Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Рождественский Роберт Иванович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе - Рождественский Роберт Иванович - Страница 120

120

Изменить размер шрифта:

«Голос города»

1977

«Война откатилась за годы и гуды…»

Война откатилась за годы и гуды,

и горечь, и славу

до дна перебрав.

А пули

еще прилетают оттуда —

из тех февралей.

Из-за тех переправ.

А пули летят

из немыслимой дали…

Уже потускневшие

капли

свинца

пронзают броню

легендарных медалей,

кромсая на части

живые сердца.

Они из войны прилетают недаром.

Ведь это оттуда,

из позавчера,

из бывших окопов

по старым солдатам

чужие

истлевшие

бьют

снайпера.

Я знаю, что схватка идет не на равных

нечем ответить

такому

врагу.

Но я не могу

уберечь ветеранов.

Я даже собой заслонить

не могу.

И я проклинаю

пустую браваду,

мне спать не дает

ощущенье вины…

Все меньше и меньше

к Большому театру

приходит

участников

прошлой войны.

«Все начинается с любви…»

Все начинается с любви…

Твердят:

«Вначале

было

слово».

А я провозглашаю снова:

Все начинается

с любви!

Все начинается с любви:

и озаренье,

и работа,

глаза цветов,

глаза ребенка —

все начинается с любви.

Все начинается с любви,

С любви!

Я это точно знаю.

Все,

даже ненависть —

родная

и вечная

сестра любви.

Все начинается с любви:

мечта и страх,

вино и порох.

Трагедия,

тоска

и подвиг —

все начинается с любви.

Весна шепнет тебе:

«Живи».

И ты от шепота качнешься.

И выпрямишься.

И начнешься.

Все начинается

с любви!

«Струя ручья пронзит глухие чащи…»

Струя ручья

пронзит глухие чащи.

В траве прошелестит

струя змеи.

Из проволоки —

твердой и блестящей —

нарезаны

лесные муравьи.

Есть капельки росы.

Предметы леса.

Подробности

кленового листка, —

отставшие от гулкого прогресса,

глядящие на нас издалека…

А я все рвусь

за горизонт упругий,

за горы,

океаны

и года.

Совсем забыв о том,

что близоруким

обязан быть.

Хотя бы иногда.

Перекати-поле

В мире таком старом,

добрых надежд полном,

жаль мне людей, ставших

перекати-полем.

Есть до небес – горы.

Есть без границ – чащи.

И до краев – горе.

И через край – счастье…

Может, за той кручей,

может, за той речкой

даже вода – лучше,

даже вино – крепче,

может, жирней пища,

может, щедрей доля…

Слезы свои ищет

перекати-поле…

На сквозняке долгом

глухо дрожат версты.

А над родным домом

молча горят звезды.

Скоро придут стужи.

Вновь я гляжу с болью,

как по земле кружит

перекати-поле…

И хоть земля

воистину громадна,

на ней —

во все века и времена —

одна у человека

мама.

И Родина —

одна.

«А природа опять то предельно проста…»

А природа опять

то предельно проста,

то одета

в цветастые перья…

Удивляет меня

не ее красота.

Удивляет

ее терпение.

И когда сквозь асфальт

лепестков пятерня

продирается после полночи,

не радуюсь силе земли.

Для меня

это прежде всего —

крик о помощи!

«Неожиданный и благодатный…»

Неожиданный и благодатный

дождь беснуется в нашем дворе…

Между датой рожденья

и датой

смерти

кто-то поставит

тире.

Тонкий прочерк.

Осколок пунктира.

За пределом положенных дней

руки мастера

неотвратимо

выбьют минус

на жизни твоей.

Ты живешь,

негодуешь,

пророчишь.

Ты кричишь

и впадаешь в восторг.

…Так неужто

малюсенький прочерк —

не простое тире,

а итог?!