Мой идеальный смерч. Дилогия (СИ) - Джейн Анна - Страница 271

— Неудачник. Да что ты знаешь, какая я? Нет, ты не обижайся, но таких, как ты, я всегда считала неудачниками. — Она похлопала парня по напрягшимся плечам. — Вот чего ты достиг, Чащин? О, Боже, у тебя даже фамилия глупая. А ничего. Ты занимаешься ерундой, играешь в КВНе, увлекаешься футболом, но никогда не станешь профи, учишься кое-как, общаешься с такими же недоумками, как и ты. Ты не перспективный. Ты не красавчик. Ты не гений. Ты — никто. Незаметная вещь. Без будущего. У тебя даже девушки нет. И тачки. А ты ведь знаешь, что девочки клюют на тачки?

— Да ты просто психолог, — отозвался молодой человек все тем же спокойным тоном. Внутри у Димы все почернело от ярости, но на лице его была все та же беспечная улыбка. «Она пьяна, она не понимает, что говорит, не слушай ее», — кричали ему искры, заставляя успокоиться разбушевавшееся сердце.

— Психолог, о, это так, — отозвалась Ольга. — Скажи, я красивая?

— Ну, красивая. И?

— Внешность — это так важно. И это такая игрушка, — коснулась своей ключицы девушка. — С ее помощью можно прожить две жизни. И, кстати, Чащин, — нет, все же твоя фамилия меня убивает, — Чащин, если начнешь распространять слухи обо мне в своей компании весельчаков, тебе несдобровать.

Она всплеснула руками, вытянула вперед длинные стройные ноги, которые были обуты в дорогущие туфельки со шпильками, и просто перестала замечать Димку. Тот перевел взгляд на стеклянную стойку бара, закусил губу, сам себе приказав не реагировать на хамку.

— А-а-а, где нормальные парни в этом клубе? Один ширпотреб. Бармен, когда будет моя «Хиросима»?

Димка встал, кинул на стойку крупную купюру и кинул бармену:

— За коктейль девушки. Сдачи не надо.

Тут с уважением кивнул. Слышал разговор этих двух и мысленно прикинул, что парень — молодец, достойно ответил зарвавшейся малышки с повадками стервы с плохим прошлым. А Оля уже переключилась на другого молодого человека — очень симпатичного, и, кажется, обеспеченного. По крайней мере, бриллиантовая серьга в его ухе и дорогие часы на запястье говорили это яснее ясного.

Чащин не оглядываясь, но слыша смех Князевой, ушел к друзьям, отдыхающим на диванчике, потерпел немного флирт какой-то девушки, потанцевал с ней, выпил еще немного пива с парнями, и когда уже собирался ехать домой с проснувшимся именинником Женей, стал свидетелем сцены, которая перевернула жизнь пары человек.

Около холла, ведущего к выходу, под ярый, но приглушенный стенами брейкбит, произошла короткая, но выразительная сцена. Дима и его нетрезвый приятель, которого он вынужден был поддерживать, чтобы тот не упал, стали свидетелями того, как к Оле Князевой стали приставать два высоких мощных парня, тоже нетрезвых.

— А ты хорошенькая. Эй, киска, пошли с нами, — поманил ее один из молодых людей.

— Развлечемся! — добавил второй и подмигнул Ольге.

— Мне уроды не нравятся, — рассмеялась девушка, тряхнув волосами. Ее шатало при ходьбе.

«Вот дура, на фиг она на них-то нарывается?», — подумал Дмитрий, глядя на мгновенно обозлившихся парней.

— Как ты нас назвала, сучка?

— Уроды. — Повторила девушка. — Вы реально страшные. А я ценю эстетику. У меня строгий внутренний… а-а-а, как его… фэйссс… фэйсконтроль.

— Эй, не надо, крошка, не нарывайся, — сказал поспешно Князевой ее молодой человек с серьгой в ухе. — Все хорошо! Парни, она пьяна, простите, а?

Его тут же послали на Марс чистить инопланетные горшки.

— А ты смелый, — кинула на него презрительный взгляд Ольга. — Козел.

— Твоя девка уже нарвалась, — прорычал обиженный парень. — А ну пошли с нами, малышка. Просить прощения будешь! Всю ночь.

И он, заржав, добавил еще пару непечатных выражений. А его приятель больно схватил Олю за руку. Девушка тут же закричала и попыталась вырваться, но тщетно. Ей грубо ответили и попросили заткнуться. Парень с серьгой моментально испарился, словно был волшебником с шапкой-неведимкой подмышкой. Ольга вновь что-то крикнула. На нее косились гости клуба, но никто не спешил помочь девушке. Многие проходили мимо. Кто-то отводил глаза, а кто-то и вовсе не замечал происходящего.

