Русская Доктрина - Кобяков Андрей Борисович - Страница 151

Реформа ЖКХ (если не иметь в виду приватизацию) сводится к тому, что на население возлагается особый коммунальный налог, который должен компенсировать уменьшение налоговых поступлений и поступлений налогового типа на корпоративный сектор экономики, при том, что этот последний платит (по мировым меркам) и так очень низкие налоги.

На завершающем этапе реформы ЖКХ весь соответствующий комплекс предполагается приватизировать (процесс этот уже начался). Цель приватизации ЖКХ состоит в том, чтобы создать еще один центр генерации сверхприбыли, что, естественно, приведет к ухудшению материального положения минимум 80% населения и к расширению зоны социального бедствия.

Цель приватизации ЖКХ состоит в том, чтобы создать еще один центр генерации сверхприбыли, что, естественно, приведет к ухудшению материального положения минимум 80% населения и к расширению зоны социального бедствия.

Приватизированный ЖКХ – идеальный объект для эксплуатации криминальным капиталом. Можно ручаться, что последний довольно быстро овладеет этим источником сверхприбыли. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Реформа ЖКХ в том виде, в каком она осуществляется и в значительной степени осуществлена, не имеет под собой никаких экономических и социальных оснований, кроме стремления создать в экономике еще один центр генерации сверхприбыли.

Сокращение государственных затрат на образование и здравоохранение ведет к сокращению их производства и при существующем положении с доходами основной массы населения не может быть возмещено ростом производства соответствующих категорий услуг в частном секторе из-за неизбежного их удорожания.

Существенный элемент текущей фазы реформ – сжатие затрат на образование и здравоохранение. И это при том, что реально сокращение государственных затрат и на образование, и на здравоохранение ведет к сокращению их производства и при существующем положении с доходами основной массы населения не может быть возмещено ростом производства соответствующих категорий услуг в частном секторе. Причина этого – неизбежное повышение цен на услуги в области образования и здравоохранения (как и вообще на все категории услуг) при переброске их в частный сектор. Во-первых, из-за того, что производство любых услуг в частном секторе невозможно без значительных затрат на поддержание конкурентоспособности, из которых рекламные затраты – не самые крупные. Во-вторых, инфраструктура, способная эффективно обслуживать государственные системы образования и особенно здравоохранения, малопригодна для обслуживания тех же систем в приватизированном состоянии. Соответственно для доведения мощности приватизированных секторов систем образования и здравоохранения до уровня, предшествовавшего их приватизации, в них потребуется вложить огромные средства. Результатом будет сокращение производства услуг и их удорожание. В-третьих, в приватизированных фрагментах систем образования и здравоохранения сразу вырастают затраты на оплату труда, что ведет к соответствующему росту издержек и цены, и сверх того появляется такая компонента цены, как прибыль. В общем итоге при приватизации систем образования и здравоохранения в лучшем случае происходит улучшение качества предоставляемых услуг, но одновременно рост их цены и уменьшение физического объема предоставляемых услуг. Отсюда следует, что приватизация систем образования и здравоохранения допустима лишь постепенно и в определенных пределах.

Приватизационный предел в обеих системах достигнут, а в сфере здравоохранения и превышен. Новый этап приватизации в этих секторах имеет смысл только с точки зрения увеличения объема генерируемой ими прибыли.

Приватизация систем здравоохранения в условиях распространяющихся эпидемий, и прежде всего СПИДа, является опасной авантюрой.

Тем не менее в этом отношении Россия зашла очень далеко. В сфере затрат на здравоохранение явно проявляется ориентация на стандарты наиболее убогих из развивающихся стран, что можно видеть из следующих данных (таблица 9).

Таблица 9. Доля затрат на здравоохранение в бюджетных расходах ряда стран, в %

---------------------------------------------------

*) Консолидированный бюджет.

**) Без расходов местных бюджетов.

Источники: Россия и страны мира. – М., 2004. – С. 278, 279; Россия в цифрах. – М., 2005. С. 29, 317.

Довольно значительный объем социальных услуг предоставлялся в России еще в 2004 г. за счет льгот в бесплатном порядке. Это был своего рода налог на определенные сектора сферы услуг в натуральной форме, причем “уплата” его ввиду наличия избыточных мощностей в соответствующих секторах сферы услуг не создавала никаких проблем. Монетизация льгот, наоборот, создала проблемы, ибо результатом ее стала дополнительная нагрузка на бюджет и на сферу расходов на социально-культурные нужды. Фактически средства на монетизацию льгот изыскиваются за счет прочих категорий социально- культурных расходов, и в том числе расходов на образование и науку. Ненормальность ситуации совершенно очевидна.

Результатом монетизации льгот стала дополнительная нагрузка на бюджет. Фактически средства на монетизацию льгот изыскиваются за счет прочих категорий социально-культурных расходов, и в том числе расходов на образование и науку.

Подводя итог, можно констатировать, что налицо огромная диспропорция между размерами производства ВВП и размерами потребления ВВП 80% населения России.

Причем приватизационные мероприятия, поскольку они распространяются на сферу услуг, и монетизация льгот, способствуя уменьшению производства услуг государством, приводят к уменьшению и ВВП, и доли потребления в нем основной массы населения. Они не решают, а усугубляют проблемы.

Политика в отношении расходов на социальные цели (в широком смысле слова) в течение 15 лет реформ сводилась к их постепенному ужатию под тем предлогом, что этого требует рынок. Рынок ничего такого не требовал. Но с точки зрения решения задачи создания в России экономики генерации сверхприбыли эта политика имела резон. Она создала серьезные проблемы, с которыми российскому обществу еще придется столкнуться.

В России фактически никогда и не было полноценной системы социального обеспечения. Целесообразно ее сформировать. И нет никаких экономических препятствий для решения этой задачи.

В России фактически никогда и не было полноценной системы социального обеспечения. Целесообразно ее сформировать. И нет никаких экономических препятствий для решения этой задачи.

Россия нуждается в развертывании полноценной схемы социальных расходов, включающей:

– государственные затраты на образование и здравоохранение на максимальном в процентах к бюджету достигнутом до сих пор уровне;

– долю затрат на ЖКХ на канадском уровне (10,8% от консолидированного бюджета и не менее 3% в ВВП);

– расходы на безработицу в процентах к ВВП на американском уровне;

– затраты на детей в процентах к ВВП на уровне французских при де Голле.

Все это практически возможно (по последним двум позициям – в немного усеченном виде).

Заслуживает внимания то, что только за счет неиспользованных бюджетных средств уровень затрат на социально-культурные цели и социальное обеспечение можно было увеличить в 2004 г. на четверть. Тем не менее проводится стратегия их сокращения. Это, между прочим, тоже нечто невиданное в мировых масштабах.

И это при практическом отсутствии реальных пособий по безработице, при распространении эпидемии СПИДа, при сжатых до символических размеров затратах на здравоохранение.

3. Условия решения проблемы бедности

Проблема бедности в России – это результат структурной политики. Без ее изменения проблему бедности не решишь.

Проблема бедности в России – это результат структурной политики. Без ее изменения проблему бедности не решишь.