Кондор. Дилогия (СИ) - Семенов Сергей "Ssereys" - Страница 154

В одном из кресел сидел вполне живой и даже довольно здоровый человек в таком же, как у Артема, костюме и, неотрывно глядя на экран монитора, бегло стучал по клавишам. Периодически он делал какие‑то пассы в воздухе, и тогда информация на экране менялась, открывались новые окна, в которых ползли столбцы цифр или отображались какие‑то данные. Артем не понимал ровным счетом ничего. Язык был ему совершенно незнаком. Впрочем, вполне возможно, что окажись отображаемая информация на русском, он воспринял бы все точно так же. В конце концов, он ведь журналист, а не ученый.

Человек, сидящий за компьютером, был так увлечен работой, что даже не заметил гостя. В растерянности потоптавшись пару секунд, Артем решил, что бессмысленно торчать в дверях и пора бы дать о себе знать Хотел было кашлянуть в кулак, но почему‑то посчитал это слишком глупым.

– Простите, – произнес он в итоге.

Человек за компьютером вздрогнул, резко обернулся и уставился на гостя. Ничего хорошего в его взгляде Артём не увидел. Но делать преждевременных выводов не спешил. Тем более что у него возник новый приступ дежавю, на сей раз связанный с лицом человека. Оно показалось ему смутно знакомым, однако связанные с этим лицом воспоминания, которые всплыли было в памяти, оказались такими размытыми, что ничего определенного так и не вспомнилось.

– А, Кондор… Оклемался? Честно говоря, не ожидал, – спокойно проговорил человек, продолжая пристально разглядывать Артема. Словно ждал чего‑то.

– Я вообще‑то не Кондор, – неуверенно промямлил Артем, которого уже начали одолевать сомнения – тот ли он, кем себя считает. – Меня зовут Артем Ливагин.

– Артем? Интересно. – Человек на секунду задумался. Затем на его суровом лице появилась легкая улыбка. Уловив тень недоумения в глазах собеседника, он пояснил: – Интересно, говорю, с вами, дерапсатиками. Ну Артем так Артем. Будем знакомы. Я Мирт.

– Очень приятно, – машинально отозвался Артем. – Простите, а вы не подскажете, где я?

– Не сейчас. – Моментально потеряв интерес к собеседнику, Мирт уткнулся в монитор и принялся барабанить по клавишам.

– Там, в коридоре девушка. Раненая…

Мирт снова повернулся, мрачный и настороженный.

– Раненая? Как она? Она что‑нибудь сказала? – спросил он.

– Ей очень плохо. Просила найти вас. И еще что‑то говорила про Кондора и этого… Нохта…

Человек заулыбался:

– Кондора, говоришь… Эк тебя вывернуло. Ты что, правда совсем ничего не помнишь? – спросил он.

– А что я должен помнить? – поинтересовался Артем.

– Неважно. Раз не помнишь, то и неважно. Ты посиди тихонько пару минут, пока я закончу, а потом пойдем помогать твоей девушке, – явно успокоенный, попросил Мирт и вернулся к работе.

– Может, сначала к ней? Ей очень плохо, – неуверенно пробормотал Артем.

– Потерпит. А мне некогда. Спешить надо, – отмахнулся Мирт. – Сядь и не мельтеши. Только не трогай ничего.

Артем в растерянности уселся в соседнее кресло. Посмотрел на экран, по которому вяло ползли строки информации на непонятном ему языке. Ситуация складывалась странная. Он понимал, что чего‑то не понимает. Но чего, было непонятно. В общем, полный бред.

– Можно вопрос? – спросил он.

– Задавай, – не отрываясь от работы, буркнул Мирт.

– Что случилось со всеми этими людьми?

– Трудно сказать, – неуверенно ответил Мирт. – Скорее всего «эффект стерилизации». Когда произошел сдвиг мерности, стабилизаторы включились не сразу, а с задержкой в несколько секунд. Оборудование уцелело, даже программы не слетели, а вот органика пострадала. В радиусе действия стабилизационного поля произошла статическая перегрузка… – Мирт посмотрел на Артема с жалостью. – Короче, все умерли. Мгновенно. Даже бактерии.

