Феечка. Еще один разговор о любви (СИ) - Польская Мари У. - Страница 1

Мари Польская

Феечка. Еще один разговор о любви

Часть первая

В той далекой стране, где каждое утро рождается Солнце, выходя из пены морской и оставляя за собой кровавые следы улетающих снов, где обретают смысл мечты и самые заветные желания, есть волшебная страна. Населяют ее крошечные феечки. Они настолько малы, что увидеть их доводится не каждому страннику, чудом попавшему в здешние места. Да и тех бывает очень мало. Алечка за всю свою недолгую пока жизнь знала лишь одного.

Тогда разразилась страшная гроза. Дождь стоял стеной, казалось, что Водопад Грез, в котором феечки совершали ежеутреннее омовение, вдруг вырос до вселенских размеров и не слушался ни призывов крошечных волшебниц, ни их указаний. И вот в тот самый момент, когда лепестки лилии, среди которых пряталась Алечка, готовы были сдаться и выдать свою обитательницу разгневавшейся стихии, феечка услышала громкое чихание, а потом ряд очень неприятных для слуха слов.

Смысла их девочка не уловила, но поняла, что взрослых лучше об этом не спрашивать. Она осторожно выглянула наружу, получив порцию окатившей ее с головы до ног воды, и задохнувшись от застоявшегося запаха грязи, немытого тела и пота. И еще чего-то неприятного и перегнившего, чем дыхнул на нее человек. А это был, несомненно, он! Страшное лицо его обрамляли свалявшиеся космы, а из впалых щек торчали толстые густые как мох волосы. Человек не увидел Алечку, огромной рукой в мозолях и корках грубо сбив цветок и пройдя дальше по волшебному лугу. Алечка выпала прямо на землю, не успев распахнуть крылышек, и больно ударилась головой. С тех пор она и представляла себе всех людей вот такими: грубыми, дурно пахнущими волосатыми животными.

Не случайно феечки рождались именно здесь, на самом краю земли. В редкие дни, когда в году случалось дополнительное солнце, сюда приходили Богини. Они всегда пели и водили хороводы, ступая меж домиков фей нежно и ласково, стараясь не примять ни единого цветочка. А уходя, они целовали ранние только появившиеся лепестки, вдыхая в них душу. Так появлялись феечки. «Это сложная работа, — думала Алечка, наблюдая однажды за праздником Богинь, — превращать свое дыхание в нечто живое и красивое». И чем дольше она так думала, тем сильнее хотела поскорее вырасти, чтобы оправдать вложенное в нее божественное благословение.

Работа у феечек была очень сложной и опасной. Они исполняли желания. Мечты людей, эльфов и гномов, населявших мир в той стороне, куда уходило солнце и где оно погибало, прилетали в виде легких мотыльков. Они были сияющими и разноцветными от счастья и почти прозрачными, пепельно-серыми от горя и безнадеги. Они были огромными и важными на полнеба или мелкими, незаметными даже для феечек. Они исчезали, как только находили одну из них и передавали свое желание. И оно очень часто было для волшебниц мучительным. Черные мечты обволакивали липкой тьмой, сковывали руки и ноги, спутывали крылышки. И тогда феечки плакали, а цветы мелко звенели от дрожи маленьких плеч. Освободиться из этого плена можно было, лишь исполнив желание. Но когда оно ужасало, феечка ничего не делала, просто сидела в липком коконе и ждала смерти того, кто породил такую черную мечту.

Алечка несколько лет набиралась опыта, черпала знаний о мире за волшебной страной и ждала первого задания. И больше всего она боялась не справиться с ним или попасть вот в такой липкий плен злого желания.

Вообще-то ее звали Алисиэль. По крайней мере, так окрестил ее Высший Совет, состоящий из старейших цветочных волшебниц. Но говорить свое настоящее имя было не принято, считалось, что, зная его, смертные смогут призвать феечку в свое личное пользование. А покидать родные поляны, где они могли резвиться в свое удовольствие, не хотелось никому. Поэтому и придумывали себе другие имена, зачастую, созвучные настоящим.

