Черный феникс. Африканское сафари - Кулик Сергей Федорович - Страница 121

Глава семьдесят пятая

Внешне мало что изменилось в Свазиленде после того, как в 1982 году Собхуза II «ушел в мир предков». Разве что вокруг Мбабане выросли десятка два новых предприятий, контролируемых южноафриканцами, а в Лобамбе отстроились новый королевский дворец и комплекс правительственных зданий, в оформлении которых кубизм причудливо сочетается с традиционным орнаментом свази. Однако внутриполитическая ситуация, с тех пор как подданные попрощались со своим монархом, меняется в обеих столицах с калейдоскопической быстротой.

Собхуза умер на 83-м году жизни. Он действительно оправдал один из своих многочисленных титулов — «старейшина старейшин», поскольку последние семь лет был самым старым гражданином своей страны, где средняя продолжительность жизни составляет 46 лет.

О том, что ингвеньяма «никогда больше не выпустит свои когти», а-ма-нгване узнали ранним августовским утром по струйке ядовито-желтого дыма, появившегося над королевским краалем. По традиции свази, такой дым извещает о кончине хозяина дома, над которым он поднимается. Затем из ворот нхламбело вышли воины; на клинках их копий были повязаны желтые траурные ленты. «Вода вылилась!» — трижды возвестили они собравшимся вокруг крааля. Эта фраза, имеющая свое объяснение в легендах свази, означает: «Король умер!»

Затем о кончине монарха объявило свазилендское радио. Мужчины-свази еще надевали себе на головы желтые ленты, когда на экране телевизоров появились кадры с королем, лихо отплясывавшим танец буйвола на последней инчвале. Пять дней страна готовилась к похоронам, люди оплакивали ингвеньяму. И все эти пять дней, как бы подбадривая своих подданных, плясал на экране король.

Все ждали полной луны: только при ее свете, согласно традиции а-ма-нгване, «король может навсегда проститься со своими воинами». Когда она наконец взошла, пляски стихли и в тишине, нарушаемой лишь перезвоном колокольчиков на шеях жертвенных быков, старейшины племен и главы родов склонили головы перед ингвеньямой. Затем члены 3,5-тысячной королевской семьи и духовники отправились в горы Мдзимбза. Там, в пещере Дидимба, местоположение которой держится в глубокой тайне, находится усыпальница свазилендских монархов.

Двенадцать одетых в желтые набедренные повязки беманти возглавляли эту ночную процессию, окропляя «водой Делагоа» последний путь короля. Достигнув одной из долин в горах Мдзимбза, где, согласно преданиям свази, «обитают духи Дламини», ритуальные лидеры а-ма-нгване облачили набальзамированное тело Собхузы II в коровьи шкуры. Затем его усадили на трон, в левую руку вложили щит, в правую — копье, а в волосы — три желтых пера.

Тогда к усопшему приблизились принцы крови. Они подняли трон и на вытянутых руках понесли его через посеребренные призрачным лунным светом горы в Дидимба. Там Собхузу поместили на вечный покой. Вход в пещеру замуровали, а снаружи привязали черного быка.

Солнце уже начало освещать вершины гор, когда траурная процессия повернула в Лобамбу. В небольшом гроте напротив погребальной пещеры остался всего лишь один беманти. Греясь у костра, человек несколько суток ждал, когда черный бык умрет от голода и жажды.

А дождавшись, он опрометью спустился с гор, вбежал в королевский крааль и, упав на колени у хижины индловукати, сорвал со своей головы желтую повязку. Для всей страны это означало: «Официальный траур закончен!»

Однако взоры всей страны были прикованы к хижине индловукати еще задолго до того, как судороги свели тело черного быка в горах Мдзимбза. Согласно традиции, после смерти «непобедимого льва» верховная власть над а-ма-нгване переходит к «госпоже слонихе». Еще когда, прощаясь со своим венценосным мужем, королева-мать всенародно появилась у стеклянного куба в короне из красных перьев на голове и с красной палкой в руках, всем в Свазиленде стало ясно: высшие символы власти находятся в руках королевы Дзеливе — старшей вдовы Собхузы II.

