Семиречье. Трилогия (СИ) - Григорьева Юлия - Страница 176

На улицах города начинался хаос. Те, кто еще не попал под пламя демонов, пытался убежать. Те, кто погибал, не бежали следом, все еще рассчитывая на спасение. Альвы рассредоточились, разбегаясь в разные концы города, стремясь не выпустить из города ни одной твари. Белава с гномом и альвом тоже бежали к воротам. Девушка расшвыривала мечущиеся факелы, расчищая дорогу для товарищей. Когда они достигли ворот, там уже было столпотворение. Злыдни в панике бестолково толпились, не соображая, как открыть ворота. Халиат закинул себе на спину чародейку, подхватил гнома и взвился на ближайший дом, оттуда перепрыгнул на дерево и чуть не сорвался.

— Отпусти меня, — сказала чародейка. — Идите с Гурди на стену. Я сама разберусь.

— Что ты собираешься делать? — напряженно спросил Халиат, а гном недобро глянул на девушку.

— Думаете, мне есть, что опасаться? — усмехнулась Белава.

— Анариэль… — предостерегающе произнес альв.

— Белава, — резко поддержал пресветлого Гурди.

— И не вздумайте следовать за мной, — рассердилась в ответ чародейка. — Во мне сила демонов, помните? А теперь на стену и не позволяйте приближаться к воротам! — скомандовала девушка и легко спрыгнула на землю.

Альв и гном мгновение смотрели на нее, потом друг на друга и подчинились, выдав по нехорошему ругательству. Нести одного гнома была проще, и Халиат легко добрался до крепостной стены, подстрелив двух нерадивых охранников и сбросив их на головы кричащим тварям. Затем альв обстрелял особо усердных, пытавшихся сдвинуть тяжелый брус, не позволяющий открыть ворота, и стали искать глазами чародейку.

Белава, спрыгнув с дерева, прижалась к забору, стоявшему невдалеке. Она оглядывала спины, решая, что делать дальше, чтобы не оказаться затоптанной толпой перепуганных тварей.

— Выпусти, — услышала она низкий голос. — Дай и мне повеселиться.

— Я и сама справлюсь, — ответила чародейка демонице.

— Знаю. Мне скучно, выпусти, — настаивала ее вторая личина.

— А почему бы и нет, — решила девушка. — Веселись, а я погляжу.

Через мгновение пространство озарилось всполохами волос зеленоглазой демоницы. Злыдни резко обернулись, все разом.

— Не ждали? — усмехнулась демоница и скользнула в толпу.

Альв и гном сидели на стене, спустив ноги вниз, им работы не осталось. Демоница пылала вся, этот живой костер стремительно передвигался среди злыдней, превращая их в прах. Все было кончено быстро.

— Пойду прогуляюсь, — махнула демоница Халиату и Гурди.

— Змеюка может начинать плакать, — хихикнул гном.

— Теперь она может рыдать в полный голос, — хохотнул в ответ альв, и они пожали друг другу руки.

Глава 41

Демон стоял в тронной зале Милавы и с любопытством наблюдал, как та мечется, извергая проклятья и угрозы. Весть о гибели тварей ей принес сам Вогард, наблюдавший за происходящим, оставаясь, как обычно, никем не замеченный. У него даже мысли не возникло вмешаться. Чародейка развлекалась, и мешать ей в этом развлечении он не собирался. Он с интересом наблюдал за ее действиями, даже сам уничтожил часть злыдней, которые кинулись в храмину, где были закрыты обычные люди, рассчитывая, что тут их не тронут. Вогард знал, что подобное расстроит Белаву, а он меньше всего хотел, чтобы она расстраивалась. Еще и отгородил пространство вокруг храмины, чтобы огонь не подобрался к ней. А вот при виде демоницы он почувствовал раздражение. Вогард сделал новое открытие, он был оскорблен тем, что его чародейку предали. И все же демон следовал за ней, следя, чтобы для демоницы не было угрозы. Потом смотрел, как вернувшаяся Белава призывает воду, туша пожарище вместе с людьми и альвами. Часть огня она просто вернула себе, часть незаметно отозвал Вогард. Позже, когда от города осталось пепелище, демон смотрел на перепачканных сажей, усталых, но счастливых погорельцев, которые веселились вместе с девушкой и альвами. Вогарду вдруг отчаянно захотелось оказаться среди этой пьяной от первой победы толпы, принять их радость, почувствовать тоже самое торжество, но он остался в стороне, грустно улыбаясь. С рассветом чародейка, гном и альвы покинули Хорив. Они вышли за ворота, подошли к кромке леса, и Белава опала на руки одного из альвов.

