Мой идеальный смерч. Дилогия (СИ) - Джейн Анна - Страница 136

Четверо на четверых куда справедливее, чем четверо на троих, не так ли?

По крайней мере, так считал сам Кларский. Он видел, как Дэн и Дима продолжают препираться с парнями в брутальном то ли рокерском, толи «металлическом» прикиде. Ник не слишком сильно разбирался в субкультурах, да и вообще не слишком любил их многочисленных представителей. Однако первому по лицу двинули почему-то не им, а скромно молчавшему парню в очках — да так, что он упал на асфальт под вопли девчонок, путь которым до сих пор преграждал еще один парень в кожанке.

На самом деле Никита Кларский с детства ненавидел драки.

Ника во все глаза смотрела на начинающуюся драку. Она уже, было, вылезла из автомобиля, как в светлом салоне «Джипа» зазвонил телефон. Девушка машинально взяла его, не отрывая взора от того, как один из высоченных парней с длинными волосами сцепился с незнакомым ей парнем, вышедшим вместе с Дэном, и как последний тут же, и сам защищаясь от противника, бросился на помощь другу.

— Никки, — раздалось в трубке раздраженное и грубоватое. — Ты где, придурок? Все в «Венере» сделал? Уладил траблы, олень?

— А? — проговорила Ника в трубку. — Вы кто?

— А ты кто? — мигом насторожилась трубка.

— Я — Ника.

— Оу, да хоть Петунья Васильевна, — хохотнул обладатель грубоватого голоса. — Где Ник, девочка-припевочка?

— Драться ушел только что, — честно призналась девушка, видя, как Ник подбегает к компании любителей решать дела при помощи физической силы, и с ходу умудрился повалить одного из рокеров, с ноги ударив другого. Двигался он на удивление грациозно, как тигр, попавший в засаду к охотникам.

— На стрелку что ли? — удивилась трубка и грязно выругалась. — Где?

Ника послушно назвала адрес, глянув на угол ближайшего пятиэтажного здания. Хотя она и сидела в машине, ей все равно было страшно.

— Обалдел малой, уже в центре разборки устраивает, — зло произнес молодой мужчина. — Тут ребята поблизости есть, через пару минут подкатят, подсобят. Эй, девочка, — вдруг позвал он Нику, которая совсем не понимала, что происходит. Голос его стал мягче. А интонации обольстительнее, как у притворившегося котенком тигра.

— Что?

— Ты подружка малого?

— Чья подружка?

— Никки, чья. Он обычно ба… женщинам свой телефон в руки не дает, значит, ты его подруга. Я ведь знаю, что у него в последнее время кто-то появился. Как бы он не скрывал это от меня, — голос даже потеплел от чего-то и показался девушке интересным. — Не бойся, хочу с тобой познакомиться. На неделе организую.

Ника пробовала протестовать, но незнакомец бросил трубку. Она выбралась из машины, не выпуская из пальцев пиджак Ника, громко хлопнула дверью и зачем-то помчалась к месту основных действий, видя на лицах некоторых из участников нежданной драки кровь.

Никита, фаталист с задумчивым взглядом и руками со сбитыми костяшками, хоть и верил в Судьбу, но никак не мог предполагать, что она преподнесет ему один забавный сюрприз. О том, что его старший брат желает познакомиться с его первой официальной избранницей, парень узнал только в тот самый момент, когда этот самый брат привез Нику к ним домой. Произошло это почти через неделю.

— Не ходите за мной, посидите за своим столиком. Я сам во всем разберусь, — сказал Дэнни Инге и Ивану. Девушка, которая хотела пойти обличать подлую Машу вместе с братом, возмутилась, но Иван, глянув на серьезного и немного потерянного друга, взял ее за руку, оттащил за столик и даже заказал ей еще мороженое.

Ревность улыбнулась жутковатой улыбкой и взяла Дэна за руку. Они беззвучно подошли к нужному столику, оставив позади нервную Ингу и нахмурившегося Ивана, которым было действительно жаль друга, и остановились в паре метров от Чипа и Чащина.

А они не видели темноволосого и его полупрозрачную безумную спутницу, болтая о чем-то своем, когда как сам Смерч мог наслаждаться довольно милой картиной. И со стороны они действительно казались парой: парень в стильной одежде и доброй, искренней улыбкой, находившийся напротив веселой симпатичной девушки в лазурно-голубом одеянии, открывающим стройные ноги и точенные, еще не загорелые, плечи.

