Уравнение с несколькими неизвестными (СИ) - Шульгина Анна - Страница 92

- Не расстраивайтесь, время пролетит быстро, вы и не заметите, как будет пора возвращаться.

Девушка тихонько вздрогнула, поняв, что за печальными мыслями пропустила, как в соседнем кресле устроилась миловидная женщина лет сорока пяти. Она улыбнулась грустной девушке и добавила:

- Я видела, как вы прощались с молодым человеком. Поверьте, ему сейчас намного хуже – отпускать всегда труднее, чем уходить.

- Может быть… - только вот ей не хотелось, чтобы Сереже было плохо. Чтобы скучал, тосковал, может, даже злился из-за её отъезда. Но вот боли она ему не желала. Хватит того, что у неё самой внутри все горит и с каждой минутой этот горький, нехороший жар становится сильнее.

- Возьмите, - женщина протянула ей упаковку бумажных салфеток. – Вы не против со мной немного поболтать? – она немного понизила голос. – Я летать боюсь, вот и стараюсь отвлечься…

Хотя Инке было совершенно не до вежливой беседы, но это признание как-то обезоруживало и заставляло посочувствовать соседке. Сама Власова уже давно не обращала внимания на перелеты – в старших классах родители на каникулах брали её с собой, надеясь, что полевые работы пробудят в дочери любовь к археологии, но свою попутчицу все же понимала, ибо поначалу сжималась и жмурилась, представляя, что самолет может упасть в любой момент. Может, и сама немного отвлечется…

- Не против. Меня зовут Инна.

- А меня – Анна. Почти тезки, - женщина протянула ей небольшую, но довольно сильную, судя по пожатию, ладошку. – Вы по работе летите?

- Нет, учеба. А вы?

Салон уже почти полностью заполнился, бортпроводницы помогали устроить на местах ручной багаж, и вся эта атмосфера понемногу успокаивала, настраивая на полет.

- По той самой, которая работа… - Анна попыталась удобнее откинуться в кресле, но напряженность была все же заметна невооруженным взглядом.

- Простите, а мы с вами раньше никогда не встречались? – когда женщина повернулась в профиль, Инка почему-то испытала ощущение дежа-вю. Хотя девушка точно знала, что они не знакомы, но это странное чувство не отпускало.

- Ну, если вы живете в этом городе, могли просто столкнуться где-то на улице, - Анна как-то слишком уж торопливо повернулась, и смущающее Инну смутное узнавание пропало.

- Да, наверное, вы правы.

Загоревшаяся надпись, предлагающая пристегнуть ремни, заставила немного отвлечься от беседы и заняться более насущными вопросами. Когда самолет плавно покатился по взлетно-посадочной полосе, постепенно набирая скорость, Инна краем глаза зацепила побледневшее лицо Анны. Не успев себя одернуть, девушка взяла её за руку, успокаивающе сжав кисть прохладными пальцами. Женщина тут же вцепилась в предложенное, стараясь не давить изо всех сил, хотя получалось не очень хорошо.

Отпустила она, только когда полет почти полностью перестал ощущаться, а притихшие во время взлета пассажиры снова негромко заговорили.

- Вы простите, пожалуйста, сколько летаю, а ничего не могу с собой поделать, - Анна виновато посмотрела на покрасневшую от такого интенсивного сжимания ладошку Инки. – Ведь говорил же муж, чтобы ехала поездом, не послушалась…

- Наверное, это долго? До Мюнхена на поезде?

- Вообще-то мне нужно в Прагу, но прямой рейс только завтра, так что буду лететь с пересадкой.

- Понятно.

Власовой показалось немного странным, что её соседка выбрала такой непонятный маршрут. Намного проще и быстрее было бы добраться до Москвы, а оттуда уже без помех вылететь в Чехию. Но у каждого свои особенности…

Во время перелета они немного поговорили о родном городе и состоянии местных ВУЗов, но за полчаса до посадки в аэропорту имени Франца-Йозефа Штрауса начались некоторые проблемы – из-за внезапно начавшейся метели воздушная гавань принимала по фактической погоде, потому пришлось почти час кружить над городом, но разрешение так и не было получено. Командир экипажа принял решение уходить на запасной аэродром, что добавило к, и без того затянувшемуся полету, ещё больше полутора часов, пока, наконец, не приземлились в Штутгарте. Пока несчастных путешественников располагали в зале прилета, готовя ещё один перелет, уже местными линиями, сдружившиеся за это время дамы решили дать о себе знать близким.

