Связанные судьбой - Фитч Ванесса - Страница 32

— Вернее, я пришел поговорить с твоим другом, «истребителем грызунов», который присутствует здесь.

— Ты имеешь в виду Леона? — беззаботно спросил Кох. — Он вовсе не истребитель крыс. Это один из моих лучших мастеров. Я подумывал о том, чтобы поручить ему вести перестройку в доме Бетси. Он достоин такого почетного заказа…

— Подходящее задание, так как он уже побывал там. Правда, было слишком темно той ночью, верно, Леон?

У сообщника непроизвольно отвисла нижняя челюсть. Однако выдержанный Кох сверкнул белоснежными зубами, расплывшись в широкой улыбке.

— Джон, старина, ты, видно, перегрелся сегодня на солнце. Не хочешь ли выпить? Как я припоминаю, ты любитель текилы.

Джон, не обратив внимания на приглашение, смотрел не отрываясь в лицо красавчика Коха.

— Где резервуар, Кох? — спросил он в упор.

— Какой резервуар?

— Я догадался — он под медицинским центром, который ты подарил городу из «гуманного» желания делать добро. Хотя и павильон «Мороженое» тоже не следует исключать.

Добродушная ухмылка Коха превратилась в злобный оскал.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Я говорю о хранилище для бензина, которое находилось под заправочной станцией твоего прадеда. О том самом, откуда была утечка. А может быть, там изначально находилась дыра. — Заметив быстрый нервный взгляд Леона в сторону Коха, Джон собрал волю в кулак, готовясь отразить нападение. — Или вообще никто и не пытался устранить источник пожаров? Может быть, твой прадед подкупал инспекторов, как ты пытался откупиться от Майка Шепарда.

— Как ты узнал… — Кох спохватился, но слишком поздно.

Джон был разочарован легкостью, с которой был обличен Кох. В сущности, ему даже хотелось, чтобы в тот момент этого не произошло.

— Я ничего не узнал. Просто интуиция профессионала. Выглядит весьма убедительно, а? Ну конечно, не обошлось без анализа фактов и логики событий.

Джон говорил, обращаясь к Коху, но все время держал в поле зрения его сподвижника Леона.

— Скажите одно слово, мистер Кох, и от этого нахального пожарника-клеветника останутся одни воспоминания.

— Это преждевременно, Леон. Пока, во всяком случае.

Кох направился к стенному сейфу, спрятанному под фотографией, набрал код и распахнул тяжелую стальную дверь. Отступив назад, он дал возможность Джону увидеть аккуратно сложенные внушительные пачки денег.

— Я предложил Майку не менее четверти миллиона долларов. Ради тебя я удваиваю сумму.

— Ты, говоришь, предложил? Значит, он дал тебе от ворот поворот?

— Ну да, старый идиот. Прочитал мне душеспасительную лекцию, словно я несмышленое дитя. Все твердил: дает мне неделю сроку, чтобы я сообщил о резервуаре в управление по экологическому надзору. Иначе, мол, он сделает это за меня.

— И тогда ты убил его.

— Нет, он умер на пожаре в здании оперного театра до того, как истекла неделя.

Стэнли подозрительно покосился на грузного, злобно ухмылявшегося Леона.

— Очень и очень жаль. Я все делал, чтобы мирно договориться с Майком. Как-то даже подстерегал его Ночью по дороге домой, словно перепившийся юнец. Понимаете, таким…

— Леон, — прервал его почти ласково Кох, — шеф Стэнли сам прекрасно знает, как перепиваются юнцы. Верно ведь, Джон?

Джон спокойно слушал разглагольствования Коха.

— Я знаю и о том, как расплачиваются, Грант. Как у нас говорят: да, она сука, но ты должен удостовериться в этом сам.

Кох растерялся: у него не было надежного алиби.

— Послушай, Джон, я сомневаюсь, что правда на твоей стороне. Но подумай, что произойдет с Грэнтли, если эти фанатики из управления по экологии заставят нас вскапывать улицы и проверять все подземное хозяйство. Многие достойные люди потеряют огромные доходы и разорятся.

Джон не сомневался, что именно так и будет. Разумеется, и Майк думал об этом же. Возможно, он колебался, брать ли на себя такую ответственность.

