Семиречье. Трилогия (СИ) - Григорьева Юлия - Страница 166

— Это здесь всех целуют? Так я тоже не прочь.

— Не завидуй, — хмыкнул Гурди и вышел из комнаты.

— А меня поцелуешь? — снова спросил витязь, приблизившись к девушке.

Она улыбнулась и поцеловала его в щеку. Радмир тут же поймал ее губы, заключая в объятья.

— Не надо, родименький, — девушка попробовала вывернуться.

— Люблю я тебя, — сказал он, не разжимая рук.

— Ох, Радушко…

— Все готовы, — раздался за их спинами голос Руалара, и Белава поспешно отошла от витязя.

Он повернул голову туда, где лежал вестник от другого Радмира, но грамоты там уже не было. Витязь глубоко вдохнул и мотнул головой, отгоняя ненужные сейчас думы. Все потом. А теперь дело. Он вышел вслед за Белавой и Руаларом, который с интересом рассматривал наряд чародейки.

— Настоящая Анариэль, — улыбнулся Повелитель и пропустил вперед смущенную девушку.

Глава 33

Древний альв, чародейка, человек и гном спустились вниз, где их уже ждали четыре названных Повелителем альва. Ниахар и Тиамар приветливо улыбнулись, двое других окинули внимательным взглядом Белаву и вопросительно посмотрели на своих спутников.

— Нуавель и Халиат, — представил их Руалар.

Альвы степенно поклонились. Белава с любопытством оглядела новых знакомых. Нуавель был зеленоглазым и светловолосом, а Халиат имел ярко-рыжие, как огонь волосы, чем напомнил ей младшую сестру Огневу. Девушка улыбнулась им, отвешивая поклон.

— Здравы будьте, пресветлые альвы, — сказала она.

— Гном тоже с нами? — спросил Нуавель.

— А ты имеешь что-то против, ушастый? — воинственно вопросил Гурди.

Нуавель и Халиат возмущенно переглянулись, но Руалар только негромко рассмеялся, да и и Тиамар с Ниахаром спрятали улыбки. Уж они-то уже успели привыкнуть к маленькому грубияну. Повелитель первым покинул свои чертоги, показав всех следовать за ним.

— Куда мы? — спросила Белава. — Переход и тут открыть можно.

— Можно, — согласился древний альв, — но мы выйдем из города. Там простора больше.

Они прошли город, сопровождаемые любопытными взглядами. Белава старалась не смотреть по сторонам. Альвы хоть и не были уже так враждебны, но все-таки во взглядах сквозила напряженность. Гурди, пожалуй, имел самый независимый вид. Он насвистывал себе под нос и нес свою кирку с таким видом, будто это было самое великое оружие. Девушка посмотрела на него и улыбнулась. Она-то прекрасно понимала, что гном так защищается от неприязненных взглядов. Руалар успел рассказать ей про ту нелюбовь, которую маленький народ питал к пресветлым, считая их заносчивыми гордецами. Альвы в свою очередь считали гномов хвастунами и пьяницами, за любовь последних к хмельному пенному элю. Чародейка подумала, может и ей запеть что-нибудь, но потом еще подумала и решила воздержаться, представив лица пресветлых, если она затянет любимые отцовские частушки. Следом девушка вспомнила отца и пригорюнилась.

— О чем загрустила, голубушка? — спросил ее Радмир, шедший рядом.

— Батюшку вспомнила, — призналась она. — Он у меня знатный кузнец, такое оружие из загорской стали кует.

— Из какой? — поднял голову гном.

— Из альвийской. Мы землю альвов Загорьем называем. Батюшка с темными дела ведет. А мне такой меч выковал, все завидуют, — похвасталась чародейка.

— Я видел этот меч, — повернулся к ним Руалар. — Хорош. Много премудростей твой батюшка в него вложил.

— Разве кто-то может с армазаиром справиться кроме темных и нас? — Халиат с любопытством посмотрел на Белаву.

— А вот и может, — гордо ответила она. — Про стой кузнец может! Он когда-то спор у темного выиграл, тот ему секрет и открыл.

— Темные не берегут свои секреты, — неодобрительно отозвался Нуавель. — Этим мы и отличаемся.

— Может и нам стоит быть посговорчивей, — усмехнулся Ниахар. — В их мире уважения к древним побольше будет.

Нуавель не ответил, остальные тоже промолчали, погруженные в свои мысли. Отряд миновал город и остановился, оказавшись на открытом пространстве. Руалар взглянул на Белаву и кивнул. Она подошла к нему, взяв протянутую руку.

