Тайна моего дома (ч. 1, 2) (СИ) - Белая Елена Михайловна - Страница 173

На воротах меня даже расспрашивать о цели похода не стали, внимательно оглядев с ног до головы и чему-то поухмылявшись, полусонные вояки, выпустили меня из этих опостылевших стен.

Ворота закрылись за мной со скрежетом, оставляя в одиночестве на широкой дороге, вымощенной желтоватыми плитами и уходящей вниз, в город. Марава уже сдалась во власть ночной дремоты, огни в домах были погашены, стояла почти полная тишина, изредка прерываемая только трелью какой-то сумеречной птахи. Тускло освещенная главная дорога была пуста, видимо, Изя еще не успел добраться до дворца, и мне теперь оставалось только ждать верного коняшку, стараясь не думать о Райне и том, что завтра меня хватятся, ближе к полудню и, скорее всего, поднимется настоящий переполох.

Было ужасно жаль, что не получится попрощаться с друзьями — Артом, Китти, Лунем, Гидеоном и Ганимедом — которые стали дороги мне за довольно короткий срок. Честные, открытые, надежные, такие разные, но близкие по духу, я буду по вам очень скучать. Конечно, они не успели так глубоко пробраться под кожу, как это сделали Изя и Марко, но имели все шансы это сделать, если бы я им дала немного больше времени.

Мысль о Марко тяжестью легла на мое сердце, он просил не уходить без него, словно всеми своими миллилитрами драконьей крови предвидя беду. Прости, малыш, кажется, придется нарушить обещание, но я обязательно вернусь, уверена в этом. Вернусь, потому что уже не смогу жить без Лидии, такой пугающей и прекрасной одновременно, потому что захочу увидеть всех вас еще не единожды, потому что хочу, чтобы однажды васильковые глаза широко распахнуться от удивления, увидев мой мир. И вновь эти слезы! Из каких тайных глубин моего организма выдавливаются они, эти маленькие капельки сердца?

Вдалеке послышался гулкий цокот копыт, и на тускло освещенной дороге показался Изя, собственной персоной. Как же я тебе рада, мой мальчик! Острый нос тихонько ткнулся в мою ладонь, а массивное тело придвинулось поближе, позволяя прильнуть к прохладному чешуйчатому боку. Прижалась, крепко обняла (с ним ведь тоже придется расстаться, слишком уж непривычно и дико он будет смотреться в нашем мегаполисе). Добрая душа, уловив ход моих мыслей, сразу же отозвалась множеством суетливых картинок: непонимание, неверие, отрицание, сочувствие, поддержка. Да, к сожалению, так бывает в мире людей, они расстаются, всему свое время. Это вы, арсы, выбираете раз и навсегда, а мы люди находимся в вечном поиске, идем по жизни спотыкаясь, падая, ударяясь. «Что не убивает, то делает нас сильнее», так вроде говорят? Но пока что, я медленно умирала…

Несмотря на то, что бестолковое платье безумно мешало крепко держаться в седле, спустя десятки пустынных улиц, парочку запоздавших прохожих и одного горланящего песни пьяницу, я уже была в объятиях Розы. Не стала ей все рассказывать, просто объяснила, что мне нужно возвращаться домой и попросила у нее помощи. Но, кажется, великанша поняла все без лишних слов, иначе, откуда столько сострадания в ее глазах и эти мощные ласковые руки вокруг меня?

Ситуация складывалась не простая, ехать обратно придется через всю Лидию, одной, среди совершенно посторонних людей. Если бы Марко или Вал были в Мараве, то можно было смело напрашиваться к ним в обоз, а вот так, неизвестно с кем, банально страшно, но выбора нет. Надо бежать как можно скорее. Чего я боюсь? Что он догонит меня и найдет рычаги, на которые сможет надавить и заставить остаться, а я вернусь, и буду день за днем задыхаться рядом с ним, с ней? Или на самом деле боюсь, что Райн даже не попытается меня остановить, воспримет все, как должное и вздохнет с облегчением? Признайся, Ася, может быть ты задумала весь этот побег в надежде, что он поймет, как много ты для него значишь, раскается и постарается вернуть тебя? Вот так, по-детски, наивно полагаешь, что сказка еще не закончилась, просто в ней возникли временные трудности?