— Судьям достаточно будет взгляда на этот королевский банк, чтобы взыскать штраф, который покроет все затраты. Тому же, кто отбывает в государственной тюрьме в Пендлтоне десять или двенадцать лет, не нужно особенно много денег на карманные расходы. Лишь на сигареты да на кока-колу.

Темно-красные пятна поползли по чисто выбритому подбородку Коха.

— Бери деньги, Стэнли. Или — обещаю тебе — горько пожалеешь, что не взял.

Кивнув обоим, Джон направился к двери.

— Стэнли!

— Ты что-нибудь забыл, Кох? — Джон повернул голову.

— У меня бригада собрана, чтобы на следующей неделе начать работы у Бетси. Я бы не хотел, чтобы один из ее малышей был случайно ранен упавшим бревном или даже… убит.

Джон молниеносно пересек огромный плюшевый ковер и рванул за ворот щегольской рубашки Коха.

— Даже не смей думать об этом, мерзавец. Или, клянусь могилой Патрика, я лично сожгу тебя живьем.

Это было сказано уверенным бесстрастным тоном.

— Не пугай меня.

— Я никогда напрасно не пугаю, Кох. Другим порядочным людям в городе тоже известна тайна бракованного резервуара.

Кох прошипел сквозь зубы проклятие, но Джон уже направился к выходу.

Дом казался еще пустынней — словно покинутый после шторма корабль. Джон обдумывал следующие действия, пока шел через вестибюль. Прежде всего надо найти Тома Биллингса. Затем, если тот не захочет принимать срочные меры, придется самому звонить в управление по экологии.

Все еще погруженный в свои мысли, он вышел из здания и оказался в двух шагах от своей машины, когда заметил старого Шона и Бетси, запрягавших симпатичную палево-чалую кобылу в видавшую виды шепардовскую коляску, предназначавшуюся раньше для бегов. Боже, как мальчишка-Джон ненавидел этот древний тарантас, который должен был красить в наказание за свои прегрешения! Жаль только, что не всегда удавалось так легко искупать ошибки, как в отроческие годы, подумал он, устремляясь к Бетси.

Близнецы своим сверхчувствительным радаром обнаружили его первыми. Между ними оставалось еще добрых десять ярдов, когда они понеслись к нему наперегонки. Их длинные юбки, какие дети переселенцев носили в прериях, развевались и били по щиколоткам. Улыбки сверкали так, что могли бы осветить танцевальный зал.

— Смотри, Джон, у нас чепцы!

— Да, как в старые времена. Такие носила наша прапрапрапрабабушка, — заметила пунктуальная Мэри.

— Ты упустила еще одно «пра».

— Нет, не забыла!

— Нет, забыла!

— Вы в них выглядите очаровательно, — вмешался Джон, содрогнувшись от печальной мысли: ему не быть больше свидетелем таких милых споров.

Чепцы были сшиты из белых и голубых атласных лент. Но они разные, спешила пояснить Анжелика.

— Видишь, на моем фиалки, а у Мэри — хвастливые распустившиеся розы. Мне фиалки нравятся больше, а тебе?

Под перекрестным огнем щебета близнецов Джону внезапно показалось, что отвратительная сцена в офисе Коха ему просто померещилась. Но в крови все еще кипело холодное бешенство, и удары пульса тяжело отзывались в голове.

— Сказать по правде, мне нравятся оба чепчика, — ласково сказал Джон, боясь обидеть малышек.

В тот же миг повеяло ароматом сирени, и он встретил грустный взгляд голубых глаз Бетси.

Старомодный костюм с корсетом для верховых прогулок превратил ее талию в тростинку. Длинная юбка скрывала ноги. По мнению Джона, этот наряд придал Бетси еще большую утонченность и загадочность.

— Ты должен выбирать — это правило, — настойчиво заявила Анжелика.

— Ах, правило?

С торжественным видом он перевел взгляд на фантастическое сооружение из бархата, страусовых перьев и цветов, украшавшее старинную прическу Бетси.

— Ну тогда я скажу, что мне больше всего нравится головной убор вашей мамы.

Девочки дружно выразили свое разочарование.

— Доброе утро, — спохватился он.

— Доброе утро, — ответила Бетси, едва шевельнув губами, и Джон заметил в уголках рта след усиленно сдерживаемой душевной муки. — Похоже, выдался хороший денек для парада.