Болтушка - Чиркова Вера Андреевна - Страница 61

– Как ноги заболят, так смогу, – с точно такой же усмешкой ответил маг, – и ради моего уважения к вашей выдержке готов взять вас с собой на переговоры. Еще я для солидности пригласил бы герцога Эфройского.

Он скосил глаза на Олтерна, шептавшегося о чем-то на дальнем диванчике со своей женой, и задавил в груди всякие угрызения совести. С гномами можно разговаривать только двумя способами, щедро сыпать золото или угрожать. А ему не хочется делать ни того и ни другого, и свирепая физиономия герцога Эфройского как раз подойдет, чтоб наглядно показать коротышкам весомость его обещаний.

– В таком случае мы успеем слегка перекусить, – решительно поднялась с воздушного кресла настоятельница, и глаза мага изумленно расширились, он вовсе не рассчитывал, что она воспримет его шутливое приглашение всерьез. – Уж раз ты не против, то я тем более никогда себе не прощу, если не попаду на эти переговоры. К тому же у меня есть свои доводы… на самый крайний случай.

– Да я и не спорю, – вежливо улыбнулся Иридос, пусть идет. Отправляясь на встречу с гномами, никогда нельзя знать наперед, какой именно довод окажется решающим. – Если вы считаете нужным присутствовать, держитесь рядом со мной. А что решил герцог Эфройский?

– Я тоже готов, – немедленно оторвался от своей жены советник короля. – Когда идем?

– Как немного подкрепимся, – упрямо стояла на своем Тмирна, – идем в столовую. Олтерн, ты ведь тоже не ужинал?

– Пойдем с нами, – потянул мага за руку юный повелитель воды, почему-то считавший нужным опекать гостя, – тут вкусные колбаски.

– Перед колбасками мне не устоять, – с удрученным вздохом признался Иридос, дамы украдкой заулыбались, и все дружно отправились в столовую.

Глава 36

А через полчаса гость с сожалением встал из-за стола, и к нему немедленно присоединились Олтерн с Тмирной.

И не успели они оказаться рядом, как ярко освещенная столовая герцога Тегрийского исчезла, сменившись на бледное сияние ведьминского мха в прозрачных шарах, расставленных по полкам кабинета директора гномьего банка.

Тмирна прищурилась, давая глазам привыкнуть к этому сумеречному свету, и вздохнула с легкой завистью. Таких переходов, когда не было ни хруста капсулы, ни продуваемых площадок портальных башен, ей пока еще совершать не приходилось.

А пока щурилась, словно обычная селянка, успела незаметно осмотреться и сообразить: гномы готовились к этой встрече очень серьезно, и сделали все возможное, чтобы показать, кто здесь хозяин. За массивным высоким столом стояло пять не менее внушительных кресел на высоких ножках, и в них сидели надменно-важные коротышки. А напротив стояла довольно низкая дубовая скамья, хотя и со спинкой, и именно на ней предполагалось сидеть гостям.

– Добрый вечер, – холодно процедил Иридос и легко взмахнул рукой.

Добротная скамейка мгновенно подросла, раздалась во все стороны и стала тремя креслами, ничуть не уступавшими по внушительности стоявшим напротив. Наоборот, новые кресла были шире и удобнее, с мягкими сиденьями и подлокотниками, обитыми дорогим торемским бархатом.

– Что вы себе позволяете! – Сидевший с левого краю гном возмущенно сверкнул круглыми глазками.

– Все, что захочу, – очень любезно ответил маг, сдвигая свою невидимую защиту, хочешь не хочешь, но в этот раз придется проследить за эмоциями коротышек. – Я ведь ваш клиент, разве вы не узнали? И довольно солидный, поэтому даже изучил немного банковское дело… и теперь с полной уверенностью могу утверждать, все, что тут находится, – мое.

– Как это? – Круглые глазки гномов стали круглее раза в два, а их рты возмущенно приоткрылись.

– Прошу. – Маг тем временем галантно подал руку Тмирне и усадил ее в центральное кресло, а затем занял соседнее.

Герцог не стал ждать особого приглашения, устроился с другой стороны от настоятельницы и принялся рассматривать гномов с таким видом, словно решал, смягчить им приговор или не стоит.

