Возвращение домой.Том 1 - Пилчер (Пильчер) Розамунд - Страница 63

— Я был потрясен, когда узнал. Пошел в четверг вечером в паб, и Тед Барни сказал мне. Я просто поверить не мог, этот придурок Джимми Джелкс…

— Мистер Уиллис, я так и не навестила вас во время каникул и очень переживала. Я собиралась… но все как-то… не получалось. Вы не обиделись?

— Нет, я рассудил, что у тебя и так полно дел, чтобы еще тащиться в такую даль.

— В следующий раз, когда буду в Пенмарроне, обязательно приду, обещаю. Нужно столько всего рассказать вам.

— Как поживают твоя мама и Джесс?

— Насколько я знаю, все хорошо.

— Кто теперь будет заботиться о тебе?

— Думаю, я перейду на попечение тети Бидди из Плимута. Все будет хорошо.

— Тяжелое на тебя обрушилось несчастье, но такая уж судьба. Старуха смерть не щадит никого, и мы ничего не можем с этим поделать, верно?

—Да-да, ничего… Мистер Уиллис, мне пора, меня ждут. Так рада была повидаться с вами.

Они все еще держались за руки. Она взглянула на него — глаза его вдруг наполнились слезами. Тогда она потянулась к нему и поцеловала в гладкую щеку, пахнувшую табаком и туалетным мылом «Спасательный круг».

— До свидания, мистер Уиллис.

— До свидания, радость моя.

Грустно было теперь вспоминать об этом, ведь не исключено, что ей никогда больше не бывать в Пенмарроне и встреча с мистером Уиллисом на похоронах была последней. И Джудит вспоминала, как много счастливых часов она тайком провела в его компании. Ясные, погожие деньки, когда он сидел, привалившись спиной к подгнившему борту своей лодки, курил трубку, и, ожидая времени прилива, когда угольные барки смогут перевалить через отмель, они болтали о всякой всячине. А в дождливые, холодные зимние дни было даже лучше: они закрывались в его тесной хибарке и заваривали чай на старой, пузатой плите…

Некогда, однако, предаваться воспоминаниям — надо заканчивать письмо.

Минуту-другую Джудит раздумывала, стоит ли упомянуть о присутствии мистера Уиллиса на похоронах.Сомнительная репутация «миссис Уиллис» всегда заставляла Джудит скрывать от матери свою дружбу с ним. В конце концов Джудит решилась: ладно, будь что будет! В нынешних обстоятельствах личная жизнь мистера Уиллиса уже не имела значения. Он был ее другом и останется им всегда. А если мама и вычитает между строк что-то нехорошее, ответ от нее придет не раньше чем через шесть недель, и к тому времени в мире может произойти такое, что…

Да ей и на самом деле хотелось написать о мистере Уиллисе.

«Был также мистер Уиллис. Помнишь его? Перевозчик, работает на портовые власти. Он был в костюме с котелком и спрашивал о тебе с Джесс. Я подумала: как любезно было с его стороны прийти, он побрился и принарядился, чтобы отдать последний долг тете Луизе.

Завтра днем в школу приедет мистер Бейнс, он хочет поговорить со мной о «семейных делах». Я думаю, насчет школы и прочее, а вообще-то, толком не поняла, что он имел в виду ; Надеюсь, он не будетзабрасывать меня длинными словами, которых я не понимаю. И хорошо, если он сможет помочь Эдне и Хильде подыскать новое место.

Надеюсь, что у вас все благополучно и папа не слишком убивается о тете Луизе. Мисс Катто говорит, что ее смерть была мгновенной и она даже не успела понять, что происходит. И что она любила ездить на большой скорости. Но это, конечно, не очень большое утешение, ведь они с папой так давно не виделись и так любили друг друга.

Пожалуйста, не беспокойся обо мне. На каникулы нас распускают в пятницу, десятого апреля.

С любовью,

Джудит».

