Вечность (СИ) - Звездов Олег-Александр Михайлович - Страница 218

— “Я женщина и мать. Для меня дети есть все святое, как и мы есть дети для Него. Он часто любил говорить: любите детей, ибо Царствие Небесное со­стоит из таковых. Бог для меня — все. Я видела Его страдания, видела Его воскрешение. Для меня это не было и не являлось чудом, ибо знала, что все будет так, как Он говорил нам и учил нас. Мы стремились сво­ими деяниями обновить Землю, ибо Он говорил: “На­ступит день, когда все человеки поймут, зачем был по­слан Я Своим Отцом. И ежели все поймут, то эти человеки станут людьми, достойными Бога”. Так что, человеки, станьте людьми, прошу вас, всем сердцем при­нимайте Его каждый день, и вы проживете жизнь без огорчений. Любите Иисуса Христа, истинного Бога всей Земли, и Божий ореол будет охранять вас всю вечную жизнь. И я, Мария Магдалина, преклоняюсь пред вами и Господом нашим”.

— “Мне трудно говорить о Боге, ибо я была же­ной Понтия Пилата, но все же попрошу вас, люди, не будьте пилатами над своими душами, ибо я тоже знала и чтила Иисуса Христа. Его жизнь, можно сказать, прошла на моих глазах. Я молила царя своего не уби­вать Бога, но люди настояли на своем. Мне стыдно, и свой позор я смыла Верой в Него. Прошу всех жен­щин: дабы снова не родился новый Пилат. Знаю, жизнь вечная, и в этой вечной жизни живут Иисус Христос и Матерь Мария. Они святые, преклоняйтесь пред Ними, и своей любовью к Ним вы укрепите Царствие Не­бесное, которое безгранично, ибо оно везде. Только любовь к Богу спасет всю землю”.

— “Иоанн!” — “Господи, мы Тебя слышим”. — “Спасибо вам за все, дети Мои. Вы сделали все воз­можное и невозможное, и Я благодарен вам. Вы почи­тали Меня как Бога, Я же вас почитаю всех святыми, и всех верующих буду почитать таковыми. С восходом солнца следуйте и вы по всей Земле. Сейте плоды Божьи даже в труднодоступных уголках колыбели ва­шей, и Я клянусь, что услышу каждого, кто услышит Меня. Царствие Мое вечно, как вечны и вы. Стрем­ления ваши добрые, намерения благие, не обходите ни­кого стороной, как не обходил и Я. Благим дарю Я все благое, достойным — достойное. И вот, Иоанн, летите с этого места, как голуби белокрылые по всему Царствию Небесному. Я поднимаю вас Своей духов­ной силой и воспеваю вас во имя Мира и Добра.

МИР ВСЕМ ВАМ, ВСЕМ ЛЮДЯМ, МИР И ЛЮ­БОВЬ. Я ВАШ НАВСЕГДА

ИИСУС ХРИСТОС, УЧИТЕЛЬ”.

5 августа 1998 года,

среда 17.30.

ИОАНН

КРЕСТИТЕЛЬ -

ЧЕЛОВЕК “ПУСТЫНИ”

ПАЛЕСТИНА. За один год до рождения Гос­пода Бога Иисуса Христа.

Епископ Захарий и его жена Елизавета были уже в преклонных летах. Захарий большую часть своей жизни провел в Храме Божьем. Елизавета была за­нята домашними делами. Детей у них не было, и порой им казалось, что жизнь прошла, а точнее, минула сторо­ной. Будучи еще молодыми, они мечтали иметь много детей и просили Господа Бога помочь в их беде. Но Бог не смилостивился над ними.

Елизавета часто по ночам плакала, обидно было до боли, особенно в те моменты, когда видела играющих соседских детей. Захарий успокаивал ее: “Елизавета, успокойся, прошу тебя, я надеюсь, что Бог смилости­вится над нами”.

“Захарий, Захарий, пойми, что года не стоят на ме­сте, они как в реке вода, уходят неведомо куда и очень быстро”. — “Дорогая ты моя, я тебя понимаю, пойми и ты, что все находится во власти Бога, мы же его греш­ники, которые должны все терпеть, и со всем нужно смириться”. — “Захарий, но почему и за что Он нака­зал именно нас, ведь ты же почти всю жизнь отдал во славу Его?” — “Елизавета, не нужно меня упрекать, я думаю, что род Ааронов не остановится на этом, не прекратит свое существование. Будем надеяться с то­бой на все наилучшее. На каждой проповеди я буду молить Всевышнего, дабы Он смилостивился над нами”. — “Что ж, Захарий, проси, мне же придется только мечтать и в мыслях своих играть со своим дитям, а чадо мое будет очень красивое и умное. Пусть хотя бы в моем воображении”. — “Елизавета, ты у меня молодец и всегда меня понимаешь не только как мужа, но и как человека. Дай я тебя поцелую”. И вот в этот момент к ним зашел сосед Иуваль.