Маша сидела в полуанфас к Дэну, не замечая его и болтая ложечкой в вазочке с растаявшим мороженом. Косметика, украшения, милая прическа, босоножки — все это Дэн впервые видел на этой взбалмошной девчонке, которая частенько напоминала ему подростка. Она вела себя, как большой ребенок, и он старательно подыгрывал ей, потому что так было намного проще общаться. А как и с кем нужно правильно общаться знал, наверное, не сам Дэн, а его подсознание, или, может быть, гены и ДНК.

Молодой человек, не отрываясь, с внезапно нахлынувшей из солнечного сплетения нежностью, не слишком ему свойственной в последние пару лет, зачарованно смотрел на обладательницу голубого платья. Казалось, новый образ придал девушке изящество, которое раньше можно было принять за спортивность, задорность и в то же время кокетливость. Не явное и пошлое, присущее многим представительницам слабого пола, а то самое, которое так ценил в девушках Дэн: очаровательное, может быть, слегка неумелое, легкое, похожее на касание, взмахивающей крыльями, бабочки.

К тому же цвет платья пробуждал в душе Смерча давние, изумительные воспоминания, которые многие посчитали бы сентиментальным идиотизмом, а сам Денис бережно хранил. Ланде говорил ему, что он похож и на Петрарку, и на Данте — но не умением складывать божественные рифмованные строки, а умением ожесточенно (отдавая всего себя, в первую очередь) любить — умением не модным, не актуальным, практически неприсущим сверстникам парня. Но все же имеющем место даже в нашем мире и в наше время. Лазурный цвет очень о многом говорил Дэну — так уж получилось.

Наверное, в его взгляде было что-то особенное. Бабушка с тремя внуками-близняшками, сидевшая за соседним столиком, только головой покачала, увидев немигающие глаза симпатичного парня с темными волосами, и сообщила невестке, с которой ехидно беседовала по телефону:

— Вот, Карина, послала ты нас с детьми в это твое хорошее кафе, а тут наркоманы. Какие наркоманы? Откуда я знаю, какие. Вероятно, разные. Тот, что передо мной стоит — красивый и молодой. Где остальные наркоманы? Ну, знаешь ли, дорогуша, я за ними не смотрю. Где судьба их разброса… А-а-а, вон они как раз сидят, — заприметила пожилая женщина пятерых шумных молодых людей очень и очень неформального вида, сидевших в дальнем углу синей зоны. — Увидела. Другие, Карина, наркоманы волосатые, в кожаных отвратительных одеждах и мерзкие с виду. Мы сейчас с детьми докушаем и пойдем в музей Естествознания. Хоть бабушка займется их воспитанием. И больше мы в это твое «Чудо» ни ногой.

Дэн не слышал разговор почтенной леди в возрасте со своей невесткой. Он до сих пор не мог заставить себя отвести взгляд от Бурундука. Нет, Чипа. Вернее, Марии. Его девушки, в конце концов! А почему бы и нет? Он постоянно думает о ней, и хочет проводить время с ней, а, не с…, скажем, Никой. К тому же все вокруг, включая собственного деда, думают, что он влюблен в Бурундучка.

Но почему она сегодня так выглядит? Специально для несчастного влюбленного, а это не было огромной тайной для проницательного Смерча? С каких пор девочка одевается, как на лучшую и самую ожидаемую вечеринку в городе ради одногруппника, которого раньше не замечала? А что не замечала — Денис был уверен. Для нее существовал иллюзорный Ник, а потом появился он сам, господин Д.О. Смерчинский, во всей своей красе и вооруженный всем своим харизматическим убойным набором.

Ей совершенно точно нравилось прикасаться к нему (вчера Бурундучок вцепилась ему в плечи так сильно, что Дэнни стало немного больно, но все равно было невообразимо приятно чувствовать ее руки на себе) и нравилось целовать — парень это не просто чувствовал, он знал это. И сейчас бы он был не прочь забрать преобразившуюся девушку с собой и махнуть с ней куда-нибудь: на берег реки, или к нему домой, или в тот же отель. Уж тогда бы он точно не стал отвлекаться на телефон.