Печать павшего. Лики Судьбы (СИ) - Гущина Дарья - Страница 16

Вернув клинки в ножны, я присела на корточки и потрепала щенка по загривку. Малыш тихо тявкнул и, подпрыгнув, ухватил меня за рукав. Понятно. Зовёт за собой. Ну что ж, пойдём... Встав, я собралась вновь направиться к лесу, когда пёс преградил мне путь и повёл за собой в противоположную сторону, туда, откуда я пришла. Удивленно нахмурившись, я послушно шагнула за ним и через мгновение очутилась рядом с лесом. Фокусы коридоров, конечно же. Жаль, о них мне мало что удалось разузнать, поэтому... узнавать приходится на месте. Щенок, обернувшись, снова тявкнул. Иду, уже иду... Стараясь не терять из виду рыжий кончик хвоста, мелькающий впереди, я поспешила за своим случайным проводником.

Сонный лес встретил меня слабым шуршанием веток и скрипом качающихся под порывами ветра стволов. Спящие под снежным одеялом деревья, казалось, совершенно не интересовались забредшим к ним в гости случайным путником и продолжали равнодушно смотреть чёрно-белые сны о зиме, пока я медленно прокладывала себе тропу меж толстых древних стволов. Осторожно убирая с дороги то свисающие до земли еловые лапы, то запорошенные инеем веточки кустарников, я шла на голос щенка, пока он не сменился гостеприимным мерцанием спрятанного в чаще огонька.

Никогда бы не подумала, что мягкий свет в окне чужого дома способен вдохновить меня на подвиги, однако... Себе не могу не признаться в том, что я жутко устала, замёрзла и проголодалась. Тело Касси оказалось неприспособленным к физическим нагрузкам, и большую часть пути я держалась исключительно на силе воли. И как было бы хорошо сейчас завернуться в тёплое одеяло, прижаться спиной к натопленной печке, съесть что-нибудь вкусное и уснуть... Отведя в сторону укутанные в снежную вуаль чёрные ветки, я выглянула из-за ствола и к своему разочарованию обнаружила на поляне не уютный домик, а внушительный костёр.

Костёр, у которого меня давно и терпеливо ждали.

Глава 5.

"- Ну и рожа у тебя, Шарапов!"

("Место встречи изменить нельзя").

Кассандра.

Я проснулась резко, как от пинка по рёбрам. Чей-то настойчивый взгляд нахально буравил мой затылок, нервируя и выводя из себя. Я вообще терпеть не могу, когда на меня столь неприлично пялятся, и реагирую на это соответственно. Подскочив на песке, я подняла голову и угрожающе прищурилась, обозревая окрестности. Восходящее солнце резало глаза, вернее, единственный рабочий глаз, как ни прискорбно сей факт признавать, и сначала я видела только расплывчатое пятно ярко-белого горизонта, сквозь которое постепенно проступали очертания неопознанного тёмного силуэта. И когда я рассмотрела-таки таинственную фигуру, то в изумлении выпучила левый глаз и удивлённо разинула рот.

Из бирюзовых волн океана, аки сменившая пол Афродита, выезжал высокий светловолосый всадник на белом коне. Ей-ей, известный принц из наивной девичьей мечты... Жаль, я не в форме... Тьфу, какая дрянь иногда в голову лезет, стоит только встретить приличного с виду мужчину... Забыв обо всём на свете, я восхищенно захлопала ресницами. Очертания всадника вследствие проделанного упражнения обрисовались чётче, вдребезги разбивая моё сердце, вернее, то, что от него осталось после последней встречи со Святом. Нет, он точно прибыл или с другой планеты, или из какой-нибудь красивой и глупой волшебной сказки... Я от волнения забыла, как надо дышать. Только смотрела, смотрела, смотрела - и совсем упустила из виду, что именно его взгляд пару минут назад так меня нервировал.

А всадник, словно осознавая своё превосходство над окружающими, величаво распрямив широкие плечи и горделиво поглядывая по сторонам, медленно выезжал из моря. Лёгкий ненавязчивый ветерок шаловливо трепал полы длинного белого плаща и теребил рукава белой же рубахи. Остроконечные носки светлых сапог упирались в бока белого, как свежевыпавший снег, коня. С бледного, классически красивого лица на мир надменно взирали холодные, льдисто-голубые глаза. Длинные, искрящиеся на солнце светлые волосы, придерживаемые на лбу сверкающим обручем, свободно спадали на плечи и струились по спине. Картину довершали выглядывающий из-за левого плеча колчан, взятый наизготовку блестящий лук и играющая на тугой тетиве стрела. Ей-богу, вылитый ангел... Или это солнечный свет, отражающийся от белых одежд, создает эффект сияющего ореола?..