Поговаривали, будто корона была передана ей самим королем, причем не только потому, что 57-летняя Дзеливе сумела остаться фавориткой у своего мужа, имевшего и 20-летних жен, но и потому, что она была бездетна. А это в специфических условиях выбора престолонаследника в Лобамбе имело в глазах Собхузы и всех подданных особое значение. Отсутствие собственных детей давало ей возможность быть объективной, не потворствовать интересам каких-либо конкретных членов королевской семьи, но зато свято придерживаться традиции.

Что это за традиции? Ответить на этот вопрос мне тогда толком никто не мог, поскольку они за давностью лет были забыты и утрачены всеми, кроме их главной хранительницы — индловукати. Да и чему тут удивляться, если прошло более 80 лет после того, как эта традиция соблюдалась в последний раз? Тогда, в 1899 году, наследником стал сам Собхуза II, назначенный на престол в день своего рождения и вплоть до достижения совершеннолетия отстраненный от государственных дел регентшей. С тех пор, естественно, не осталось никого, кто бы во всех деталях знал процедуру избрания нового короля.

Дело осложнялось и тем, что судачить о предполагаемой кандидатуре наследника престола при жизни Собхузы считалось преступлением. И после его смерти разговоры о том, кто может получить престол, противоречили местному этикету. Было только известно, что, дабы предотвратить попытки честолюбивых принцев захватить престол, ликоко еще в прошлом веке узаконил традицию: никто из сыновей короля не может быть по рождению наследником короны. Так выяснилась одна из интереснейших деталей престолонаследия, дожившая до наших дней в Свазиленде — этой последней неотрадиционной монархии Черного континента: король, а вернее, верховный вождь избирается из числа наследных принцев. Так еще в прошлом веке повсеместно выдвигали на трон африканских властителей.

Но кого избирать? Собхуза оставил после себя по меньшей мере 400 сыновей в возрасте от 11 до 53 лет. Часть принцев заседали в ликоко, были министрами и послами, другие занимались активной предпринимательской деятельностью, третьи предпочитали традиционный образ жизни в краалях посреди зеленого вельда.

Королева Дзеливе как главная хранительница обычного права свази сразу же резко сократила число претендентов на престол. Ссылаясь на традицию, она заявила, что по законам а-ма-нгване наследник должен быть единственным сыном одной из вдов Собхузы, так как это исключает возможность борьбы за трон между единоутробными братьями. Кроме того, претендентом на корону может быть только мальчик, не достигший еще возраста, допускающего вступление в брак. Именно благодаря этим критериям выбор будущего короля был ограничен только шестью сыновьями Собхузы.

Свои решения Дзеливе принимала в Лозита, отказываясь использовать модернистские покои дворца в Лобамбе.

Кое-кто тоже видел в этом верность традиции, другие объясняли мне поведение королевы чисто прагматическими причинами, скорее всего идущими с этими традициями вразрез. Оказывается, по обычаям свази, дом короля после его смерти должен быть полностью сожжен. А новый дворец в Лобамбе, построенный с большим размахом, сровнять с землей было не так просто, как крытую буйволовыми шкурами королевскую хижину прошлых лет. «Для того чтобы не привлекать внимания ко дворцу, индловукати и не показывается в Лобамбе», — объяснили мне.

Однако в тот февральский вечер 1983 года, когда на небе должна была появиться ровно половина луны, индловукати в сопровождении пышной свиты прибыла в «мужскую столицу» королевства. Сначала она председательствовала в ликоко, а затем проследовала в «небесную долину» — Эзульвини, где в королевском краале ее уже поджидали 400 племенных вождей, съехавшихся со всей страны.