Криминальный пасьянс - Овчаренко Александр - Страница 64

– Что Вам от меня надо? – сухо осведомился лейтенант, пряча в карман удостоверение.

– Желательно любви и полного взаимопонимания, – серьёзным голосом произнёс незнакомец. – Хотя любовь можете оставить для своей подружки. Я ведь не зверь, всё понимаю: дело молодое, тело горячее, гормоны играют против нравственности и, как правило, выигрывают.

С этими словами незнакомец вытащил из заднего кармана брюк помятый конверт и небрежно бросил на стол, рядом с тарелкой недоеденного борща.

«Судя по форме, в конверте деньги, – догадался Игорь. – Возможно, доллары или даже евро. По всему видать зацепили меня люди серьёзные, и мелочиться не будут».

Но для виду спросил:

– Что это?

– Это аванс юноша. Берите, берите! Какая бы любовь ни была, она требует расходов.

– Сейчас Вы скажете, что мне надо выполнить сущую безделицу, после чего я получу ещё столько же, – усмехнулся Игорь, но конверт с деньгами взял и спрятал в нагрудный карман куртки.

– Ошибаетесь! По окончанию работы вы получите сумму, вдвое превышающую аванс, а сделать надо, как Вы правильно выразились, сущую безделицу. Для специалиста вашего уровня это пустяк. Вот номер компьютера, изъятого вашими коллегами несколько месяцев назад. Мне нужна вся информация, которая была на жёстком диске в момент изъятия.

С этими словами незнакомец протянул ему визитку.

– Борис Владимирович Мессер. Тренер по фитнесу, – вслух прочитал Лумпов.

– Для Вас просто Боря, – улыбнулся Мессер. – Номер компа на обратной стороне. Когда будете готовы, позвоните мне, телефон в визитке, и мы с Вами встретимся здесь же. Вас такой вариант устраивает?

– Мне, честно говоря, выбирать не приходится. Когда я Вам передам то, что Вы хотите, Вы от меня отстанете?

– Вам сказать правду, или то, что Вы хотите услышать? – вопросом на вопрос ответил новый знакомый.

– Понятно, – недовольно произнёс Лумпов и поднялся из-за стола.

… Через три дня на стол Эриха Крамера лёг диск, на котором была вся информация, хранившаяся в памяти компьютера покойного хакера. Крамер вызвал дежурного помощника и, дав короткое, но ёмкое указание, передал диск. Помощник взял диск, задумчиво почесал затылок, и, ни слова не говоря, удалился к себе в кабинет. К обеду вся информация, извлечённая из диска, была систематизирована и разложена по файлам.

– Хорошая работа, – скупо похвалил помощника Крамер, методично просматривая каждый файл. – А вот как раз то, из-за чего хакер лишился жизни, – произнёс Эрик и слегка кивнул в сторону монитора.

На мониторе был не просто расшифрованный текст старинного манускрипта, а хорошо обработанная и «разложенная по полочкам» информация. Покойный Вирус выделил в тексте жирным шрифтом те места, которые содержали особо важную информацию; названия населённых пунктов, имена и фамилии были выделены курсивом, а предполагаемый шифр банковской ячейки выделен красным цветом.

– Видите цифровой код? – не оборачиваясь к помощнику, спросил Эрих. – Срочно передайте его в Рим и попросите проверить версию с Романовскими миллионами. Предполагаемое место нахождение искомого депозитария – Лихтенштейн, – приказал начальник регионального отдела Центральной зоны подчинённому, и тут же словно забыл о приказе, углубившись в изучение какой-то справки. Но сделать такой вывод было бы большой ошибкой! Человек с внешностью тихони-отличника никогда и ничего не забывал.

«Бюро» умело подбирать руководящие кадры.

Глава 21

Поздно вечером в продуктовый супермаркет, который находился в центре Южно-Сахалинска, вошли трое молодых мужчин: двое были в чёрных кожаных куртках, надетых поверх спортивных одинаковых тёмно-синих костюмов с красными лампасами, а третий визитёр носил длинное чёрное пальто нараспашку и строгий тёмно-синий костюм.

Вся троица с независимым видом миновала охранника на входе, и не спеша поднялась по лестнице на второй этаж, где находились бухгалтерия и кабинет директора магазина. Посетители без стука вошли в кабинет, и молодой человек, путаясь в полах пальто, решительно направился к столу, за которым восседал директор – крупный мужчина тридцати пяти лет. Его толстощёкое лицо украшали очки в тонкой золотой оправе, которые постоянно сползали на кончик мясистого носа.