Я судорожно сглотнула, поперхнулась и закашлялась, вытирая выступившие слёзы. Это всё от волнения, не каждый же день встречается подобное чудо... Поморгав, я вновь посмотрела на всадника и замерла. И на сей раз не от восхищения, а от испуга. Недавно замеченная стрела теперь смотрела в мою сторону, и, более того, в моё сердце. Ой-ей... В уголках красиво очерченных бескровных губ всадника затаилась неприятная усмешка, а в ненормально светлых глазах мерцали недобрые огоньки. Мама-а-а... Огромный белый конь, выбравшись из моря, деловито тряхнул длинной вьющейся гривой, ударил копытом о землю и неспешно направился в мою сторону. Проклятье... Тетива, тихо скрипнув, натянулась. Упс...

Сияние свежего раннего утра на мгновение померкло, сосредоточившись на остром кончике тонкой стрелы. Щёлк... Вжик... Бамс!.. Я моргнула, тупо уставившись на ядовито-красную полосу защитного круга, у границы которого безжизненно лежала пущенная стрела. Изящная стрела, будто сплетённая из солнечных лучей, с оперением, на которое явно ощипали Жар-птицу... И запоздало загомонил внутренний колокольчик, предупреждающий об опасности, и спала с глаз пелена, скрывающая истинную сущность всадника, и стали заметны ускользнувшие по началу странности. А последних набралось изрядное количество и только такая балда, как я, могла не заметить их сразу.

Конь шёл по песку, не оставляя за собой следов, а сквозь его бока просвечивали очертания берега - это во-первых. Белая живность, совершенно очевидно, ранее, при жизни, была конём, каких в семи мирах не водится в принципе - это во-вторых. Всадник тоже совершенно очевидно не был живым человеком из плоти и крови, потому как у нормальных людей глаза не светятся - это в-третьих. А, в-четвёртых... А, в-четвёртых, мне пора убираться с его дороги, пока не поздно... Что же случится, когда будет слишком поздно, я постаралась не думать. Просто - уйти, исчезнуть, испариться, если получится и Бог знает, получится ли...

Я напряглась и приподнялась, морально собираясь наколдовать что-нибудь вроде ковра-самолёта и удрать от столь опасного соседства, когда всадник почему-то сам предпочёл оставить меня в покое и куда-то делся. Разочарованно нахмурил густые светлые брови, пришпорил коня и, промчавшись сквозь меня, бесследно растаял в жёлто-красной дымке наступающего рассвета. Я мешком осела на песок, отирая со лба липкую испарину. Вот это да... Не успело случиться одно, как следом происходит другое, ещё серьезнее предыдущего... И страшно представить, что последует за всадником... и куда последует он сам. И кто он такой или что такое?.. Покрыто мраком тайны, история знает, но молчит, а я - понятия не имею.

Пошатываясь, я встала, нацепила на спину ножны, надела на шею ключ от порталов и в крайне мрачном расположении духа побрела в сторону деревни, где, по идее, должен находиться Яшка. Да, должен. Но не обязан. И если он посмеет удрать на поиски приключений без меня, я его точно прокляну, даю Слово! Не то, чтобы я успела сильно соскучиться по странствиям и неприятностям или боялась путешествовать одна, поймите меня правильно, я беспокоилась за сохранность мира! Павший воин, который не знает о своей настоящей сущности - это ходячая катастрофа, это стихийное бедствие! И я отлично помню, каково быть в его шкуре...

Ноги по щиколотку увязали в горячем белом песке, восходящее солнце нещадно припекало голову, намекая на отдых в тени раскидистых пальм, а деревня по-прежнему не показывалась. Я упрямо топала по едва заметной тропинке, глазея по сторонам, вернее, посматривая то влево, то вперёд. Количество встречающихся пальм и неизвестных мне тропических деревьев тем больше увеличивалось, чем дальше я уходила от моря, а песок постепенно скрылся за пышной экзотической растительностью типа папоротника и Бог знает, чего ещё. Тропинка тоже потерялась, поэтому пришлось её протаптывать. Единственное, я наконец-то расслышала эхо далёких голосов, значит, до искомой деревни рукой подать... Значит, можно немного расслабиться.