Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Рождественский Роберт Иванович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе - Рождественский Роберт Иванович - Страница 183

183

Изменить размер шрифта:

2. Песенка короля

Все другие короли отвратительны

(принимать их приходилось мне порой).

Ну, а сам-то я – король восхитительный!

Замечательнейший, все-таки, я король!

Самочувствие мое не изменится,

все несчастия промчатся стороной.

До чего же я хорош – аж не верится!

Даже некого поставить рядом со мной!

Чувства подданных я в точности выражу, —

мне понятен их восторженный порыв:

я, во-первых, потрясающе выгляжу!

Еще лучше буду выглядеть, во-вторых!

И лично мне до крайности

приятна эта роль.

А больше всего мне нравится,

что именно я —

король!

3. Песня придворного поэта

Говорить со мной каждому лестно,

Людям нравится мудрая речь.

Без талантов нельзя королевству!

Я – талант. Меня надо беречь!

Меня надо лелеять и холить

Раза три или больше на дню.

И тогда я, собрав свою волю,

Обязательно стих сочиню!

В очень творческом ажиотаже

Нахожусь я в течение дня.

Так прекрасно пишу я, что даже

Сам король понимает меня.

Льется в душу легко и воздушно

Моя образно-яркая речь.

И меня обязательно нужно

Каждый день награждать и беречь!

Поэмы

Моя любовь

Поэма началась в груди,

грудь разорвать грозя.

Теперь ее,

как ни крути,

не написать

нельзя.

Я ею бредил по ночам,

берег ее, как жизнь.

Я на руках ее качал

и повторял:

– Пишись!

Пишись! —

я требовал,

но мне

ответил ворох строк:

– Постой!

А был ли ты в огне?

Месил ли

пыль дорог?

Встречал ли ты в атаке смерть?

Привык ли ты дерзать?

И так ли знаешь жизнь,

чтоб сметь

о ней другим сказать?.. —

Сердце, а что я знаю?

Ты подскажи мне тихо.

Знаю, что на Алтае

было село Косиха.

Было село —

я знаю —

крошечного значенья…

В речке вода парная

после грозы вечерней…

Сердце,

а что я помню?

Лес голубой стеною.

Помню – уходят кони

через село в ночное.

Помню еще я:

мама

на руки поднимала…

Сердце,

но это ж мало!

Это же очень мало!

Возле глухой ограды

чуть шелестит отава…

Сердце,

а может, правда,

я не имею права?

Пусть, затихая,

песня

будет на жизнь в обиде —

что расскажу я,

если

так еще мало

видел.

Если мир перед глазами

был на диво мал…

Мы о нем узнали сами

и из сказок мам.

Нам о нем твердили в школе:

чуть ли не с шести

мы учили,

что такое

дальние пути,

что такое гнев и жалость,

что такое честь…

Мы учились.

Нам казалось:

это

жизнь и есть.

Мы учились,

а вглядеться —

окажусь я неучем,

потому что,

кроме детства,

и сказать-то не о чем.

Вновь иди,

слова ищи

за семью широтами…

Вышли в жизнь товарищи

слишком желторотыми.

Вышли в жизнь романтики,

ум

у книг занявшие,

кроме

математики

сложностей не знавшие.

…Впервые взаправду дорога качала,

впервые мечты повели за собою,

впервые любовь

подсказала начало

поэмы,

которая стала судьбою.

Сквозные вокзалы

и запахи дыма,

гудков паровозных протяжная медь,

слова,

что я говорил любимой,

мне приказали

сметь.

Протянуло солнце нити,

солнце бьет прохожим в лица.

Я прошу вас:

объясните,

что на улицах творится?

Что же это?

Как же это?

Это я

или не я?

Жмурясь весело от света,

ходят люди пьяные.

Ходят,

очень неумело

землю

пробуя шагами.

Кто-то с крыш просыпал мелочь,

и она звенит о камни,

разбивается на части.

Стены от капели мокнут.

Люди ходят

и от счастья

ничего сказать не могут.

Блещет вымытыми стеклами

мир —

сплошная новизна.

В мире наступила теплая,

настоящая весна…

А если к весне

прибавить письмо,

а если в письме написать:

«твоя»,

то кто б из вас выдержать это смог?

Не выдержал это

и я.

И вот – вагон!

Летящая тьма.

Бессонная ночь,

перестук колес.

Полсуток дороги —

и ты сама,

почти задохнувшаяся от слез,

от майского ветра…

Лентой прямой —

улица.

Площадь.

Обычный дом.

Твой голос:

«Вот здесь я живу…»

И мой:

«Может, к тебе —

потом?..»

Но ты,

подыскивая слова,

шепчешь, что нам все равно по пути,

что мама обидится,

что сперва

надо сюда

зайти.

И умоляющие глаза:

«Прошу…

Ну, буквально, на полчаса!»