– А это не опасно для нас?

– Нет. Это случилось очень давно. И больше уже не повторится. Поле стабильно. А теперь сделай одолжение, не мешай мне.

– Последний вопрос. Я могу здесь телефон найти? Мне бы позвонить…

Мирт рассмеялся. Весело, от души. Покачал головой, но так ничего и не ответил, уткнувшись в монитор. Артем понял, что больше на его вопросы ответов он пока не получит. Пришлось просто сидеть и ждать, зная, что где‑то наверху умирает оставленная им на произвол судьбы девушка, которой он ничем не мог помочь. Знать бы, где можно найти Нохта и Кондора. Может быть, они смогли бы помочь…

Несколько минут Мирт молча стучал по клавишам, затем резко встал, подошел к соседнему монитору, за которым сидел мумифицированный лаборант, беспардонно вытряхнул его из кресла и, усевшись, продолжил работу. Тело упало на пол со звуком трухлявого полена. Артема передернуло, но он промолчал. Все происходящее продолжало напоминать дурной сон. Очень хотелось проснуться. Или хотя бы понять, что происходит!

Неожиданно Мирт сделал в воздухе несколько пассов левой рукой, гул, до этого слабый и ненавязчивый, доносившийся откуда‑то из стен, усилился, а за спиной Артема вспыхнул свет.

– Что‑то… – Артем обернулся и обомлел.

Было отчего. Провал за стеклянной перегородкой теперь освещали тысячи ламп, позволяя наконец рассмотреть его во всех деталях. Гигантское поле, стены которого, едва различимые, терялись вдали, покрытое слоем темно‑голубой массы, больше всего похожей на жидкую глину. Но поразило Артема не само поле, а бесконечные ряды торчащих вертикально толстых металлических стержней, окруженных растущими прямо из глины голубыми кристаллами, похожими на стеклянные карандаши. Миллионы, миллиарды, триллионы кристаллов практически одинаковых по форме, но разных по высоте. Огромная плантация!

Ошеломленный увиденным, Артем встал со своего места, подошел к стеклянной перегородке, всмотрелся. В мозгу что‑то робко шевельнулось. Ударило откуда‑то изнутри. Артем вдруг почувствовал, что его мозг пытается вспомнить что‑то очень важное, но никак не может пробиться сквозь плотную пелену забвения.

– Что это? – прошептал он. – Что это такое, Мирт?

Мирт молчал, увлеченный своим делом.

Или просто не хотел говорить.

– Что это?! Отвечай! – Артем даже сам не понял, почему кричит, всматриваясь в бесконечное синее поле.

– Ризий. – Ответ пришел с неожиданной стороны.

Артем обернулся: У входа в зал стояли трое. Молодая девушка, невзрачная, хрупкая, бледная, перемазанная кровью, вяло сочащейся из‑под повязки на руке, поддерживающая под руку другую девушку, ту самую, которую Артем оставил наверху и которая чувствовала себя, судя по всему, уже гораздо лучше. Третьим оказался мужчина лет сорока, довольно потрепанного вида, сжимающий в руке подобие стеклянного кастета, который в данную минуту был направлен на вскочившего со своего места Мирта.

Ризий…

Снова ударило. Снова безрезультатно. Память, разбитая на фрагменты, никак не желала сливаться в единое целое, что позволило бы личности журналиста Артема Ливагина полностью взять ситуацию под свой контроль.

К сожалению, стоящие в дверях Тимс, Миала и Шарот не знали этого.

– Плантация ризия. Не так ли, мистер Ючино? – холодно проговорил Тимс.

– Сколько гостей сразу. Почти все собрались, – спокойно, без злости и раздражения проговорил Мирт и покосился на свою винтовку, стоящую рядом с креслом.

– Не советую, Мирт, – предупредил маркератор. – Я уже испытал «Темп» на твоем дружке Фарпрае. Даже не представляешь, во что превращается нейродеструктор в условиях сдвоенной реальности.

– Интересно было бы посмотреть, – по‑прежнему спокойно произнес Мирт.

– Посмотришь, если не отойдешь оттуда. – Тимс сделал шаг вперед, продолжая целиться в Мирта. – Отойди от пульта!