– Очень просто, – наконец заявил Иридос, – я подсчитал всю прибыль, которую вы получаете в виде процентов за займы и от потерявшихся владельцев больших счетов, и выяснил, что на эти деньги можно построить целый город. Значит, все ваши расходы на этот дом давно окупились и он принадлежит нам, клиентам, которые приносят сюда деньги и дают вам возможность на них зарабатывать.

– Попробовали бы вы сами так заработать, – едко фыркнул гном, сидевший справа от главы банковской гильдии, и Иридос немедленно уставился на него с очень недоброй заинтересованностью.

– Вы предложили мне хорошую идею, – произнес он очень задумчиво, и главный банкир вдруг начал бледнеть. – Я над ней подумаю. А сегодня желаю предложить вам не менее выгодную сделку… и от того, насколько серьезно вы к ней отнесетесь, зависит мое решение по первому вопросу.

– Мы слушаем, – заторопился приступить к делу глава гильдии, – говорите.

– Пропал человек. Не просто человек, а очень хороший человек и маг. В его судьбе заинтересованы правители всех ближайших стран и плато магов, а также лично я, магистр Иридос ди Тинерд.

– И я, Тмирна, настоятельница монастыря Святой Тишины, – негромко, но веско добавила монахиня.

– Я, герцог Олтерн аш Эфройский, тоже очень желаю видеть этого человека живым и невредимым, – холодно отчеканил советник ардагского короля.

– И кто это?

– Бывший маг портальной гильдии Сегрин, – жестко уронил Иридос.

– Но он не человек! – не сумел сдержать возмущения глава гильдии.

– А кто? – кротко поинтересовался Иридос, и Тмирна заинтересованно на него покосилась, этот маг изрядно отличался от всех, кого она встречала раньше.

– Он полукровка!

– А полукровка не человек? – наивно удивился маг, и Тмирна поторопилась состроить самое невозмутимое выражение лица.

– Он сын гнома! – значительно заявил сидящий рядом с главой гном с седыми бровями.

– Неужели этот гном был нечистью?

– Он не был человеком… – как-то неуверенно произнес старик.

– То есть ты утверждаешь, что гномы – это нечисть?

– Гномы – это гномы! – попытался закончить спор глава, но мага это не устраивало.

– И все?! По принятому всеми странами нашего континента уложению, все расы делятся изначально на людей и нечисть. К людям принято относить всех разумных существ, которые могут логично рассуждать и объяснять другим свои желания и чувства, не охотятся на себе подобных и других людей и способны на совместное потомство. Там и перечень есть: просто люди, дроу, маги, люди-оборотни, люди-гномы, люди-русалы и люди-эльфы. А к нечисти относятся скальники, полуденницы и болотницы, выпни, кикиморы и каменные оборотни, и все эти существа признаны опасными, кроме древней, фей, леших, погорянок и троллей. Так к какой расе относятся гномы?

– К человеческой, – нехотя буркнул главный банкир. – Но…

– Никаких «но», – безапелляционно отрезал Иридос. – Кроме того, что и у гномов, и у людей дети наследуют расу отца, по упомянутому уложению Сегрин человек. И никакому сомнению это больше не подлежит. И потому у меня деловое предложение: вы немедленно сообщаете нам, в каком клане у него родня, где его дом, и получаете за это право еще десять лет не принимать в свою гильдию банкиров из других родов. Например, оборотней и магов. И еще забыл сказать. Пока мы с вами выясняли, к какой расе относится Сегрин, мои поисковики нашли и опечатали в подвалах этого здания все сундуки с золотом, потайные проходы в пещеры и все ваши книги. Как вы знаете, меня уже не раз пытались обмануть управляющие ваших банков в различных городах. Поэтому я сам желаю проверить, сколько золота и ценностей осталось маленькой Чиле в наследство от ее бабки и матери. Мне не нравится, когда обманывают сироток.

– Какой… Чиле? – Глава гильдии побелел, и его губы затряслись.

– Дочери оборотня Голона, известного как контрабандист Голон, и мошенницы Зоралды, выдающей себя за ведьму. Хотя ковен ведьм изгнал ее мать с позором еще полста лет назад за обман своих подруг и воровство сильного артефакта, подаренного магом плато одной из ведьм в благодарность за помощь.