— Я так устала, Халиат, — услышал демон ее тихий голос.

— Отдыхай, я донесу, — улыбнулся альв.

Вогард выругался, причем, злился он на себя. Как же раньше не подумал, что и ей чужда сила этого мира, как и ему, что и ей она приносит боль. Конечно, чародейка не могла на ходу восполнять запас, ей нужно было время.

— Мог бы и раньше догадаться, — прошипел он. — Знал бы, сам этих тварей уничтожил. — но тут до него донеслось:

— Славно мы повеселились, — произнесла усталая, но счастливая Белава.

— Буду следить, чтобы меньше силы тратила, — решил демон и взмыл над лесом, потому что альвы уже открыли переход.

Он вернулся в Черную Башню и поднялся в покои Милавы, ее еще не было. Вогард велел доложить, когда она объявится и ушел к себе. Божественная явилась к полудню, усталая, но довольная. Вогарду доложили, что госпожа ожидает его в тронном зале, и демон спустился к ней.

— Конец твоей чародейке, — весело сообщила Милава. — Я столько рати собрала, сколько этим дуракам и не снилось. Да еще моя сила, и твоя, любимый. Мы их на колени поставим.

— Правда? — лениво полюбопытствовал демон. — Тогда тебя не сильно расстроит, что твоих тварей больше нет?

Милава, не осознавшая его слов сразу, засмеялась, потом осеклась и тихо спросила:

— Как это нет? А где они?

— Разлетелись прахом по ветру, — улыбнулся Вогард. — Так сколько, говоришь, у тебя воинов?

— Что с моей ратью? — нервно спросила божественная, все еще надеясь, что демон над ней просто так жестоко шутит. — Их не победить!

— Смотря кому, — демон зевнул. — Вот чародейке и двадцати альвам это легко удалось. Ах, нет, кое-кого забыл. Там был еще один гном, наверное, все из-за него? — и он весело рассмеялся.

Милава сверкнула глазами и сжала кулаки в бессильной ярости. Она обернулась у Вогарду и внимательно всмотрелась в него. Демон продолжал улыбаться, наблюдая за ней. Женщина облегченно вздохнула, шутит, все-таки шутит.

— Зачем ты так пугаешь меня, любимый, — рассмеялась она.

— Разве я когда-то был шутником? — вкрадчиво спросил демон. — Или пугал тебя? У тебя действительно нет больше бездушных тварей, их сожгли, почти всех. Всего за одну ночь.

— Но это невозможно! — вскричала Милава, наконец, поняв, что он говорит правду. — Как? Ты сделал их неуязвимыми!

— Но не для силы демона, — Вогард сел на ее трон и закинул ногу на ногу.

— Т-ты? Ты их убил? — она ошарашено смотрела на демона.

— Нет, — усмехнулся он. — Чародейка. Помнишь, ты спрашивала, что в ней такого, чего нет у тебя? — Милава молчала, хмуро глядя на него. — В ней есть сила демонов, родная мне сила. Теперь понимаешь, что ей было под силу уничтожить тварей?

Божественная опять не ответила, она тяжело сползла по стенке на пол и задумалась, лихорадочно соображая, что ей делать. Милава снова посмотрела на Вогарда. Без него и без злыдней ей конец. Она поднялась с пола и направилась к демону, покачивая бедрами. Он насмешливо наблюдал за женщиной, пытаясь угадать, что именно она попытается выпросить у него, стараясь соблазнить. Неожиданно Вогард понял, что он ее совершенно не хочет, даже горячая и вечно голодная до плотских утех кровь демонов осталась спокойна. Милава тем временем поднялась на возвышение, на котором стоял трон и приблизила к его лицу свое.

— Ты ведь не бросишь меня, — заговорила она, почти касаясь своими губами его губ.

Ее руки скользнули по широким плечам демона, начали свое путешествие вниз, но Вогард перехватил руки Милавы, сжав их одной рукой, второй поднял ее голову за подбородок, вынудив смотреть себе в глаза.

— Что ты хочешь мне сказать, Милава? — спросил он.

— Я ведь похожа на нее, Вогард, подари мне ее силу, и я стану для тебя той, кто тебе нужен, — ответила прямо божественная.