Девять принцев Амбера .Тетралогия - Желязны Роджер Джозеф - Страница 162

— Боюсь, что нет, — ответил я.

— Жаль. Остается только ждать своей очереди.

— Можно куда-нибудь козырнуть тебя, пусть там как следует о тебе позаботятся, — сказал я и полез за картами.

— Нет, — сказал он. — Хочу посмотреть, чем тут дело кончится.

Пока он говорил, я заметил, что Рэндом изо всех сил пытается установить козырную связь. Виала стояла рядом, словно защищала его от пролома в стене и от того, что могло бы из него появиться. Дворкин продолжал трудиться над лицом Корал, заслоняя ее, чтобы никто не видел, что он делает.

— Мондор, — сказал я, — знаешь, это мать послала ти’га заботиться обо мне.

— Да, — отозвался он, — когда ты выходил из комнаты, она рассказала мне обо всем. Заклятие, кроме всего прочего, не позволяло ей признаться в этом.

— Она торчала тут просто, чтобы оберегать меня, или заодно шпионила за мной?

— Кто знает. Такой вопрос у нас не возникал. Но, похоже, ее страхи были небеспочвенны. Тебе грозила опасность.

— Думаешь, Дара знала про Люка с Ясрой?

Он хотел было пожать плечами, но вместо этого поморщился и задумался.

— Опять-таки — кто знает? Если так, то на следующий вопрос, откуда она про них узнала, я тоже не отвечу. Ясно?

— Ясно.

Закончив с кем-то разговор, Рэндом закрыл Козырь. Потом обернулся и некоторое время не отрываясь смотрел на Виалу. Вид у него был такой, словно, собравшись что-то сказать, он подумал, промолчал и перевел взгляд на меня. Тут я услышал, как стонет Корал, и, поднимаясь, отвел глаза.

— Минутку, Мерлин, — сказал Рэндом. — Успеешь удрать.

Я встретил его взгляд. Трудно сказать, был ли он гневным, или же в нем светилось любопытство, — нахмуренные брови и сузившиеся глаза могли означать, что угодно.

— Сэр? — сказал я.

Он подошел, взял меня за локоть и развернул спиной к кровати, уводя к двери в соседнюю комнату.

— Виала, я займу на несколько минут твою мастерскую, — сказал Рэндом.

— Конечно, — отозвалась она.

Он впустил меня и затворил двери. У противоположной стены упал и разбился бюст Жерара. Рабочую площадку в дальнем конце мастерской занимало многоногое морское животное, каких я никогда не видел, — весьма вероятно, ее новая работа.

Неожиданно Рэндом повернулся ко мне:

— Ты следишь за положением дел между Кашфой и Бегмой?

— Более или менее, — ответил я. — Вчера вечером Билл вкратце ввел меня в курс дела. Эреньор и все такое.

— А он сказал тебе, что мы собираемся принять Кашфу в Золотой Круг и решить проблему Эреньора, признав право Кашфы на эту часть земель?

Мне не понравилось, как был задан вопрос, и не хотелось впутывать в неприятности Билла. Похоже, на момент нашего с ним разговора это все еще было тайной. Поэтому я сказал:

— Боюсь, всех подробностей я не помню.

— Да, мы намеревались поступить именно так, — сказал Рэндом. — Обычно мы не даем подобных обязательств — таких, которые позволяют иметь одной из заключивших договор сторон преимущества за счет другой. Но Аркане, герцог Шадбернский, застал нас… ну, врасплох, что ли. Он как глава государства подходил нам больше, и теперь, когда мы избавились от этой рыжей стервы, я уже готовил ему путь на трон. Все-таки, раз уж он воспользовался случаем взойти на престол после того, как право наследования было нарушено дважды, то знал, что отчасти может на меня положиться, и потребовал Эреньор, ну, я и отдал ему его.

— Все понятно, — сказал — кроме одного, — при чем тут я.

Он повернул голову, изучая меня.

— Коронация должна была состояться сегодня. Я, честно говоря, собирался чуть позже переодеться и козырнуться туда…

— Вы употребляете прошедшее время, — заметил я, чтобы заполнить возникшую паузу.

— Вот именно, вот именно, — пробормотал он, отворачиваясь. Потом сделал несколько шагов, поставил ногу на обломок разбитой статуи и снова обернулся. — Милейший герцог теперь или мертв, или в плену.