Пока голова разрывалась от мыслей, меня чуть ли не принудительно напоили чаем с булочками. Роза, интуитивно поняв мою ситуацию, не лезла с расспросами и не отговаривала от поездки, а только пообещала, что завтра еще засветло разведает обстановку, возможно, что утром какой-нибудь торговый караван отправится на север, поближе к моей Грани, а, значит, мне с ним будет по пути.

Надо было собирать вещи и готовиться ко сну, поэтому пожелала спокойной ночи добросердечной женщине и уже начала подниматься по ступенькам вверх, когда почувствовала легкой завихрение воздуха. Пространство посреди обеденного зала исказилось, хлопнуло, и из неведомой дали к нам в гостиницу шагнул ни кто иной, как Лесс, эльф великий и всемогущий. Шагнуло решение моей проблемы!

Наверно остроухий товарищ испытал настоящий шок, когда на него обрушилось все мои обрадованные килограммы.

— Как же я рада тебя видеть!

— Эм… я тоже очень раз тебя видеть, Ася, — слегка оторопело пропел эльф, аккуратно прикасаясь ко мне, висящей на его шее. Пах он чудесными травами и свежестью ветра, отрываться от этих ароматов совершенно не хотелось. — А где, собственно, все?

— Все во дворце, вчера же был бал, — поведала я, нехотя отстраняясь от мужчины. — А тебя почему не было на нем?

— Государственные дела, да и принцев надо было вернуть под родную крышу. Отец надумал их женить, чтобы те, наконец, остепенились и перестали его нервировать всякими переворотами.

— Лесс, мне необходима твоя помощь, — я заглянула в травянистые глаза, пытаясь без слов передать то, что творится в моей душе. Кому, как не этому мужчине, столько лет носящему в своем сердце запретное чувство, понять то, что я сейчас чувствую?

— Ох, Асяяя… — чуть устало выдохнул он, — Ты не права, ужасно не права! Это невозможно. Он любит тебя, это видят все, кто находится рядом с вами.

Что я могла ему сказать в ответ? Дотянулась руками до его лица и заставила опустить голову так, что мы соприкоснулись лбами.

— Смотри! — прикрыв веки, вновь нырнула в пучину своей бесконечной боли, заново переживая увиденное через приоткрытую дверь комнаты. Казалось, что в моей памяти запечатлелся каждый нюанс, каждая деталь произошедшего, а, может быть, все выкристаллизовалось благодаря воздействию силы Лесса, которая едва уловимыми касаниями проходилась по мне, заглядывая во все закоулки памяти. Спросите, как смогла решиться на такое откровение? Просто была уверена, что эльф не позволит себе взять больше, чем я предлагала. Ему и этого будет с лихвой.

— Ммм…, — простонал мужчина, сжимая себе виски узкими ладонями. Хорошо его пробрало, вон и губа закушена в кровь. Не успела устыдиться собственного поступка, как эльф заговорил торопливо, — Не знаю, как можно трактовать то, что ты увидела, но уверен, что объяснение, наверняка найдется. Ася, поговори с ним, просто поговори, а потом уже решайся на отчаянный шаг. Чувствую, что ты готова вернуться в свой мир, сбежать туда. Не поступай так с ним и с вами, пожалуйста.

— Ты не понимаешь! Я просто не могу его видеть! Меня разрывает на части, когда она прикасается к нему, когда он смотрит на нее! Мне словно нож опять загнали внутрь, только на этот раз уже прямо в сердце. Вонзили и проворачивают, проворачивают! Ты это можешь понять? — заорала я, вцепившись в одежду эльфа, дергая ее в бессильной ярости. Тот молчал, пережидая мой взрыв.

— Я слишком хорошо тебя понимаю, девочка, — произнес он с горечью, почти нежно вытаскивая ткань из моих скрюченных пальцев. — И хотя, это будет жестоко, но покажу кое-что, чтобы ты больше никогда не смела говорить, что я не понимаю это.

Он поднял за подбородок мое лицо, долго всматривался в каждую его черточку. Мне даже успело показаться, что в эти томительные секунды он ненавидел меня и любил одновременно. Причем, ненавидел и любил за одно и тоже, за то, что у меня была возможность быть с Райном, а у него не было не единого шанса. А потом он меня поцеловал… прохладой мягких губ с ароматом мяты. От растерянности слегка приоткрываю рот и чувствую, как внутрь проскальзывает дыхание Лесса, теплым дуновением воспоминания.