– Вы ко мне? – поинтересовался хозяин кабинета, удивляясь бесцеремонности посетителей.

– К Вам, Юрий Афанасьевич, – уверенно произнёс молодой человек и без приглашения уселся в кресло напротив.

– Чем обязан? – холодно произнёс директор, машинально поправляя очки.

– Обязаны, Юрий Афанасьевич, очень даже обязаны! – лениво произнёс посетитель и без спроса взял со стола позолоченный «паркер». – Должок за вами, Юрий Афанасьевич! За три месяца задолжали, надо бы вернуть, и чем быстрее, тем лучше – для Вас лучше, – пояснил визитёр, пряча «паркер» в нагрудный карман костюма. – Расценки не забыли?

– Я вам ничего не должен, – тихо произнёс директор и сжал кулаки.

– Побойтесь бога, уважаемый! Как это не должны? Это у Вас что, коньяк? – уточнил нахальный юноша, подойдя к застеклённому бару.

– Вам здесь не рюмочная, молодой человек, – слегка повысил голос директор. – И я бы попросил Вас уйти! Нам с Вами не о чем договариваться!

– Витёк, товарищ не понимает! Поясни! – обратился молодой человек к одному из сопровождавших его парней. Напоминавший штангиста Витёк подошёл к одному из шкафов, где аккуратными рядами располагались папки с документами, и легко опрокинул его на пол, после чего ударом локтя разбил стеклянную дверцу бара и, достав оттуда бутылку со спиртным, стал пить прямо из горлышка.

– Вы меня не запугаете, – собрав остатки самообладания, заявил директор, глядя рэкетиру в глаза.

– Разве мы тебя пугаем? – спросил молчавший до поры рэкетир в кожаной куртке. – Мы тебе соболезнуем.

– Сейчас педофилов развелось, просто ужас! – пояснил любитель коньяка. – А у тебя, кажется, дочь в местной гимназии учится, если не ошибаюсь, в третьем классе, уроки кончаются в час пополудни. Как бы чего не случилось.

Директор скрипнул зубами, но промолчал.

– Ну, так как? Будем платить? – уточнил юноша в чёрном пальто.

– Подождите пару дней, я должен собрать деньги, – через силу произнёс директор.

– Да хоть неделю! – развеселился юноша. – С этой минуты мы включаем счётчик: каждый просроченный день – десять процентов от суммы долга. Можешь не торопиться. Да, советуем ни в милицию, ни к этим клоунам в форме не обращаться – хуже будет.

После их ухода директор долго сидел в оцепенении. После того, как он представил себе истерзанное тело дочери, ему реально стало страшно.

– Так как они нас назвали: клоуны в форме? Ты не ошибся? – резко приподнявшись из кресла, в гневе спросил дружинника Сахно.

– Нет, я хорошо расслышал, – подтвердил дружинник. – Я вчера в магазине дежурил, а когда эта троица зашла в магазин, я почувствовал неладное и решил подслушать. Они так были уверены в собственной безопасности, что даже дверь не закрыли, я стоял за створкой и всё слышал.

– Когда они назначили следующую встречу?

– Директор сказал, что приготовит деньги послезавтра. Они должны прийти в конце рабочего дня.

– Иди к Комиссару и всё ему подробно доложи. Да не забудь описать приметы всех троих, может, это кто-то из наших «старых друзей»! Повылезали на свет недобитки. Пусть Комиссар мне потом перезвонит.

– Слушаюсь! – по военному ответил дружинник и вышел из кабинета.

Комиссар позвонил через час.

– Знаю я этих выродков! – без всяких предисловий заявил он. – Эти трое из чекановской группировки. После смерти Чекана они попрятались, словно тараканы под плинтус, но теперь, видать, осмелели и за старый промысел взялись. За старшего у них теперь Синельников Павел Иванович, кличка Синий – бывший спецназовец, уволенный из органов за какое-то тёмное дело, связанное с пропажей наркотиков из кладовой вещественных доказательств. Парень, который с директором вёл переговоры – бывший студент, к нам приехал из Владика около года назад, кличка Пикассо, он же на сегодняшний день держатель «общака». Раньше бы его к «общаку» и близко не подпустили, но теперь, видать, у Синего толковых пацанов не осталось, одни качки узколобые. Двое других, которые с ним были в магазине, интереса не представляют – рядовые уголовники.