- Все, теперь буду всегда слушаться мужа, - Анна уже давно не просто побледнела, а немного посерела, и теперь трясущимися руками держала пластиковый стаканчик с кофе. – Он меня теперь ещё долго никуда не отпустит, - женщина набрала воздуха в грудь и вынула свой мобильник.

Инна тоже решила отзвонить Сереже, как только получили разрешение на использование средств связи.

- А вы давно женаты? – пока в трубке раздавались длинные гудки, девушка решила хоть как-то отвлечься от нехорошего предчувствия.

- Тридцать два года, - похоже, что у Анны возникли те же самые проблемы – никто не брал телефон. Власова вытаращенными глазами посмотрела на женщину. – Мне пятьдесят три.

- Никогда бы не подумала…

Дальше продолжить она не успела, потому что Тихонов, наконец, ответил.

- Сереж, это я. Извини, не могла позвонить раньше, у нас тут возникли небольшие проблемы, только что сели, - она замолчала, не совсем понимая, почему он молчит. – Сереж?

- С тобой все хорошо? – голос у него был странным и осипшим, как будто он долго и громко кричал.

- Да, я же говорю…

- Кто-нибудь из пассажиров пострадал?

- Нет, - Инка не совсем понимала, что это значит, но почувствовала обиду. Странные вопросы…

- Хорошо. А теперь слушай меня внимательно. Пока ты там, я буду прилетать к тебе и ничего не потребую. Но как только ты хоть на минуту вернешься домой, уже никуда не уедешь.

- Ты о чем, Сереж? – у неё немного отлегло от сердца. Но встретившись взглядами с Анной, нахмурилась. Почему-то женщина казалась сконфуженной и виноватой. Похоже, что муж отчитывал её, судя по тому, как она страдальчески морщилась, слушая собеседника.

- Полчаса назад в Мюнхене самолет совершил жесткую аварийную посадку. Номер рейса почему-то не называют. Есть несколько пострадавших, - он говорил так спокойно, что у неё самой горло перехватило. На одну секунду Инна представила себя на его месте. Да она бы уже поседела и взломала все, что можно и нельзя, лишь бы узнать, что с любимым человеком все хорошо. – А ни от одной из вас нет новостей. Скажи, что в такой ситуации можно подумать?

- Успокойся, все хорошо, - девушка отошла подальше, не зная, что ещё сказать и прекрасно понимая, что он все равно не сможет вот так быстро прийти в себя. – А что ты имел в виду, когда сказал – ни одна из вас?

- С тобой на борту летела моя мать. Зная её, скорее всего – на соседнем кресле.

- А её зовут, случайно, не Анна? – Власова повернулась к соседке, которая стояла в паре десятке метров и смотрела на девушку как-то слишком уж напряженно.

- Значит, на соседнем. Персик, ты на неё не обижайся, она просто очень любопытная, - теперь, когда первая тревога немного улеглась, Сергей пытался как-то выразить нежность и смягчить для Инны знакомство с его родительницей.

- Это выглядит не очень красиво, - она попыталась высказать все, что чувствовала, и не особо получилось. Было неприятно и немного обидно. Хотя, беседовать с его мамой ей и понравилось, но только пока она не знала, в каком родстве они состоят.

- Я знаю. Ин, у тебя точно все хорошо? Хочешь, я уже к ночи буду у тебя?

- Нет! – метель ещё не улеглась, и Инна даже думать не хотела о том кошмаре, который представляет собой сейчас взлетная полоса. – Не нужно… Думаю, мы и без тебя разберемся.

- Хорошо. Не переживай, ей сейчас папа нотации читает, так что вы обе не остались без наказания. И ещё… Я не шутил. Если вернешься, то уже насовсем. Второй раз отпустить не смогу.

- Я… я поняла, - от волнения и чего-то, щекотного и приятного, словно кожу покрыли мелкие пузырьки от шампанского, у неё и самой голос чуть сел.

- Вот и хорошо. А теперь иди, знакомься с моей мамой. Я позвоню тебе чуть позже. Пока.