Болтушка - Чиркова Вера Андреевна - Страница 65

А еще через минуту невидимая сила вынесла всех из хижины, рассадила в ставшую длинной, как лодка, повозку, и Мальяра оказалась рядом с Хилвой и притихшим Митчесом. Но смотрела не на них, а на покрывшееся драконьими чешуйками лицо магистра Иридоса, сверкавшего внезапно отросшими когтями и клыками.

– Как ты мог, – рыкнул он, оглянувшись на ее соседа, – не рассказать мне про это безобразие?

– А ты не рычи на него, а лучше прихвати мои сапоги, – сообразив, что они сейчас отсюда уедут, прикрикнула на оборотня Мали. – Мне костюм нужно Тмирне сдать… он еще кому-нибудь жизнь спасет. А Митчес не мог ничего сказать… матушка запретила. Мы же у ведьмы в заложниках были, и не только мы. Она ведь подлая… Карайзия, а подлые всегда осторожны и предусмотрительны. Одно случайное слово – и никто бы не уцелел. Сегрин это знал, потому и продумал все так тщательно.

– Вот твои сапожки, – обычным голосом сообщил магистр, и болтушка удивилась мгновенной смене его облика. – Штак! По моим подсчетам, где-то близко должен быть выход на поверхность? Я их всех пока усыпил, лечить будем дома… у нас на плато. А вас доставлю к герцогу.

– Есть, но он узкий… и ведет в глухое ущелье, – неуверенно пробормотал ошеломленный гном.

– Неважно, показывай прямое направление. Хармедис, поддерживай. Я брошу расширение.

– Так, может, мне вылезти… и идти впереди? – старшина никак не мог поверить, что эта штуковина пройдет через те узкие трещины, где он сам еле протискивался.

Но она прошла.

Да по прямому как стрела тоннелю, поблескивавшему идеально ровными округлыми стенами, кто угодно прошел бы, и Штак только вздохнул разочарованно, когда они сомкнулись позади повозки, едва она оказалась в сером предрассветном полумраке скалистого ущелья. А еще через миг исчезла и повозка, и все они, маги, гномы и спящие узники, стояли тесной толпой на крутом склоне, непонятно как удерживаясь, чтоб не покатиться.

– Ох, – только и успела произнести Хилва, как под ногами путников возник мягкий ковер, а перед глазами большая комната, слабо освещенная приглушенной лампой и обставленная добротной мебелью.

– Устраивайтесь, мы скоро вернемся, – бросил Мальяре решительный магистр и исчез вместе с магами, узниками и Сегрином.

– Не переживай, – крепче обняла гномку за плечи болтушка, – ты же видишь, как он за них переживает… значит, все будет в порядке. Просто поверь мне, я же тебя ни разу не обманула!

– А наш сын… тебе нравится? – вдруг робко спросила Хилва, и Штак, рассматривающий комнату, хмуро засопел.

– Хилва… Сегрин хороший человек, и я верю… теперь он будет счастлив… а у меня есть любимый мужчина…

– Мама! – дверь резко распахнулась, и в комнату ворвался Кор, босой, в рубашонке и нижних штанишках, и Мали, уронив сапоги, ринулась навстречу, подхватила его на руки.

– Сыночек… сыночек!

– Не плачь… ну мама! Отец тоже тут, и бабушка…

– Мальяра… – Гарт был одет чуть больше сына, но и не подумал остановиться, заметив незнакомых гномов. В три прыжка оказался возле любимой, стиснул в объятиях, зарылся лицом в короткие волосы болтушки, – жива…

– Ну, я же сестра Тишины… – попыталась отшутиться она и, выглянув из-под руки графа, увидела в распахнутых дверях Тмирну, умиленно рассматривающую воспитанницу, а за ней трех незнакомых женщин, в которых по счастливым улыбкам опознала тех, о ком столько лет тосковала ее душа. – Отпусти… на минутку…

Но Гарт сделал по-своему, забрал из рук любимой ребенка и, обняв ее другой рукой за плечи, шагнул к сестрам Тишины.

– Тмирна, ты соединишь наши судьбы?

– Они уже соединены, – с еле заметной лукавинкой произнесла она. – Осталось только провести ритуал, и я с удовольствием проведу его для вас.