— Ты готова, Поглощающая Силу? — спросил Повелитель.

— Да, — выдохнула она.

Их руки взметнулись вверх, и пространство расколола молния. Молния стала шириться, превращая воздух в искрящийся проход. Чародейка зачаровано смотрела на сотворенный совместными усилиями с альвом портал.

— Ой, лишеньки, — выдохнула она. — Красиво-то как.

— Красиво, — улыбнулся Руалар и кивнул остальным, так же с восхищением взирающими на невиданный переход. — Что стоите? Проходите, мы вечно удерживать проход не сможем.

Первые прошли альвы, следом двинулся гном, Радмир остановился, ожидая, когда Белава шагнет в сверкающий разрыв пространства.

— Проходи, чего ты ждешь? — спросила чародейка.

— А вы? — вместо ответа спросил витязь.

— А мы следом, — произнес Руалар. — Поспеши.

Мужчина молча кивнул и шагнул в проход. Чародейка и альв переглянулись и дружно шагнули вслед за витязем. Неожиданно послышались быстрые шаги и в затухающий проход вбежала голубоглазая альвийка.

— Саэфель! — возмущенно воскликнул Повелитель.

— Я с вами, — ответила она и бросила взгляд на витязя.

— Ты ослушалась меня, — древний альв гневно сверкнул на дочь васильковыми глазами.

— Я не отягащу переход, ты знаешь, отец. Я просто хочу помочь, — Саэфель посмотрела на Руалара и тот лишь вздохнул.

Иногда тяжело быть Видящем, подумал древний альв, потому что он прекрасно видел все тайные помыслы своей дочери, и сейчас его это совсем не радовало. Но деваться уже было некуда, и альвийка присоединилась к отряду, заняв место рядом с витязем, отделив его от Белавы. Чародейка не обратила на это внимание, она оглядывалась, рассматривая, где они оказались. Земля действительно была сухая и растрескавшаяся, солнце палило нещадно, хоть вроде уже и был вечер. Воздух плавился и казалось, что невидимый огонь пылает вокруг них. Девушка утерла пот, даже альвийский костюм не спасал от жары.

— Действительно, проклятая земля, — сказала она негромко, и звук ее голоса разлился вокруг подобно грому.

— Не верь всему, что здесь увидишь или услышишь, — шепнул Руалар. — Эта земля изматывает и убивает.

— Почему здесь солнце так высоко? — спросила Белава так же шепотом.

— Здесь не бывает ночи, не бывает зимы, не бывает дождей, не бывает ветра. Эта земля сотворена демоном. Когда-нибудь мы снимем заклятье. И тогда здесь снова будет прекрасное озеро и древний лес. — ответил ей Повелитель.

— Значит, Вогард тут хозяйничает?

— Он хозяйничает везде, — недовольно произнес Тиамар. — А здесь он развлекался.

— Мы ведь искали здесь юных альвов, — признался Ниахар, — но никого не нашли.

— Они скрыты, — ответил Руалар. — Я их не вижу, но, надеюсь, Анариэль увидит.

На чародейку посмотрели с некоторым сомнением, она отмахнулась и села на землю, неожиданно ощутив под собой мягкость травы. Она провела по пыльной земле руками и ощущение, что сидит на траве исчезло. Девушка прикрыла глаза, пытаясь слиться с землей, но привычного отклика не почувствовала. Тогда она прикрыла глаза, а когда открыла, то пространство предстало ей в виде огромной полусферы, внутри которой находилась она сама и ее спутники. В полусфере сияло опаляющее солнце и земля казалась мертвой. А за призрачными стенками купола виднелся лес, чуть в стороне поблескивало озеро. Все это было здесь и сейчас, вот только сфера мешала увидеть. Белава еще немного изменила зрение, и внутреннее пространство распалось несколькими пластами. Она подняла руки и протянулась к верхнему пласту, изучая его строение, затем следующий и, наконец, взялась за тот, на котором находились они. Девушка с интересом смотрела на потоки силы, проходящие сквозь пласты. Сила была такой знакомой, почти родной. Чародейка призвала эти потоки, впитывая их, привыкая к обновленному восприятию. Затем выдохнула и некоторое время сидела, тяжело дыша, а когда распрямила плечи и встала, она увидела тех, ради кого сюда прибыл их маленький отряд. Она уверенно пошла вперед.