Все феечки на первый взгляд были одинаковыми. Они уже рождались взрослыми и не меняли своего внешнего вида до самой смерти, когда пришедшие в лишний восход солнца Богини считали их долг исполненным и отпускали души на волю. Это было чудесно: феечки становились кто ароматом дивного цветка, кто музыкой, ласкающей слух. Они еще были здесь, на поляне, а потом таяли и устремлялись вслед за Богинями. Но до того, как это случится, могли пройти тысячелетия служения миру.

— Любое желание, Алечка, достойно нашего внимания, — учила юную фею ее наставница Силь. — Даже самое темное. И прежде чем принимать решение и использовать свое волшебство, нужно разобраться в ситуации. А поможет тебе в этом зеркало Богинь. Оно будет подарено тебе в день твоего посвящения. Береги его, ибо не сможешь ты исполнять свое предназначение без него, запутаешься, ошибешься, принесешь много горя.

— Силь, а у тебя оно есть?

— Конечно, глупая. Я покажу тебе, как им пользоваться.

— Прямо сейчас?

— Да, прямо сейчас, — Силь улыбнулась, видя, как прекрасное лицо воспитанницы озарилось радостью и нетерпением.

Силь и Алечка вспорхнули на самый краешек лепестка нежного колокольчика. Он весело зазвенел, приветствуя волшебниц, замерших в ожидании.

— Смотри, летит! — первой увидела мотылька Алечка.

— Маленький и печально-серый, — грустно произнесла Силь. — Опять у кого-то беда.

Алечка украдкой вздохнула. В последнее время ее старшие подруги очень часто принимали именно такие мечты. Она внимательно следила за наставницей, повторяя все ее движения. Вот она вытянула руку и раскрыла ладонь, вот мотылек замер над ней и нерешительно опустился, в последний раз хлопнув крыльями. Едва они соприкоснулись, как осыпались серой пылью. Силь вдохнула ее, и на глазах феечки сверкнула слезинка.

— Эта мечта маленького мальчика. Он хочет кушать. Вот, смотри… — из потайного карманчика пышной короткой юбочки своего ярко синего платьица она вынула простое с виду зеркало. От других его отличала серебряная витая оправа и такая же ручка.

Алечка заглянула через плечо наставницы в его пустую, ничего пока не отражающую гладь. И вдруг она дрогнула и в зеркале появился человеческий мальчик. Был он худ и бледен. Его всклоченные волосы давно не знали расчески, тело покрывала рваная тряпка с вырезанной горловиной и перетянутая на талии веревкой. Мальчик из последних сил бежал по пыльной дороге вслед за мерно идущей белоснежно-прекрасной лошадью. На ней гордо восседал мужчина с длинными светлыми волосами и острыми ушками, торчащими из богатой шевелюры.

— Господин, — мальчик вдруг остановился и в мольбе сложил грязные руки перед собой. — Моя мать умирает, нам есть нечего, подайте хоть маленькую осьмушку…

— Прочь, грязная тварь! — мужчина не глядя стеганул мальчика длинным кнутом.

Самый конец его пришелся по худым голым коленкам. Ребенок ахнул и без чувств повалился в дорожную пыль, а гордый красавец эльф поскакал дальше.

Алечка и Силь, глядя на эту картину, горько плакали, колокольчик мелко и печально звенел.

— Силь, но как же так можно? — всхлипывала Алечка. — Почему они это допускают…

— Алечка, мир за нашей страной жесток и беспощаден, — наставница уже успокоилась и теперь терпеливо объясняла воспитаннице самые прописные истины. — Не случайно ведь там каждый день умирает солнце. И оно не выдерживает такой жестокости. А кроме того, там идет война. Вот, смотри.

Она вновь вытянула зеркало. На сей раз Алечка увидела огромное поле. С одной стороны его выстроились ровные ряды эльфов в алых плащах и с луками, готовыми выпустить море стрел. С другой ощерившись копьями и прикрывшись щитами, замер в ожидании сигнала серый зверь людской армии. Еще мгновение и воины кинулись навстречу друг другу.