Печать павшего. Лики Судьбы (СИ) - Гущина Дарья - Страница 69

- Яш, мы не в музее находимся, - намекнула я.

- А?.. Чего?.. - очнулся он. - А где?..

- Я тебе попозже расскажу, - пообещала я. - А пока - будь другом, сбегай наверх, поищи бумагу.

- Ладно, - покладисто согласился он и, на ходу потирая плечи, устремился по широкой витой лестнице на второй этаж, поднимая тучи пыли.

Чихнув, я поспешно отступила к камину и предупредила:

- Ты там поосторожнее, слышишь?

- Ага, - донеслось сверху.

Ну-ну... Я присела на корточки у камина и принялась ворошить окаменевший от времени песок. Жаль, Райлит нет рядом, интересно бы узнать, кто здесь раньше жил... Я протиснулась в камин, с горем пополам выковыряла одно бревно и разворошила им все остальные. Сама-то ничего уже никогда не вспомню и не узнаю, а спросить больше не у кого, не Яшку же донимать глупыми вопросами по поводу... Разворошив песок, я аккуратно сгребла его в кучу у дальней стенки камина. Кстати, а почему бы и не спросить? А вдруг он что вспомнит? Местный житель же, как-никак.

Сверху донёсся пронзительный грохот. Я от неожиданности подпрыгнула и больно стукнулась макушкой о прокопчённый каминный козырёк, едва не шлёпнувшись на дрова. Поморщилась, потёрла обиженное место и осторожно попятилась, выбираясь на свободное пространство. Грохот повторился. Я села на пятки, аккуратно выпрямилась, убирая упавшую на лоб длинную чёлку, и громко поинтересовалась:

- Яш, ты там живой?

- Да вроде, - опасливо отозвался он из-за моей спины.

Я стремительно обернулась. Оказывается, он стоял рядом, прислонившись к стене, целый и невредимый, и неизвестно чем любовался (ну, наха-а-ал!..), а что же наверху шумело - покрыто мраком тайны. Я нахмурилась. Яшка вопросительно поднял брови и развёл руками, мол, знать ничего не знаю. Я покачала головой и встала.

- Пойду, схожу на разведку, - и вынула из ножен клинок.

- Да нет там ничего, в том-то всё и дело, - недоумённо объяснил приятель. - Три большие и пустые комнаты - и только. Крыша шалит, наверно... Слышишь, какой на улице ветер?

Я посмотрела на потолок, прислушалась к вою разгулявшегося ветра, подумала и согласно кивнула, опустив клинок.

- И бумагу я там тоже не нашёл, - добавил Яшка.

Я вновь подняла оружие и повернулась к камину:

- Ну, нет бумаги, так лучины наскребём...

- Только без меня, - мой спутник с сомнением покосился на острое лезвие цвета лунного серебра. - Мне пока ещё нужны все части моего тела... Кстати, ты так и не сказала, куда делись жители города.

- А ты и не спрашивал, - хмыкнула я, растеряно вертя в руках бревно.

- Давай сюда свою пилу, дровосек, сам всё сделаю, - Яшка со вздохом отобрал у меня и клинок, и бревно. - Лампочку у себя в квартире ввернуть не может и поесть приготовить, а всё на подвиги тянет...

- Подумаешь, - обиделась я. - Нашёл, с чем сравнивать...

- А что, не так? - он ухмыльнулся.

- Будешь дразниться - обижусь и уйду! - пригрозила я. - И клинок заберу, сиди и мёрзни один!..

- Вот, до чего человека доводят нервы, - глубокомысленно изрёк мой спутник, склонившись над бревном. - Уже и пошутить нельзя, сразу "обижусь и уйду", - передразнил он.

Я, надувшись, села на пол, поджав ноги, и сердито засопела.

- Ладно, Аська, рассказывай давай, что это за город такой, - после небольшой паузы, миролюбиво предложил Яшка.

Закончив обдирать бревно, он сноровисто разжёг огонь и по-турецки уселся рядом со мной, вернув клинок, а я как раз успела рассудить, что на правду - не обижаются, и собраться с мыслями для рассказа. И под треск пылающих дров, под скрежет входной двери, под тоскливое завывание ветра поведала ему о создании Дхаас-датея, о двух враждующих расах высших магов, о страшной битве, которая разрушила полгорода. И, по конец, о том, как разошлись пути-дорожки хартов и дейте, когда первые потеряли способность помнить, а вторые - ушли строить свой город в небесах.