“Господи, прости меня, мир вам, Захарий”. — “Иуваль, мир и тебе”. — “Извини ты нас”. — “Ни­чего, ничего, это дела житейские и этому лишь радо­ваться нужно”. — “Иуваль, ты по делу пришел?” — “Да, Захарий, мне надобно бы поговорить с тобой”. — “О чем, если не секрет?” — “Да, не секрет, но большой интерес привел меня к тебе. Ты епископ и должен знать все”. — “Все, да не все”. — “Нет, ты человек уважаемый среди нас, и ты есть муж праведный. Твой ум идет не от людей, а от Бога”. — “Иуваль, не нужно мне льстить. Спрашивай, и если я смогу, то я отвечу тебе”. — “Понимаешь, Захарий, недавно я встретил волхвов”. — “И где ты их встретил?” — “Здесь, у нас в Хевроне, и они мне сказали, что скоро в Вифлееме родится Сын Божий, и имя Ему будет Иисус Христос. И еще они сказали, что перед ним родится некий Пред­теча, и имя его будет Иоанн. Отца его будут звать Захарий, а мать Елизаветой. Так вот я и думаю, не вы ли это?” Захарий засмеялся: “Иуваль, мне смешно. По­смотри, мы уже с Елизаветой очень старые”.

Иуваль улыбнулся. “Захарий, но целуетесь вы как молодые”. Захарий покраснел. “Иуваль, ты же очень долгое время знаешь нас, не было у нас детей, и как можно в эти года родить чадо себе?” — “Не знаю, не знаю, Захарий, но я уверен, что вы будете родителями Иоанна Предтечи”. — “Да нет, Иуваль, не может та­кого быть”. — “Захарий, все может быть, ибо Господь может все. Это не мои слова, а твои, и эти слова я слышал на твоей проповеди”. — “Иуваль, слова есть слова, а года есть года. И поверь мне, если родится Предтеча, то только не у нас с Елизаветой. Мало ли таких, как мы”. — “Захарий, не пойму я тебя, ты хо­чешь иметь детей всю жизнь, а сейчас отказываешь­ся”. — “Иуваль, ты же не волхв, ты мой сосед”. — “Прости меня, Захарий, да, я не волхв, но почему-то все время мне кажется, что родителями Иоанна будете вы”. — “Иуваль, думай что хочешь”. — “Захарий, но это еще не все”. — “Боже, что еще тебя интересует?” — “Да не интересует, я даже не знаю, как сказать”. — “Не бойся, говори”. — “А не посчитаешь ли ты меня безумцем?” Захарий посмотрел на Иуваля. “Не посчитаю, говори”.

“Недавно, совсем недавно я пас своих баранов не­вдалеке от Хеврона”. — Ну, а я здесь причем?” — “Ты-то ни причем, слушай меня дальше. Была ночь, она была звездной. Я лежал на траве и мечтал”. — “Если не секрет, то о чем?” — “Захарий, обо всем. И вот вдруг я увидел огненную колесницу, которая неслась по небесам и ярко светилась”. Захарий снова посмотрел на соседа. “Иуваль, ты извини меня, но от­веть и ты мне, а где в этот момент находился мелех с вином?” — “Захарий, ты же знаешь, что вина я пью очень мало”. — “Хорошо, говори дальше”. — “И вот я смотрю на нее и думаю: не зря она появилась именно у нашего селения. Ты понимаешь меня?” — “Господи, Иуваль, допустим ты видел огненную колесницу, но при чем же я?” — “Я это говорю к тому, что именно вы будете родителями Иоанна”. — “Ты мне это уже говоришь второй раз, и какое отношение к этому мы имеем с Елизаветой к этой колеснице?” — “Откуда я могу знать, я простой горшечник, а ты священник”. — “Иуваль, все, иди домой, я устал от тебя”. — “Не знаю, устал ли ты или нет, но ответь мне: вы ли будете родителями Иоанна или нет?” — “Боже, зачем ты мне дал такого назойливого соседа?”

“Захарий, он глаголет тебе истину”. — “Что? Иуваль, что ты сказал?” — “Да я молчал. Извини, я пошел домой”. — “Иду, иду, но учти, Захарий, от тебя я так и не услышал ответа, поэтому я зайду завтра к тебе”. — “Боже, этого еще не хватало. С меня доста­точно и этого визита”, — подумал Захарий. Иуваль ушел.

“Кто мог со мной говорить? И голос был какой-то странный. Неужели я… Нет, этого не может быть”.

“Елизавета?” — “Захарий, что такое?” — “Кроме нас с Иувалем никого не было?” — “Захарий, да ты что? Приляг отдохни, устал ты”. — “Да нет, но я же слышал некий глас, что или кто мог со мной говорить?”