Димка, чувствуя себя главой всех кретинов на земле, оставил нетрезвого друга около стеночки и, глубоко вздохнув, отправился выручать Ольгу. Справедливость и защита женщин и детей были слабостью Чащина. Ну, или составной его характера. Он просто не мог видеть, как кого-то унижают или обижают, а о последствиях думал задним числом. Он бросился спасать ту, которая пару часов назад нагло нахамила ему. Через полгода он так же кинулся помогать незнакомке в кафе вместе со Смерчем. Просто потому что по-другому не мог. Так был воспитан матерью.

— Эй, мужики! Отпустите девушку! — крикнул он смело двум бугаям. Они остановились. — Она с вами не хочет идти.

Ольга большими глазами посмотрела на него. Ей не стоило сегодня так много пить. Но даже сквозь пелену алкоголя она чувствовала бешеную опасность.

— А ты еще кто, дятел развеселый?

— Еще один дружок этой шалавы?

— Я сказал, отпустите ее, — приблизился к Оле Дима и смело взял ее за другую руку, показывая всем своим видом, что отступать не намерен. Ее все же нехотя отпустили, и Чащин кивком заставил ее уйти себе за спину. Сердце у него бешено колотилось, а над головой застыл ореол ярости. Он чувствовал, что сейчас будет драка. Жесткая. По крайней мере, для него. А друзья на помощь не придут — они на танцполе, далеко.

— Тебе скучно, что ли? — нахмурился один из парней. — Приключений ищешь? Сейчас получишь, Nзапрещено цензуройN! А потом мы с твоей девкой поразвлечемся. Ты ведь хочешь этого, детка?

Оля только выдохнула, яростно стрельнула глазами на обидчиков, но промолчала. Да, ей нельзя было пить. Алкоголь делал ее агрессивной до невозможности. А она должна была оставаться милой и хорошей. Как сестра.

— Пошли, выйдем, поговорим, сопляк! Хрена ты тут выставляешься со своей телкой? Да ты знаешь, кто мы? — зарычал второй. Обстановка накалялась. А люди вокруг только смотрели.

— Пошли, — согласился Димка сквозь зубы, — давай, вали к выходу. Поговорим.

Дело не закончилось дракой, вернее, реальным избиением, только потому, что вдруг, откуда ни возьмись, вынырнула охрана клуба и увела нетрезвых бугаев с собой, не тронув Диму и Ольгу, так и стоявшую у него за спиной. Как только в холле утихомирились, народ стал расходиться. Шоу закончилось.

— Я вызвал такси, идем с нами, довезем, — не оборачиваясь, сказал девушке Чащин и подошел к другу-имениннику, который весьма плохо воспринимал действительность и базарил сам с собой. — Давай, Жэка, пошли.

— Нет, спасибо, — отказалась Ольга. — Я сама.

— Давай уже не ломайся, Князева, — устало отозвался Дима. — Они тебя опять увидят, и защитить тебя уже будет некому. А такси ждет около самого входа в клуб. А если ты такая гордая, что тебе западло со мной, неудачником, ездить в одной тачке, то ты дура. И у тебя нет инстинкта самосохранения.

Оля все же согласилась поехать с ними. И почти моментально вырубилась на заднем сидении такси, рядом с другим своим пьяным однокурсником — Димка сидел на переднем сидении рядом с водителем.

Сначала домой завезли Женю. Передав его с рук на руки недовольным родителям, которые, судя по всему, завтра решили устроить сыну прекрасное утро, Чащин попытался выяснить адрес у Ольги, но не добился от нее ни слова и, чуть подумав, повез к себе домой. Не бросать же ему было эту глупую притворщицу на улице?

В квартире, правда, была мама, которая очень удивилась, увидев на пороге единственного сына с девушкой на руках, и Дима, жутко стесняясь, сказал ей, что Оля — его одногруппница, которая пошла с ними в клуб на День Рождения Жени, а ее в шутку споили.

— Короче, мама, я не знаю, где она живет, поэтому привез с собой. Прости, что разбудил. Но я, правда, не знал, куда ее деть.

Елена Вячеславовна, которая была человеком спокойным и достаточно широких взглядов — может быть, на это повлияло то, что по профессии она была хирургом, лишь улыбнулась сыну.