- И оказалось, что Дхаас-датей больше никому не нужен, - подытожила я, привычно полируя клинок лоскутком мягкой ткани. - Хартам - потому как они вряд ли смогли бы собственными силами его восстановить, а дейте - решили, что в небесах жить безопасней. По крайней мере, тогда они думали именно так...

Яшка, потирая подбородок, промолчал, задумчиво глядя на огонь. Я в последний раз провела лоскутком по натёртому до зеркального блеска лезвию и вернула клинок в ножны.

- И как это так делаешь? - с тенью зависти пробормотал он.

- Тренировки, дружище, долгие и упорные тренировки, - важно пояснила я, пряча лоскуток в карман.

- А откуда у тебя мечи? Всё забывал спросить...

- Военная тайна, - фыркнула я. - Не скажу, даже не спрашивай.

- Зануда, - вынес вердикт приятель.

- На себя давно смотрел? - не осталась в долгу я. - Как говорила одна моя хорошая знакомая - есть такие тайны, которые лучше оставлять нераскрытыми, ясно?

- Да и чёрт с ними, не больно-то и надо, - пожал плечами Яшка. - Кстати, Ась, ты уверена, что здесь, кроме нас, никого нет?

- Абсолютно, - подтвердила я. - Старый город давным-давно вымер и опустел, а местные жители слишком боятся проклятий дейте, чтобы здесь бродить почём зря. Да и нечего тут делать, собственно...

- Странно, - протянул мой спутник. - А мне кажется, я слышу какие-то шаги...

Я замерла, настороженно прислушиваясь. Да нет, вроде, только вьюга настойчиво скребётся в двери и стучится в окна... Я с подозрением покосилась на приятеля, небезосновательно подозревая его в очередном розыгрыше, а на меня в упор смотрели кристально честные голубые глаза, в тёмной глубине которых плясали шальные искорки.

- Тьфу на тебя, - снова обиделась я, влепив Яшке подзатыльник. - Нашёл время шутить...

- Какие шутки, Касси! - весело возмутился он, взъерошивая свои волосы. - Я же говорю, что мне показалось!

- Когда кажется - креститься надо, - проворчала я и, отвернувшись от него, уставилась на догорающий огонь.

- Вот, опять, вроде бы...

- Яша! - возопила я. - Держи свои глюки при себе, ладно? У меня и так нервы на переделе!

- Вах...

- Вот те и "вах", - я сухо поджала губы. - Магистр Шалейна про пятерых всадников говорила, а нам встретились только четверо. Понимаешь, о чём я?

- Вот-вот должен появиться последний? - сообразил мой собеседник.

- Угу.

- Фигово... А какого хрена мы тогда тут сидим?

- А такого, что мой ключ не работает, портал я сама создать сейчас не смогу, а искать его по метели - себе дороже. Так что забудь пока про свои шутки, - серьёзно попросила я, - это не смешно.

Моя лекция возымела верное действие, и приятель надолго замолчал, сначала беспокойно ёрзая, потом - видимо, устав, а после - скорее всего, опять задремав, положив голову на моё плечо. И я ни о чём не подозревала, пока он не начал на меня заваливаться. Я сердито толкнула Яшку локтем в бок, потребовав сесть нормально. Реакции - никакой. Опять издевается, зараза... Я немного отодвинулась и, сидя, попятилась назад, а приятель, не удержав равновесия, грохнулся на пол, но шевелиться - и не думал. Ну, и пусть полежит, раз ему приспичило... И всё же...

- Яша, - я осторожно дотронулась до его плеча. - Всё в порядке?

И опять - ноль эмоций. Он продолжал неподвижно лежать на боку, уткнувшись лицом в пол. И - не чихать?.. Когда на полу - столько пыли?.. Не на шутку испугавшись, я быстро перевернула Яшка на спину и несколько мгновений отказывалась верить собственным глазам. Он не просто не шевелился - он не дышал... А я слишком много повидала на своём веку мертвецов, чтобы не знать, как выглядит со стороны чужая смерть... Потухшие глаза задумчиво смотрят, но не видят, неподвижно замерло сердце, не тревожа грудную клетку...

...А из дверного проёма за мной молча и бесстрастно наблюдал последний всадник Апокалипсиса... И, пожалуй, уже слишком поздно...

Глава 20.

"Жить захочешь - не так раскорячишься".

("Особенности национальной охоты").