— И коронации не будет? — спросил я.

— Напротив, — сказал Рэндом, продолжая разглядывать меня.

— Сдаюсь, — сказал я. — Скажите, что происходит?

— Сегодня на рассвете была предпринята удачная атака.

— На Дворец?

— Может быть, и на Дворец тоже. Но атаку подкрепили воинскими силами извне.

— А что в это время делал Бенедикт?

— Вчера, как раз перед тем, как вернуться домой, я приказал ему отвести войска. Положение казалось стабильным, и мы сочли, что нехорошо, если во время коронации там будут находиться войска Амбера.

— Верно, — сказал я. — И вот, стоило Бенедикту убраться, как кто-то вторгся туда и разделался с человеком, который должен был стать королем, а тамошней полиции даже не пришло в голову, что это некрасиво?

Рэндом медленно кивнул:

— Примерно так. Но как, по-твоему, почему это могло случиться?

— Возможно, там были не так уж недовольны новым положением дел.

Рэндом улыбнулся и щелкнул пальцами.

— Гений, — сказал он. — Можно подумать, ты знал, что происходит.

— И ошибался, — сказал я.

— Сегодня твой бывший одноклассник Лукас Рейнард становится Ринальдо I, королем Кашфы.

— Будь я проклят, понятия не имел, что он и впрямь хочет этим заниматься! — воскликнул я. — Что вы теперь намерены делать?

— Думаю пропустить коронацию.

— Я заглядываю чуть дальше.

— То есть, не собиралось ли я послать Бенедикта туда опять, чтобы свергнуть Ринальдо?

— В общем, да.

— Это выставит нас в очень скверном свете. Только что сделанное Люком не выходит за рамки политики Грауштаркиана… которой в тех краях придерживаются. В свое время мы вторглись в Кашфу и помогли исправить ситуацию, уж очень быстро она превращалась в политическую бойню. Можно было бы вернуться и проделать это еще раз, если бы речь шла о каком-нибудь идиотском нападении полоумного генерала или нобля, одержимого манией величия. Но претензии Люка законны и действительно имеют под собой больше оснований, чем у Шэдберна. К тому же Люк популярен. Он молод и производит хорошее впечатление. Вернись мы туда, у нас будет куда меньше оправданий, чем в первый раз. Но даже при нынешнем положении дел мне хочется спихнуть с трона самоубийцу-сынка этой стервы. Пусть даже потом меня и назовут агрессором. И вдруг от людей в Кашфе я узнаю, что Люка защищает Виала. Я спросил ее об этом напрямик. Она говорит, что это правда, и что, когда это случилось, ты был там. Виала пообещала мне все рассказать, когда Дворкин закончит делать операцию, потому что ему может понадобиться ее опыт. Но я не могу ждать. Расскажи, что случилось.

— Сначала скажите мне еще вот что.

— Что?

— Какие военные силы привели Люка к власти?

— Наемники.

— Наемники Далта?

— Да.

— Добро. Со своей вендеттой против Дома Амбера Люк покончил, — сказал я. — И сделал это лишь позавчера ночью, по своей воле, поговорив с Виалой. В то время она и дала ему кольцо. Тогда я думал, что оно должно помешать Джулиану убить его, пока мы не доберемся до Ардена.

— В ответ на так называемый ультиматум Далта относительно Люка и Ясры?

— Правильно. У меня и мысли не было, что кто-то мог задумать заранее свести Люка с Далтом, чтобы они сумели сбежать и нанести удар. Это значит, что даже драка была подстроена… теперь мне приходит в голову, что у Люка была возможность переговорить с Далтом до нее.

Рэндом поднял руку.

— Погоди, — сказал он. — Расскажи-ка мне все с самого начала.

— Идет, — к тому времени, как я закончил, мы оба измерили мастерскую шагами несчетное количество раз.

— Знаешь, — сказал он немного погодя, — сдается мне, Ясра подстроила все это задолго до того, как начала свою карьеру в качестве предмета обстановки.

— Я думал об этом, — сказал я, надеясь, что Рэндом не собирается выяснить, где она сейчас. И чем больше я думал, припоминая ее реакцию на известие о Люке после нашего рейда в Замок, тем сильнее чувствовал, что Ясра не только сознавала, что творится, но даже общалась с Люком уже после меня.