Феечка. Еще один разговор о любви (СИ) - Польская Мари У. - Страница 44

Он ушел, а я набросилась на вкуснющие пирожки с капустой и ягодой.

С тех пор таких пробуждений не было. Рей старался не приближаться ко мне, и его поведение вызывало во мне массу чувств от обиды до отчаяния. Мы ночевали еще в трех гостиницах на тракте, деля одну комнату на двоих, но мой «муж» ложился только дождавшись, когда я усну, и просыпался первым, сразу покидая комнату.

Едва мы пересекли границу, тракт превратился в размытую дождями полевую дорогу. Лес по ее сторонам становился гуще и непролазнее, лиственные деревья сменялись соснами и елями. Гостиниц здесь не было, а потому на ночь мы останавливались в лесу, находя или ручейки или маленькие речушки.

Во время одной из таких ночевок я вдруг услышала звуки борьбы, лязг мечей и крики о помощи. Не раздумывая, я кинулась в гущу кустарника. Рей, если и хотел меня остановить, то не успел, а потому побежал следом, на ходу вытаскивая меч.

Картина предстала перед нами нерадостная. Посреди поляны несколько мужиков, вооруженных мечами и топорами, нападали на богато одетого молодого парня, за спиной которого пряталась девушка. В ней не без радости, сменившейся ужасом, я узнала Элю — самую первую девушку, с которой я познакомилась здесь и которой подарила огонь-траву. Правда, одета она была в красивое платье, разительно отличающееся от того балахона служанки, которое было на ней в прошлый раз. Узнав ее, я внимательно присмотрелась и к сражающемуся парню. Ну конечно! Тот сынок графа, который так ненавидит эльфов! Везет же ему! Вновь на него и на его девушку напали! Только если в первый раз он был бессилен что-либо сделать или просто испугался, то теперь дрался как лев, предпочитая умереть, нежели снова наблюдать за насилием.

Рей в мгновение оценил ситуацию и кинулся на помощь молодому человеку. Увидев нежданное подкрепление, мужики подрастеряли весь свой пыл. Все-таки два воина намного сильнее нескольких бандитов. Они покружили по поляне, а потом осторожно, зло глядя на нас, отступили и скоро скрылись в лесной чаще.

— Не знаю, как вас благодарить! — я лихорадочно вспоминала, как же зовут этого парня, который уже вытер меч и, спрятав его, протягивал ладонь Рею… Станислав? Точно!

— Не за что! — эльф в личине мужика пожал ему руку. — Зови меня Реем!

— А меня — Станиславом! Это моя жена — Эля!

— Элечка! — воскликнула я и вылетела из укрытия.

— Алиса? — она не верила своим глазам.

— Алиса? — а вот Станислав напрягся, подозрительно зыркая то на меня, то на Рея.

— Она — моя жена! — гордо сказал Рей. А Элечке было все равно, она повисла у меня на шее, радостно обнимая и целуя в щеки.

— Как я рада тебя видеть, Алисочка! — щебетала она, не обращая внимания на удивленный взгляд своего мужа. — И спасибо тебе! — это уже шепотом, на ушко, дотрагиваясь до выреза в платье, куда уходила памятная мне веревочка от камня с огонь-травой.

Я понимающе кивнула.

— Пойдемте к костру, — пригласил Рей, — расскажете, как вы умудрились попасть в засаду к этим разбойникам.

Уже через полчаса мы все вчетвером сидели, уминая бутерброды с овощами и вареным мясом, и слушали их рассказ.

— После… скажем так, отъезда леди Алисы, — кивнул в мою сторону Станислав, — в замке многое изменилось. Мы его отремонтировали, заново покрасили стены… В общем, жизнь как-то начала налаживаться. И Эля… Она как солнышко, помогала даже тем, что просто находилась рядом. Это сложно объяснить. Будто в темноте, в которой я и жил, зажегся огонь! Я должен принести вам свои извинения, леди Алиса, — он внезапно посмотрел на меня, хотя до этого избегал встречать со мной взглядом. — Я был непростительно груб и… неправ.

— Я давно простила вас, Станислав, — я кивнула головой, мол, продолжайте рассказывать.

