Мой идеальный смерч. Дилогия (СИ) - Джейн Анна - Страница 206

— Э-э-э… да так?

— Точно. Хочу немного пообщаться с тобой, мой дорогой друг, — тонко улыбнулся ему Петр. За его спиной стояли двое охранников в черных строгих костюмах и с абсолютно непроницаемыми лицами.

— В смысле? — не понял бармен, но машинально слишком сильно сжал стеклянный бокал из-под виски. Петр тут же это заметил и остался доволен реакцией бармена. Он наклонился, опершись локтями о стойку и, не мигая, глядя своими синими глазами в лицо парню, произнес:

— Тут до меня доходят странные вести. Будто бы в нашем заповедном закрытом лесу среди волков и диких кабанов завелась одна нехорошая зверушка.

— Что? Что за зверушка?

— Обычная. Правда, про нее забыли упомянуть в Библии, когда рассказывали о Ноевом ковчеге. Я думаю, она забыла поблагодарить Ноя за спасение, и он обиделся на нее. — Поведал Петр бармену. — Но о ней все знают.

— Слушай, друг, что за бред? Что за зверушка-то? — Сглотнув, спросил беловолосый парень.

— Очень неблагодарная. Скотина. — Улыбнулся ему Петр, сказал что-то еще, но его голос был заглушен ударной дозой музыки.

Бармен дернулся.

— Иди за мной. Иначе они, — короткий взгляд на мощных охранников, — тебе помогут. Но в таком случае я не уверен, что у тебя будут целыми все кости.

— Да ты что-то путаешь, этого не было. — Старался оставаться спокойным бармен. — А если я уйду, кто вместо меня будет за стойкой?

— Он, — кивнул в сторону Петр, и из-за его спины появился другой бармен. Тоже светловолосый с точно такими же бирюзовыми глазами: оказывается, линзы входили в униформу барменов-ангелов «Рая».

— Лена-а-а? — очнулась в это время Лида. — Что это? Новый коктейль?

— Пей, дурочка, — обернулась на нее одноклассница. — Пей, тебе станет хорошо, и ты опять будет танцевать.

Лида приподнялась, сжала бокал ладонью и с интересом понюхала содержимое.

— Вкусно пахнет! — неожиданно громко объявила она. Музыка в это время на пару секунд почти затихла. — Карам… карамелькой!

На ее крик совершено случайно обернулся Петр.

Синие глаза сразу зацепили розовое платье и черные длинные волосы.

Он сразу узнал ее, странную девушку с серьезными глазами, которая чуть не попала под колеса его машины. Сейчас она, облаченная в розовое коротенькое платье, не слишком трезвая, разбитая, сидела за стойкой, около бокала с «Карри», коктейля жесткого, «отрывного», смешанного не с самыми слабыми наркотическими веществами. По сравнению с ним «Дымок» был почти безобидной газировкой.

Петр прищурился: хоть девушка и едва не попала под авто, но на наркоманку она не была похожа — он знал, как выглядят те, кто что-либо употребляет. Эта Лида явно была нормальной. А теперь сидела рядом с таким убойным коктейлем и называла его «карамелькой».

— Пей, детка, — говорила ее подружка, одновременно стоящая ему глазки. — И пойдем на танцпол. Нас там ждут мальчишки. Давай, допивая, милая.

Она явно подзадоривала темноволосую. Может быть, была одной из тех, кто бесплатно угощает знакомых и друзей запрещенными веществами, говоря об их безобидности, чтобы «приучить» их к наркоте, чтобы после самой бесплатно получать дозу. Может быть, просто хотела, чтобы подружка весело провела эту ночь. Может быть, считала, что по-другому в клубе веселиться никак нельзя.

— Хорошо, — медленно согласилась Лида.

— Возьмите его под руки, и проводите ко мне. Без лишнего шума, — сказал охране Петр, которому бармен уже порядок надоел. Этот парень-ангел продавал из-под полы не только самый разный алкоголь, но и наркотики, и, как сегодня от проверенных лиц узнал Петр, делился далеко не всей «нелегальной» выручкой, а проворачивал какие-то свои левые операции. Это Смерчинскому очень не понравилось, и он возжелал поговорить с идиотом по душам в своем кабинете и даже лично пришел за ним, хотя не любил спускаться вниз, в этот раздражающий шум, сплетенный из электронной музыки и криков полудурков, решивших хорошо оттянуться в «Алигьери». К тому же у молодого человека возникли реальные проблемы, намного покруче этой — кое-кто из своих стукнул, что менты начали копать под клуб. С «Венерой» они уже разделались — а ведь там тоже почти всю наркоту поставляли Пристанские. Петр «работал» именно с ними: и через азартные игры, и через запрещенные вещества. Поэтому в этот вечер парень был очень зол. И хотел разрядки. Воспитание бармена-кретина как раз обещало стать хорошей разрядкой.

