Выбор принцессы - Первухина Александра Викторовна - Страница 78

В это время из ворот показалась Эра в своем неизменном черном наряде, отличающемся от материнского только формой серебряного пояса на талии, и Эфа позволила себе слегка расслабиться. Ритуал проходил по всем религиозным канонам, и никто из присутствующих не знал, что ценой этого безмятежного торжества стала серьезная уступка Императрицы высшим церковным иерархам. Эфа яростно оскалилась под капюшоном, закрывающим ее лицо, с трудом сдерживая бешенство при мысли, что ей пришлось уговаривать кучку слишком много возомнивших о себе фигляров, и не просто уговаривать, а еще и платить за возможность провести помолвку так, как положено. И все только потому, что в законодательстве Империи существовал опасный пробел: все акты гражданского состояния от рождения и до смерти регистрировались церковью! Если в большинстве других стран демарш первосвященников вызвал бы только общественный резонанс, но никак не повлиял бы на планы будущих супругов, которые просто оформили бы свои отношения в ближайшем гражданском отделе регистрации подобных событий, то в этом Сааном проклятом государстве, которое досталось ей не иначе как в наказание, отказ священника провести ритуал помолвки нельзя было обойти.

Пока нельзя. Императрица снова почувствовала беспокойство своего мужа и постаралась взять себя в руки. Не стоило демонстрировать окружающим обуревающие ее эмоции, в конце концов, такие всплески чувств можно толковать двояко, и многочисленные журналисты, присутствующие на церемонии, не преминут выбрать самое неподходящее для нее объяснение. Однако под тканью губы сами собой изогнулись в предвкушающей улыбке, которая повергла бы первосвященника в ужас, если бы он только смог увидеть ее. Эфа планировала сполна посчитаться с людьми, воспользовавшимися непростым положением, сложившимся в Империи, и прискорбным пробелом в ее законодательстве, а заодно и исправить недочет своих предков таким образом, чтобы не вызвать возмущения простых граждан. Очень скоро и в этой стране, как и в большинстве других известных ей государств, церковь станет только культурным институтом, никак не связанным со светской властью и не имеющим никакой реальной возможности повлиять на ее решения. Скоро человек, посмевший ставить ей условия, пожалеет о своей самонадеянности, и никто не сможет доказать, что этот кризис случился по ее приказу. Императрица довольно оскалилась. Иногда старый обычай посещения семьи, из которой наследник или наследница трона берут супруга, может оказаться очень кстати. Действительно, лучше, чтобы подобные события происходили во время ее отсутствия в стране… В следующее мгновение Эфе пришлось отвлечься от своих планов мести и обратить внимание на церемонию. Творилось что-то непонятное.

Эра бесстрастно отвечала на вопросы первосвященника и казалась абсолютно спокойной, но человек все равно с трудом держал себя в руках. Он непроизвольно пытался отодвинуться от принцессы, словно ожидал внезапного нападения с ее стороны. Императрица нахмурилась и ощутила, как рядом напрягся Рейт. Что задумал этот скользкий священник? Неужели провокация? Эфа потянулась к Хизе, пытаясь найти женщину-диина в мешанине человеческих сознаний на площади, но вместо этого уловила странные отзвуки эмоций на помосте. Знакомых эмоций… Первосвященник громко объявил помолвку заключенной, и она расслабилась. Дело сделано. Эра с Сейналом спустились с помоста и спокойно прошествовали по ковровой дорожке к парадным воротам дворца, оставив служителя церкви в одиночестве вытирать пот на церемониальном возвышении. Пора было отправляться в тронный зал на празднование. Императрица поднялась из кресла, насмешливо взглянула на перепуганного человека и ухмыльнулась про себя. Первосвященник, сам того не подозревая, послужил учебным пособием для принцессы, совместившей приятное с полезным: с одной стороны, она заставила своего врага пережить несколько неприятных минут, а с другой – окончательно освоила нелегкую науку вызывать нужные ей эмоции в сознании людей, причем избирательно. Девочка взрослеет, и очень быстро! Что ж, тем лучше. Эфа почувствовала, как ее локтя коснулась рука Рейта, и повернулась к нему, осторожно накрывая его ладонь своей. Предстояло еще много сделать для того, чтобы дорогие ей люди могли жить спокойно, не опасаясь заговоров и нападений, но она не собиралась отступать…