— А, Джудит…

Мистер Бейнс, по-видимому с разрешения мисс Катто, уже успел расположиться за ее столом, завалив его множеством бумаг и положив сюда же свой портфель. Он был высок ростом, рыжевато-коричневые волосы напоминали лохматую шерсть терьера, на носу громадные очки в роговой оправе. В своем твидовом костюме и клетчатой рубашке он казался олицетворением удачливого провинциального юриста. Контора, одним из совладельцев которой он являлся, существовала в Пензансе с давних пор, занимая престижный дом в стиле эпохи Регентства на улице Алвертон. Джудит знала этот дом — каждое воскресенье цепочка выстроившихся парами воспитанниц «Святой Урсулы» проходила мимо него по пути в церковь. Джудит было известно, что юристы фирмы являются семейными адвокатами Данбаров, и она никогда не упускала возможности полюбоваться изящными пропорциями небольшого здания и в очередной раз прочитать знакомые фамилии — «Трегартен, Оупи и Бейнс» — на отполированной до блеска медной дощечке сбоку от парадной двери. Тем не менее она ни разу не встречалась с мистером Бейнсом вплоть до дня похорон тети Луизы, когда он проявил такой такт и доброту — отвез их с мисс Катто на своей машине, угостил обедом в «Митре» и вообще сделал все возможное, чтобы облегчить тяготы и печали того дня. Благодаря этому у нее теперь было приятное чувство, что мистер Бейнс — добрый знакомый. Она не имела представления, о чем он хочет поговорить с ней, но знала, что ей, в любом случае, не придется иметь дело с чужим человеком.

— Как дела?

Услышав от нее, что все в порядке, он вышел из-за стола, выдвинул для нее стул и предложил сесть. Затем снова занял место мисс Катто и склонился над своими бумагами.

— Прежде всего, перед тем как начинать разговор о других вещах, я хочу сообщить, что ты можешь быть совершенно спокойна за Эдну и Хильду. Я присмотрел им место у моей старой клиентки, она живет возле Труро. Я организую сестрам встречу с ней. Думаю, что они останутся довольны этим предложением. Одинокая леди, примерно одних лет с покойной миссис Форрестер, и благоприятные условия для работы. — Он улыбнулся. У\ыбка заметно молодила его лицо, делая его даже по-своему привлекательным. — Так что о них можешь больше не волноваться.

— О, спасибо! — Джудит переполняло чувство благодарности. — Вы так добры! По-моему, это именно то, что им нужно, ведь они так хотят остаться вместе.

— Значит, с одним делом мы разобрались. Теперь вот что. Тебе известно, что я послал твоему отцу телеграмму и сообщил о случившемся с миссис Форрестер? Так вот, на днях я получил от него ответную телеграмму, он шлет тебе сердечный привет и обещает написать. Ты уже писала родителям?

— Да, и рассказала о похоронах.

— Умница! Какое печальное письмо пришлось тебе писать! — Он восстановил порядок на столе, чуть передвинув некоторые из лежащих там документов. Какое-то мгновение у него был слегка растерянный вид, словно у человека, не знающего, как начать.

— Так… Я запамятовал, напомни, сколько тебе лет — четырнадцать, пятнадцать?

Странно, что он об этом спрашивает.

— В июне будет пятнадцать.

— А, ну да. Моей старшей дочке еще только восемь. В следующем году она идет в «Святую Урсулу». Тебе повезло, что ты оказалась здесь. Ты получишь превосходное образование. Мы говорили о тебе с мисс Катто, она считает, что у тебя есть все данные для университета. Ты хотела бы учиться в университете? — спросил он с улыбкой.

— Я еще не думала об этом. Боюсь только, что это ужасно дорого стоит.

— Да… Понятно…

Повисло молчание, но в тот момент, когда оно уже грозило стать неловким, мистер Бейнс наконец собрался с мыслями, подвинул к себе папку с бумагами, взял свою шариковую ручку и произнес:

— Ну, ладно. Перейдем к делу. Джудит сохраняла вежливое молчание.

— Перед смертью твоя тетя составила подробное, безукоризненное завещание. В нем предусмотрены щедрые ежегодные выплаты Эдне и Хильде. Все остальное, все свое движимое и недвижимое имущество, она завещала тебе.

Джудит по-прежнему слушала молча.

Мистер Бейнс снял очки. Без них его глаза сузились, как будто он внимательно всматривался в ее лицо. Она встретила его пристальный взгляд.

— Всю свою собственность… Джудит вновь обрела дар речи.

— Это, наверно, ужасно много…

— Это и есть много, — мягко заверил мистер Бейнс,