Мой идеальный смерч. Дилогия (СИ) - Джейн Анна - Страница 293

А Ольга тут же осторожно, настороженно оглядываясь на парня и боясь, как бы он повернулся и не заметил ее, отошла за колонну — чтобы Никита не видел ее. Какого черта он тут делает? Он же писал ей, что уехал. Следит за ней? Заподозрил что-то насчет Димы? Но как он узнал?

По позвоночнику девушки медленно, цепляясь друг за друга, поползли мурашки, но она почти тут же вспомнила, что, судя по расплывчатым рассказам Игоря, сегодня на «Вечере жизни» вроде бы будут брать Андрея Марта — старшего брата Ника. Игорь, рассказывая давней подруге обо всем этом, даже и не предполагал, что Князева знакома с братишкой Марта. Он случайно упомянул об этом, когда рассказывал о Смерче и обо всем, что с ним случилось, в то числе и об охране Маши Бурундуковой.

«Наверное, Ник встретиться тут с братом, — подумала отстраненно Ольга. — А мне что делать? Прятаться, чтобы он меня не увидел?»

Раздумывая, она провела ладонью по шероховатой поверхности колонны. Подумать только, еще недавно за подобной колонной в Торговом центре прятались, как дети, Смерч и его Чип, следя за ней и Никитой, а теперь она сама занимается «слежкой». А это даже забавно — прятаться от кого-то, пусть даже и в одиночестве. Машинально потрогав прохладный камень в одной из бриллиантовых серьг, Ольга вновь осторожно выглянула из-за колоны. К ее огромному удивлению, которое быстро переросло в восхищение, к Нику подошла облаченная в черное маленькое платье девушка со светленьким прямым каре, которое раньше таскала Маша и сама Ольга, решившая ее копировать. Никита покровительственно взял ее под руку.

«Его сестра? — подумала Оля отрешенно, наблюдая за Кларским и его девушкой. — Тоже светловолосая. Но вроде бы они непохожи».

Никита тем временем доказал Ольге, что девушка в черном платье — вовсе и не его сестренка. Потому как совершил совершенно не братский поступок. Он наклонился к ней и неспешно поцеловал — просто коснулся губ губами — ничего особенного не делал, а после обнял за плечи, но Ольге хватило и этого. В ее голове ритмично застучали отбойные молоточки — вот она, удача! Она увидела Никиту Кларского с другой!! Он — с другой! Значит она, Оля, больше ему не нужна! И ей больше не стоит опасаться Ника, изобретать всевозможные способы расставания с ним, бояться, что он что-то сделает с ее любимым парнем — Димой. Все, этому конец! Кларский нашел другую жертву!

Конечно, ее женское самолюбие в какой-то степени потерпело крах — ведь Ник так часто говорил, что любит ее, отвешивал изящные комплементы, дарил подарки и вообще, делал для нее все, что она просила (даже не приставал ни разу все это время, потому как Ольга намекнула Никите, что не потерпит такого!). И, получается, врал. Но, с другой стороны, Оля чувствовала себя, как крестьянин древней Руси, узнавший, что зловредное Иго больше не будет собирать с него непосильную дань.

Решение проблемы само собой пришло в светловолосую голову — словно кто-то шепнул его прямо Ольге в уши. Она, выдохнув, вышла из-за колонны, моля весь свой актерский дар о том, чтобы он верно и правдиво сыграть ей очередную роль. Наверное, одну из самых главных в ее жизни.

Никита, не отпуская плеч девушки, продолжал стоять в том же месте. Изредка он поглядывал на часы, словно что-то ждал. Девушка в черном платье молчала и с немым восхищением осматривала все вокруг. Кажется, в подобном месте она была впервые.

«Прости, девочка, но я должна буду это сделать», — подумала Ольга, сочувствуя незнакомке. И что она нашла в этом бандите? Неужто влюбилась? Или сама такая же? Но как бы то ни было, Ольга решила до последнего бороться за свое счастье — счастье с Димой. А для этого ей нужно было избавиться от Никиты, которого девушка продолжала бояться.