Лида поднесла бокал к губам со слегка размазанной помадой и сделала первый глоток.

— Хм, жженная карамелька. — Произнесла она.

Нет, она точно не наркоманка.

И тут Петр сделал вещь, которая его самого потрясла до глубины души. Он подошел к девушке, отобрал у нее бокал и, держа наркотическо-энергетический напиток, сказал ей громко:

— Здравствуй, Лида.

Она медленно повернула на него голову и рассмеялась.

— Привет! Ты кто?

— Ты меня не узнала?

— Не-а. А-а-аа, ты тот, — Лидина рука коснулась рукава его льняного пиджака — теперь уже другого, темно-зеленого, и выдала. — Тот, кто хотел меня убить.

Все, кто сумел расслышать эту фразу, тут же повернули голову в сторону Петра. Тот поморщился. Девочка явно уже была «в кондиции».

— Можно считать и так.

Лида засмеялась, закрыв лицо руками.

— Но не убил. Ты довез меня до ре… ресто… рана. Да?

— Да.

У Лены вытянулось лицо. Она не могла поверить, что ее одноклассница знакома с самим Петром Смерчинским, владельцем этого заведения. И ездит с ним по ресторанам!

— Пойдем, — протянул черноволосой руку Петр. — Вставай и пойдем.

Ему почему-то не хотелось, чтобы эта высокая брюнетка влюбилась в те эмоции, которые дарили подобные напитки, заставляющие пробовать их вновь, и вновь, и вновь, со временем заставляя перейти уже на более сильные вещи, типа амфетаминов. Те, кто придумывали «наркотические забавы», умели делать хорошие деньги на одной из самых тяжких пагубных привычек человечества.

— Пойдем со мной, — вновь сказал ей Петр, собственно, не понимая, на фига ему нужна какая-то там странная высоченная девица, с которой он совершено случайно познакомился.

— Пойдем, — вдруг согласилась Лида и с трудом встала, держась за руку молодого человека в очках. — Отдай? — попросила она, глядя на коктейль. — Он вкусный.

— Пойдем со мной, и там отдам, — серьезно пообещал Петр ей и чуть насмешливо сказал ее подружке. — Девушка, вы бы получше следили за своей подругой. Ей не стоит пить это.

— А? Да… Она сама хотела… А вы хорошо знакомы с Лидочкой, да?

— Да. — Сказал неправду Смерчинский. — Ну, Лида, пошли.

Она была выше его, и ему неожиданно понравилось это, хотя раньше он предпочитал девушек ниже его ростом, маленьких и хрупких.

Петр аккуратно обнял ее за талию и, уже было, повел за собой, беспомощную и беззащитную.

«Дебил, ты что творишь? Ты думаешь, это умный поступок? Безумно умный. Эта черноволосая мисс могла бы стать одной из тех, кто приносит тебе деньги. А ты отбираешь у нее „Карри“. Или ты стал меценатом и добрых дел дядюшкой? Какая тебе разница, пусть пробует, что угодно и пусть будет кем угодно. Ты просто должен делать деньги. Не согласен? Вот же последний кретин», — издевающимся тоном говорил ему внутренний голос. Но Петр отмахнулся от него. Касаться этой девушки было чертовски приятно. Особенно зная, что, несмотря на то, что она выше, ты — сильнее.

В это же время бывший парень Лидии решил заказать пару коктейлей и вместе с другом, смеясь над чем-то, направился к барной стойке. Лиду, с трудом стоявшую на ногах в объятиях какого-то не слишком высокого скользкого типа-мажора Женя узнал сразу. Он никогда еще не видел свою девушку — черт, свою бывшую девушку, в таком состоянии, и был порядком удивлен, а потом даже испугался за нее. Она никогда не была такой пьяной. Да и не позволяла левым парням прикасаться к тебе. А в том, что Петр был левым, Евгений был уверен. Он не верил Лиде, что у нее кто-то там есть. Она была ему верна — сто процентов.