наверное, водоросль, и она была прикреплена к двум… к двум раковинам на спине…

Как вы понимаете, это был Лок в ластах и маске акваланга, от которой тянулись трубки к дыхательному аппарату, укреплённому у мальчика на спине.

— …Я много видела людей, но такого… — засомневалась бабушка. — Ты уверен, что это человек, а не рыба? И что это не растение или… не рак-отшельник, который вылез из ракушки?

— Хм, посмотри внимательней, как легко и юрко он передвигается! — возразил отец.

— Да, да… Но какой же он забавный! Ха-ха-ха! Послушай, сынок, а ведь эти рыбьи хвосты вместо ног и этот огромный глаз… Человек опять что-то придумал!

В это время Лирри-Ли робко дёрнула Торро-То за плавник:

— Ты… Ты видел что-нибудь?

— Нет! — сердито ответил ей брат. — Ни кита, ни морской блохи.

— И я тоже! — пожаловалась Лирри-Ли. — Ни китишки, ни блошишки не видела.

— Папа! — толкнул Торро-То отца подбородком. — Почему мы ничего не видели?

— Вы ещё маленькие, — ответил отец. — Вот подрастёте, тоже научитесь думборумбовать. А пока поиграйте где-нибудь здесь, неподалёку.

Малыши уплыли, а взрослые продолжали о своём.

— И долго человек находился под водой? — допытывалась бабушка.

— Долго, — отвечал дельфин. — Будто всегда жил в океане.

Бабушка заволновалась:

— Но ты понимаешь, что это значит?

— Что?

— Это значит… — начала бабушка торжественно, — это значит, что люди научились жить в воде. И настало время заключить союз дружбы с человеком.

— Неужели это возможно? — обрадовался отец.

— Конечно. Дельфины самые умные существа в океане, а люди самые умные существа на земле. И вот теперь человек нашёл дорогу к нам. Настало время нашим народам — дельфиньему и человечьему — познакомиться поближе и подружиться.

— …Но ведь люди убивали дельфинов, — возразил отец.

— Да, они были глупыми, они не знали, что мы — океанские братья человека. Но если люди и дельфины заключат союз дружбы, тогда объединится земная мудрость с мудростью океанской и начнётся новая, счастливая жизнь на планете. Я уверена, что…

Но в чём была уверена бабушка, она так и не успела сказать, потому что в этот момент…

«Спасите, он меня съест!»

— А-а-а, о-о-о, у-у-у! — послышалось издалека. Вой приближался.

И вот мимо бабушки и папы-дельфина, вспенивая воду, с диким рёвом пронеслось незнакомое существо. Оба дельфина тотчас легли на бок и притворились мёртвыми. Но бабушка всё-таки приоткрыла один глаз — ведь она очень любопытна! — и увидела мчащийся мимо твёрдый предмет.

— Святой океан! — воскликнула она. — Это же подводная бомба. У людей опять война!

Услыхав бабушкин голос, бомба остановилась и издала сигнал бедствия дельфинов — два коротких свиста.

Отец подплыл поближе, обнюхал «бомбу» языком — да-да, дельфины дышат затылком, а обнюхивают языком, это очень удобно — и сказал:

— Послушай, да ведь это же…

— Спасите! — закричала бомба. — Он меня съест! — Голос показался знакомым, хотя он и звучал, как из бочки.

— Это же Лирри-Ли!

Тут появился и Торро-То:

— Помогите! Помогите ей поскорее!

Почему же Лирри-Ли стала вдруг похожа на бомбу? — спросите вы. Что случилось?

А случилось вот что. Пока бабушка и отец говорили о человеке, дельфинята плавали по океану. И среди водорослей нашли странный предмет — продолговатый, гладкий, пустой. Торро-То захотел увидеть, что там внутри, но его голова не пролезла в сосуд. Головка Лирри-Ли прошла через горлышко, но вытащить её не удалось. И дельфиньей девочке показалось, что она попала в пасть страшного зверя. Она закричала и помчалась с сосудом, надетым на голову, по океану. Хорошо, что на её пути оказались бабушка и папа. Папа схватил дочку за хвост, бабушка ластами прижала к себе сосуд, и они стали тянуть каждый в свою сторону.

— Не разорвите её пополам! — волновался Торро-То.

Наконец-то голова Лирри-Ли освободилась. Бабушка погладила эту глупую голову плавником:

— Ну скажи, чего тебе там было надо?

— Мы хотели поглядеть, что внутри… — начал Торро-То, но Лирри-Ли перебила его:

— Моя голова влезла, а твоя нет! Моя влезла, а твоя нет!

— Хватит! — рассердился отец. — Марш в скалистый угол и плавайте там, пока я не позову вас.

— Папа, за что?! — начал было Торро-То.

Но отец был твёрд.

— Там и подумаете, за что.

И дельфинята поплыли в расщелину скалы, круто уходившую в морскую пучину. Туда не попадал свет, там не было растений — это был холодный и неприятный угол, куда отправляли дельфиньих малышей в наказание.

Древняя ваза

— Дети любознательны, и это неплохо, — сказала бабушка, когда малыши уплыли.

— Но ведь опасно совать голову куда ни по?падя, — возразил отец.

— А всё-таки что же это они нашли? — полюбопытствовала бабушка. — Давай посмотрим.

Сосуд, снятый с головы Лирри-Ли, лежал на морском дне, оплетённый водорослями. Бабушка отстранила их, и перед дельфинами оказалась прекрасная древняя ваза.