— Вы очень добры… — он посмотрел на Элю обожающим взглядом. — Так вот… А неделю назад Эля согласилась стать моей женой. Мы решили не затягивать со свадьбой, тем более что на пышное торжество все равно денег не было, а обвенчались в нашем Храме Богинь. А на следующий день Элю украли. Несмотря на то, что она теперь титулованная леди, моя красавица решила сама следить за закупкой продуктов и вместе с нашей поварихой отправилась на базар, который обычно проходит под стенами замка. Бандиты налетели так быстро, что никто и сообразить ничего не успел. Говорят, это банда Рыжего Крега. Она терроризирует весь юг страны, занимаясь похищениями людей. Вот они и схватили Элю… Я, когда узнал, ринулся следом. Два дня ехал, боясь не успеть… И вот сегодня догнал их. А там и вы подоспели.

— Они говорили, что до лагеря Рыжего этого…

— Крега, — поддержал жену Станислав.

— Да, именно… До лагеря еще день пути. Надеюсь, вы не в ту же сторону едете? А то, не дай Богини, попадете к ним. Они со своими жертвами не церемонятся. Если выкупа родственники дать не могут, то просто убивают. А девушек… — она покраснела и замолчала.

Станислав успокаивающе обнял жену:

— Ну, милая, все уже позади, не переживай. Скоро домой вернемся…

— Алиса, — Эля глянула на меня, — а ты когда успела выйти замуж.

Я растерялась и за меня ответил Рей:

— Мы познакомились на ярмарке в эльфийской столице. Там и обвенчались. А теперь вот домой ко мне едем.

Эля и Станислав как-то подозрительно посмотрели на Рея, но ничего не сказали. Эту ночь мы провели вместе, сначала просто болтая, а потом уснув вповалку у костра. Утром же Эля и Станислав направились на восток, а мы — на север.

По нашим предположениям, лагерь Рыжего Крега должен был остаться чуть западнее от нас, но, тем не менее, Рей был настороже. Весь день мы почти не разговаривали, он внимательно вслушивался в окружавший нас лес, но тревоги на его лице заметно не было. Вечером костра мы разводить не стали, а просто укутались в одеяла и заснули, прижавшись к нашим тюкам с двух сторон, и отправив лошадей погулять на лесной полянке.

Проснулась я резко, от того, что вдруг нечем стало дышать. Дурно пахнущая рука зажимала мне рот, а руки и ноги оказались связаны какими-то тряпками. Меня быстро несли вглубь леса. Я попыталась вырваться из крепкой хватки, но заработала лишь удар по голове и погрузилась во тьму.

Следующее пробуждение было непростым. Голова болела, затекших рук и ног я не чувствовала, а еще тошнило от запаха протухшей рыбы. Я открыла глаза и обнаружила, что болтаюсь поперек седла, на голову мне надет мешок, а мой рот заткнут тряпкой. Я болталась из стороны в сторону в такт движению лошади. Минут пять я пыталась бороться с тошнотой и отвращением, а потом снова потеряла сознание.

На сей раз я очнулась от холодной воды, лившейся прямо мне на лицо. Я машинально глотнула ее и почувствовала, как она падает в желудок, хоть немного смягчая саднившее горло.

— Проснулась? — меня грубо ударили по щекам. — Тащите ее в шатер. Крег приедет, сам разберется, что с нею делать дальше.

Меня схватили за локти и куда-то поволокли. Ни ног, ни рук я не чувствовала, а потому не могла даже встать, чтобы не биться коленками о землю. Все происходящее походило на бред, и я втайне надеялась, что вот-вот проснусь. Но реальность отзывалась не прекращающейся болью. В шатре мне вновь связали руки, на сей раз спереди, и привязали их к столбу, подпиравшему крышу. Так и оставили в покое.

Только сейчас я немного пришла в себя и сквозь раздирающую мою бедную голову боль начала мысленно звать Эоллу. Она на удивление ответила быстро, но картинки, которые она передавала мне, не обрадовали. Большой табун, связанные ноги, шатры в поле и снующие туда-сюда люди в самой разномастной одежде. Бандиты увели и лошадей. А это значит, что быстро мой эльф меня не найдет. В том, что он будет искать, я не сомневалась.

Мне жутко хотелось пить. Ради воды я сейчас отдала бы все на свете. На небольшом столике около лежанки прямо напротив меня стоял кувшин. И к нему было приковано все мое внимание. Я пошевелилась, пытаясь хотя бы размять ноги и попытаться встать. Их обожгло болью, от которой потемнело в глазах. Стиснув зубы, чтобы не разреветься, начала потихоньку шевелить пальцами. Получалось плохо, но я не отчаивалась. Уже минут через пять я встала и теперь задалась другой целью — перегрызть веревки на руках или перетереть ту, что держала меня на привязи у столба. Узлы были крепкими и большими и никак мне не поддавались.