«Проклятый Укроп», — думала Ника, ступая на высоченных шпильках следом за Никитой. Сегодня он одет был в строгий модный костюм-тройку и не походил внешне на тупого хама с бандитскими замашками. Напротив, он так преобразился, что казался интеллигентным симпатичным мальчиком с мажорскими замашками. Возможно, если бы Ника не знала истинное нутро Кларского, в этом элегантно-дорогом, но не кричащем обличие она приняла бы его за одного из лучших представителей сильного пола. По крайней мере, в радиусе пары километров. Но девушка прекрасно знала, что Никита собой представляет. Да, она до сих пор соблюдала условия их контракта — притворялась его девушкой. Ника, правда, не совсем понимала, зачем Укропу понадобился этакий цирк, но пойти на попятную уже не могла. Ник бы не позволил этого сделать. Все-таки он был достаточно жестким мальчиком.

— Никит, можно чуть-чуть помедленнее? — взмолилась она, не поспевая за длинноногим парнем. Он, как и почти всегда, держал ее за руку. Чтобы точно было понятно, что они — пара.

— Одни проблемы, — процедил тот сквозь зубы, но шаг убавил.

Он в очередной раз заставил Нику пойти вместе с ним. Правда, не в клуб и не в очередной идиотский бар, а в крутой ресторан на вечер для богатеньких. Зачем им туда нужно было идти, и как Никита достал пригласительные на это торжество, Ника понятия не имела. Лишние вопросы она ему старалась не задавать. Девушка поняла, что рядом с этим мрачным светловолосым типом лучше всего молчать, как бы сложно это не было, и все, что она могла себе позволить — это шептать внутренним голосом посвященные Кларскому ехидства и проклятия, которые изредка складывались в ее голове в стихотворные формы. Например, в такие: «Наш Никитка злиться, чтоб тебя, тупица!» или такие: «Как с тобой я уже заканалась, чтоб тебе ведьма в герлы досталась». Иногда она строила в спину Нику злобные рожицы или показывала неприличные жесты — как тогда, когда высунулась в окно подъездного пролета. Однажды он едва не заметил один из таких характерных жестов, правда, Ника вовремя сделала вид, что чешет шею, и Никита, прищурено на нее посмотрев, отвернулся. Ей показалось, что его плечи дрогнули, словно он сдерживал смех, но девушка подумала, что Укроп, если бы реально увидел это, он бы ей вмазал, а не ржал бы.

А еще пару раз Ника, скуки ради, рисовала всякие миниатюрные и смешные шаржи, посвященные Никите. На плотных листах бумаги он выглядел то якобы саркастически ухмыляющимся бабуином с огромными бицепсами и трицепсами, на которых росли редкие длиннющие волосы, то скособоченным сморчком со впалыми щеками и поучительно поднятым верх указательным узловатым пальцем, то большемордым уродцем с кривыми ножками и густой россыпью прыщей всех цветов и размеров, на мощных плечах которого виднелись золотые купола. На удивление, в каждом таком миниатюрном рисунке Нике удавалось верно передать некоторые черты лица Никиты или его жесты. И рисуя очередного маленького Никиточку, Ника только злобно ухмылялась, припоминая тот или другой его плохой поступок.

Сегодня утром девушка, отдыхающая от учебы, но пребывающая в постоянно напряжении из-за странной связи с Кларским, сидела на полу в своей комнате и цветными мелками рисовала на плотном куске ватмана еще одного Никиту — в виде собаки-улыбайки с его лицом, старательно гадящей под шикарный зеленый куст роз. В последнее время этот дурень куда-то пропал, не звонил и не говорил командным голосом, куда они с ним пойдут в очередной раз, и девушка поймала себя на мысли, что ей чего-то не хватает. Вернее, кого-то. Наверное, именно поэтому Карлова и стала рисовать эту картинку. Дома никого не было — родители вновь уехали на дачу и обещались быть вечером.

Ника почти закончила рисовать последнюю розу на кусте, как затрезвонил ее мобильный телефон. Девушка тут же легко вскочила на ноги, думая, что это звонит ей ее давняя подруга, которая должна была пригласить Нику на шашлыки. К шашлыкам прилагалась хорошая компания, на одну треть состоящая из незнакомых Нике парней, которые, по словам подруги, были прикольными. Это действительно была подруга.

— Ник, мы за тобой подъедем к двум часам. Будь готова. — Сообщила она девушке. — Парни на двух тачках будут. Они у нас хорошие, все сами закупили, так что повеселимся. Тут один такой милый есть, он тебе точно понравиться!